Георгий Николаев – Вечерний лабиринт (страница 8)
– Простите его, – сказала Элеонора и ласково взяла шефа за руку. – Это не его дружок. Это мой знакомый.
– Ах так… – шеф с неудовольствием сдержался. – Я не знал. Тогда, конечно, бывают недоразумения.
– Отдайте мне мой паспорт, – вмешался Алексеев с непростительной решимостью.
– А кто мне отдаст мой галстук?! – снова вскипел шеф.
– Я дам вам другой, еще лучше… – сказал Алексеев, пытаясь снять с себя галстук.
– Не нужен мне ваш галстук, – заорал шеф. – Мне нужен мой галстук!
– Но это не мой галстук… – растерялся Алексеев. – Это галстук того человека, у которого ваш галстук.
– А-а-а!! – закричал шеф и бросился на него, как таран.
Двери лифта закрылись. Свет погас.
Полная темнота. Возня. Сдавленные стоны. Нечленораздельные выкрики. В узких прорезах вентиляции мелькают дни и ночи.
Голос Элеоноры: Прекратите! Прекратите, вам говорят!
Голос шефа: Слезь с меня! Сейчас же!
Голос Элеоноры: Успокойтесь, наконец! Сколько можно?!
Голос шефа: Включите свет, я ничего не вижу.
Голос Элеоноры: Кажется, мы едем.
Голос шефа: Мы поднимаемся.
Голос Элеоноры: Нет. Опускаемся.
Голос Алексеева: Спускаться дальше некуда. Мы стоим на месте.
Голос шефа: Включите свет, я ничего не вижу.
Голос Элеоноры: Коля, это ты?..
Голос Алексеева:
Голос Элеоноры: Уберите руки!
Голос шефа:
Лифт остановился. Двери открылись. Перед ними был холл первого этажа.
– Вот мы и приехали, – сказала Элеонора, выходя из лифта и поправляя платье.
– Вы с какого этажа? – спросил человек в униформе, сидевший рядом с лифтом.
– Не знаю, – сказала Элеонора.
– С девятого, – сказал шеф.
– У вас свет не работает, – сказал Алексеев злобно.
Человек в униформе кивнул и склонился над блокнотом.
Наступила тягостная пауза. Пользуясь служебным положением, шеф бессовестно уставился на Элеонору. Алексеев нахмурился и отвел глаза.
– Может быть, нам сходить в ресторан? – спросила Элеонора, с улыбкой глядя на шефа, особенно на расстегнутый воротник его рубашки без галстука.
Шеф оживился.
– Это было бы весьма кстати.
– Не надо, – сказал Алексеев, не оценив коварного замысла.
Элеонора разочарованно вздохнула.
– А вас никто не спрашивает, – сказал шеф Алексееву. – Вы отправитесь сейчас в мой номер и напишете объяснительную записку на имя начальника главка. И не вздумайте извращать события. Я проверю. Все безобразные факты вашего омерзительного поведения должны быть налицо. – Он протянул Алексееву ключ от номера. – Вам все ясно?
Алексеев взял ключ с видом приговоренного к смерти.
– Да.
Он беспомощно посмотрел на Элеонору. Элеонора так же беспомощно пожала плечами.
– Прошу вас… – сказал шеф, галантно предлагая ей руку.
Они неторопливо направились к ресторану. Шеф – степенно, Элеонора – грациозно.
Алексеев стоял и смотрел им вслед. Потом повернулся и пошел к гардеробу. Он был унижен, отвергнут и забыт.
У гардероба он остановился и долго смотрел в лицо гардеробщику, нисколько не замечая его. Гардеробщик сначала просто ждал, потом что-то говорил, но Алексеев не слышал его и никак не реагировал.
– Коля! – раздалось у него за спиной. – Коля!
– Ты вернулась!
– Нет, Коля, подожди.
– Чего ждать? – спросил Алексеев, ощущая необычайный прилив энергии. – Нам нечего ждать!
– Сначала дай мне твой галстук, – мягко сказала Элеонора.
– Зачем?
– Так надо, Коля. И не задавай вопросов. Если ты не понял меня сразу, то и сейчас не поймешь.
– Но это не мой галстук.
– Все равно. У него нет галстука. Его не пускают в ресторан.
Она оглянулась. Шеф стоял у дверей, гордый, как статуя, и разглядывал потолок.
– И это все, что ты хотела мне сказать?!
– Нет, Коля, не все, но сначала дай галстук.
– Только в обмен на мой паспорт, – сказал Алексеев.
– Коля! Неужели ты такой же, как все!
– Нет, – закричал Коля. – Я не такой! Я наоборот! Все требуют за свой галстук чужой паспорт, а я за чужой галстук – свой паспорт!
– Прости меня, Коля, – сказала Элеонора. – Я пойду у него узнаю.
– Иди, – сказал Алексеев. – Узнавай.
Через минуту она вернулась с паспортом.