Георгий Мартынов – Звездоплаватели (страница 108)

Сегодня ночью, вернее утром, так как "загадку" можно было наблюдать только перед восходом Солнца и немного после него (потом она терялась в солнечных лучах), Субботин решил во что бы то ни стало выяснить форму таинственного тела. Результатов его работы и ждал с таким нетерпением Казарин.

– Разрешите!

Погруженный в свои мысли, профессор ответил не сразу.

– Да, конечно, - сказал он. - Входите, Алексей Петрович! Я вас жду.

Субботин подошел к столу. Это был совсем еще молодой человек лет двадцати пяти, высокий, худой, но, по-видимому, очень здоровый. Хотя он провел бессонную ночь, это нисколько на нем не отразилось.

Пожав руку директора, Субботин сел в кресло.

– Диск, - сказал он. - Идеально круглый плоский диск с какими-то пустотами в середине.

– Его размеры?

– Метров двести пятьдесят, а может быть и триста в диаметре. Точно определить невозможно.

– Куда он сейчас движется?

– Двигался от Солнца в сторону Земли, но вдруг на моих глазах повернул к Венере. Повернул резко. По крайней мере, мне так показалось.

– Где же он сейчас?

– Примерно в пятнадцати миллионах километров от Венеры, позади нее. Он движется быстро.

– Точнее.

– Пятьдесят километров в секунду.

– Значит, - сказал Казарин, - примерно через триста часов наша "загадка" упадет на Венеру.

– Если снова не изменит своего направления. За это время она меняла его шесть раз. Это только в период наблюдения за ней, а они, как вы знаете, кратковременны. Можно с уверенностью сказать, что и тогда, когда мы не можем ее видеть, "загадка" движется в разные стороны. Поэтому нет оснований думать, что она упадет на Венеру. Сделать это она могла уже много раз.

– Однако она не падает ни на Венеру, ни на Солнце… - задумчиво сказал Казарин. - Движется куда хочет. Вам не кажется, Алексей Петрович, что эта штука имеет двигатели?

Субботин развел руками.

– Небесные тела, - ответил он, - двигателей не имеют. Они движутся по законам физики.

– По каким же законам движется это?

– Ни по каким, это верно. Но двигатели… Значит, разум…

– Сегодня ночью, - зачем-то понизив голос, сказал Казарин, - мне пришла в голову мысль, что это звездолет Белопольского. Но ваше утверждение о форме диска разбивает…

– Позвольте, - перебил Субботин. - Предположим, что вы правы и загадка - это "СССР-КСЗ". По каким-либо причинам они вылетели с Венеры не 27 сентября, а 8 августа. Предположим, что я ошибся в форме. Но как вы объясните поведение корабля? Зачем он мечется в разные стороны?

Казарин встал и заходил по кабинету.

– В том-то и дело, - сказал он. - Поведение наблюдаемого нами тела бессмысленно. Но мы не знаем, что пришлось пережить им на Венере.

– Разве можно предположить, что весь экипаж звездолета сошел с ума?

– Зачем весь? Достаточно только Белопольского и Мельникова. Только они могут управлять кораблем. Но могло случиться и другое. Представьте себе, что Белопольский и Мельников погибли. Звездолетом управляет, например, Пайчадзе или Баландин. Не кажется ли вам, что корабль под их неумелым управлением должен или, во всяком случае, может вести себя именно так?

– Сомнительно. По этому вопросу лучше всего запросить Камова. Он лучше всех разберется. Но я уверен, что форма тела - правильный диск. Значит, это не "КС3". Сейчас вам принесут проявленные негативы моих снимков и спектрограммы. Вы сможете сами проверить мои выводы.

– Я в них не сомневаюсь, - сказал Казарин. - Я просто рассказал вам о моих ночных мыслях. Форма тела не оставляет сомнений - это не звездолет Белопольского. Но что же это?

Молодой астроном пожал плечами.

– Будем наблюдать, - сказал он.

Вошедший секретарь подал телеграмму.

– Из Крыма, - сказал он,

Казарин прочел текст и молча протянул листок Субботину.

Астрофизическая обсерватория, расположенная в районе Бахчисарая, сообщала, что прошедшей ночью ее сотрудниками была проведена работа по определению формы неизвестного тела, появившегося в Солнечной системе. Выводы совпадали.

– Теперь уже несомненно, - сказал Казарин, - это плоский диск. Но что же это? - повторил он.

И снова ответом послужило молчаливое пожатие плеч.

– Наблюдайте, Алексей Петрович! Загадку надо разгадать во что бы то ни стало. И пора сообщить о ней в печать.

– По-моему, еще рано, - возразил Субботин. - Подождем еще немного. Завтрашние наблюдения могут дать новые материалы. Если разрешите, я поеду домой.

– Конечно, Алексей Петрович. Отдыхайте. Я постараюсь завтра утром присоединиться к вам. Понаблюдаем вместе.

Едва только за молодым ученым закрылась дверь, раздался телефонный звонок. Казарин снял трубку.

– Это вы, Сергей Владимирович? - услышал он знакомый голос.

– Я, Сергей Александрович.

– Что нового?

– Установлена форма этого предмета. Правильный диск. По выводам Субботина, он имеет внутренние пустоты.

– Значат, не диск, а кольцо?

– Или кольцо, или другая какая-нибудь фигура. Диск не сплошной.

– Его размеры?

– Около двухсот пятидесяти метров в диаметре. Самое интересное - оно изменило скорость движения. Вначале было двадцать километров, а сегодня уже пятьдесят. И притом оно движется от Солнца.

– Что же вы предполагаете?

– Пока нет никаких предположений. Сплошная загадка.

– Во всяком случае, это не "СССР-КС3".

Совпадение мыслей Камова с его собственными поразило Казарина.

– Я только что говорил об этом с Субботиным, - сказал он. - Как вы думаете, Сергей Александрович, если бы звездолетом управлял не Белопольский и не Мельников, а кто-нибудь другой, мог бы он так двигаться?

– Вполне возможно. Так сказать, обучение на ходу. Но вы сами сказали, что форма…

– Да, это предположение можно твердо считать несостоятельным.

– Будет что-нибудь новое, позвоните.

– Разумеется, Сергей Александрович, не замедлю.

Казарин положил трубку.

В двадцати километрах, в кабинете директора Космического института, Камов сделал то же.

– Это не они, - сказал он. - Успокойся! Непонятное тело имеет форму диска более двухсот метров в диаметре. Это твердо установлено.

– А ошибки не может быть? - Ольга с тревогой взглянула в глаза отца.

– Нет. Раз Казарин говорит определенно, значит, он уверен.

– Я так измучилась!