Георгий Николаев – Академик Г.А. Николаев. Среди людей живущий (страница 23)
— Знаю, что Николаеву нравилась НОТ — научная организация труда, — перевожу разговор на другое, — но он никогда не уделял ей чрезмерно много внимания. Гораздо важнее, по его мнению, было схватить общую идею работы, не зацикливаться на второстепенном и еще — не раскачиваться на старте, сразу брать быка за рога. Помню, говорил мне: «Докторскую надо делать быстро, дорогой Сережа».
— И от нас, преподавателей, требовал того же. Николаев говорил: «Преподаватель, особенно доцент или профессор, не должен зацикливаться на своем курсе. Важно, чтобы он мог читать и сопротивление материалов, и теоретическую механику, и физику, и черчение, и тепловые процессы сварки, и прочность конструкций». Поэтому сотрудники кафедры сварки были взаимозаменяемы, что повышало мобильность коллектива, а в случае необходимости успешно работали и на других кафедрах: «Черчение», «Теория машин и механизмов», «Сопротивление материалов». Мы учились у Георгия Александровича обязательности в проведении учебного процесса. Если за ним был записан курс лекций, он читал его от начала до конца, не прося подмены, без скидок на проректорские, а потом ректорские обязанности. Лишь в редких случаях, когда ему нужно было участвовать в сессиях Верховного Совета РСФСР или ином важном форуме, его заменял Валерий Михайлович Сагалевич.
— Георгий Александрович старался учить людей своим примером?
— Именно так. Своим примером, а не административной жесткостью он боролся против неорганизованности некоторых сотрудников. В 9.00 уже был на работе. При этом служебной машиной, как ты верно пишешь, для поездки от дома до работы не пользовался. Часто мы ходили в МВТУ пешком от его дома на «Маяковской» через «Кировскую» и «Лермонтовскую». На такую прогулку уходило часа полтора, поэтому выходили из дома в 7.30...
— И в спортивных мероприятиях кафедры он был примером?
— Еще каким! Георгий Александрович организовал традиционные лыжные соревнования на приз А.Г. Чернышева. Сам всегда в них участвовал. Побеждали в гонке сильные спортсмены — мастер спорта Олег Стеклов, Юрий Кондрашов. Однажды и мне удалось выиграть... А Георгий Александрович шел дистанцию в своем темпе, приходил последним и посмеивался: «Я не ставлю перед собой задачу взять приз». Но сам факт его участия заставлял собираться всех. Николаев всегда успешно сдавал нормы ГТО, и кафедра в этом отношении была на высоте.
— Он оставался в движении до последних лет жизни?
— Да. После семидесяти пяти ему стало трудно ходить в многокилометровые лыжные походы. Мы гуляли по Сокольникам, иногда просто вдоль городских магистралей. Иной раз кто-то из спутников проявлял недовольство экологической обстановкой: «Георгий Александрович, мы здесь дышим выхлопными газами!» — «Ничего, — отвечал он. — Надо адаптироваться ко всему. Пока мы движемся, перемелем все. Вот Слава (он кивал на меня) служил на подводной лодке и месяцами дышал воздухом с повышенным содержанием углекислого газа, но, благодаря занятиям спортом, сумел скомпенсировать воздействие этого вредного фактора». В Георгии Александровиче была какая-то внутренняя сила духа. Он отличался позитивным мышлением, и это поддерживало его здоровье не меньше, чем спорт...
Доктор технических наук профессор Владимир Никитич Волченко известен как специалист в области прочности сварных конструкций, статистических методов управления. Он мастер спорта по альпинизму, ученый-энциклопедист, бессменный ведущий инженерно-философского семинара «НОМО». В 2001 году Издательство МГТУ выпустило его философскую книгу, вызвавшую широкий резонанс в научных кругах (
Мне известно, что семинар «НОМО» основан Георгием Александровичем Николаевым. Таким образом, передо мной должно было раскрыться еще одно интересное начинание моего героя.
Владимир Никитич принял меня в своем небольшом кабинете в Бригадирском переулке.
Мы стали вспоминать о Николаеве. Рассказ Владимира Никитича удивительным образом перекликался с историями других его учеников: Георгий Александрович стал принимать активное участие в судьбе Волченко буквально с первого дня появления молодого человека в стенах МВТУ. Вот как это было.
— Я приехал в Москву, опоздав на три месяца, — начал Владимир Никитич. — Сдав в 1943 году экстерном экзамены за девятый и десятый класс, я сумел получить аттестат и приехать только в ноябре, то есть после окончания приема в МВТУ. Время было военное, немцы еще стояли в Ростове, поэтому с Северного Кавказа, где я рос и учился, выбраться было трудно.
Мое обращение в приемную комиссию не дало результата. Наконец, после нескольких дней бесплодных хождений, кто-то посоветовал: «Подойдите к Николаеву, проректору по науке». Захожу в приемную. Секретарь Мария Сергеевна встретила меня строго:
— Вы по какому вопросу?
— Поступление...
— Это не к Георгию Александровичу.
— Но мне посоветовали обратиться именно к нему...
— Все к нему... — проворчала она, но оставила меня в покое.
Один за другим в его кабинет входили и выходили люди. Вдруг на пороге появляется Николаев, видит меня и спрашивает:
— Молодой человек, вы ко мне? Ну что же вы сидите, проходите...
Он выслушал мою историю, улыбнулся и сказал:
— А мы с товарищем мастерили печки, продавали их и так собрали деньги на дорогу...
— Так вы, значит, с другом приехали поступать... — тут же позвонил куда-то: — Александра Владимировна, пожалуйста, зайдите ко мне.
Г.А. Николаев и В.Н. Волченко (сидит крайний справа) с коллегами по кафедре после защиты диссертации. 1970-е гг.
Александра Владимировна Мордвинцева была сотрудницей его кафедры. В течение получаса я был оформлен в НИС (научно-исследовательский сектор) института и определен в группу Николая Никифоровича Прохорова на кафедре сварки. За время работы в этой группе я освоил несколько рабочих специальностей: разнорабочего, токаря, строгальщика, сварщика. Одновременно я был принят на факультет А-З (будущий факультет «Приборостроение») и проучился там до пятого курса, сначала по специальности «Оптика», а затем был переведен на специальность «Радиолокация». Параллельно подрабатывал радиомастером. Занялся альпинизмом. С Георгием Александровичем мы стали встречаться в горах, на лыжных прогулках в Кирсановке и на даче в Жаворонках.
Николаев не однажды определял мою судьбу. Например, в голодном 1944 году я спросил у него:
— Георгий Александрович, не перейти ли мне в мясомолочный институт? Там, я слышал, студентов подкармливают, хоть перезимую...
— Володя, — сказал мне Николаев, — тяжелые времена проходят. Вы перетерпите, зато будете знать, что удержались, прошли через трудности. А там — совсем не тот уровень... — Он положил свою руку на мою и тихо произнес: — Уходить из МВТУ — это проявление слабости. Не надо!
— Георгий Александрович, я только хотел с вами поделиться.
— Да-да, я понимаю...
Одно время Николаев заведовал кафедрой сопромата. Преподаватели этой кафедры отличались повышенной строгостью к студентам на зачетах и экзаменах. Сижу я однажды в аудитории, заполненной такими же «хвостистами», как и я, не сдавшими зачет. Вдруг заходит Георгий Александрович, идет медленно по рядам, то около одного студента остановится, то возле другого. Увидел меня:
— Володя, а вы что здесь делаете?
— Так получилось...
Он глянул на листок с моей задачей. Я сижу и мучительно вспоминаю, как же здесь делать РОЗУ («режешь, отбрасываешь, заменяешь, уравновешиваешь»).
Так он проходил и спасал ребят. Немного позднее я стал сталинским стипендиатом, и в аспирантуре получал сталинскую стипендию...
В 1949 году был объявлен дополнительный набор на вновь образовавшийся факультет СП («Сварочное производство»), деканом которого был назначен Г.А. Николаев. Встречает меня однажды Георгий Александрович и говорит:
— Володя, я со всех факультетов приглашаю по два человека на СП. Хотите?
— К вам, Георгий Александрович, с удовольствием!
Диплом я пришел защищать на кафедру сварки. Николаев ознакомился с моей работой, похвалил:
— Хорошо, что у вас такой основательный фундамент в математике и радиотехнике. Все-таки А-З — самый трудный для учебы факультет...
(Эта кафедра, которая сегодня именуется «Радиоэлектронные устройства», стала крупнейшей в МВТУ—МГТУ. Ее возглавляли известные ученые Б.С. Сацков, А.М. Кугушев, М.В. Вамберский, а ныне — академик РАН И.Б. Федоров, президент МГТУ.)
По окончании МВТУ Георгий Александрович определил меня на исследовательскую работу по прочности сварочной арматуры на базе Куйбышевгидростроя. Георгий Александрович внимательно следил за моей работой. Если не хватало времени побеседовать на кафедре, он приглашал меня в свой кабинет и просил подождать, пока закончит прием посетителей.