Георгий Лопатин – Защитник Руси (страница 32)

Монгольские дельтапланы, точнее, половина из них, несли двух человек, благо монголы не отличались мощью своих тел, собственно, как выяснилось чуть позже, набирали специально самых субтильных ребят, что позволяло их дельтапланам активно маневрировать, не испытывая сильного перегруза.

Один, естественно, был пилотом, а второй – бортстрелком, и он активно работал коротким луком. Дальность стрельбы из такого – метров пятьдесят максимум, но на коротких пятнадцати-тридцатиметровых дистанциях, на которых расходились дельтапланеристы, этого более чем хватало. Тем более что им даже не требовалось поразить именно пилота. Достаточно попасть в сам дельтаплан, что куда как проще. Тем более что наконечники у этих стрел были предназначены специально для нанесения максимального повреждения полотну.

– Ах ты ж…

Вот, беспорядочно кувыркаясь, рухнул один из «ангелов смерти».

Не сумев добраться до цели и начав нести потери, «ангелы смерти» попытались оторваться, ничего другого им не оставалось. Но не тут-то было. «Небесные всадники» бросились в погоню и продолжили вести активную стрельбу, и вот рухнули еще два русских подбитых дельтапланериста, чьи «ковры-самолеты», как в шутку называли дельтапланы сами пилоты, превратились в одни ошметки.

От небесной схватки царь Юрий все же вынужден был отвлечься на наземную битву. Но тут пока все шло по плану.

После того как минометы на своей максимальной скорострельности отработали по противнику минами с начинкой из перетертой в порошок горчицы, монголы бросились в атаку и попали под ракетный удар, и вот-вот их должны были принять пехотинцы, но сначала самим ратникам предстояло пережить дождь из стрел.

Если подумать, то пустая трата боеприпасов со стороны татаро-монголов. Им повезет, если одна стрела из тысячи кого-то ранит, и то такому раненому потом после излечения не позавидуешь. Затиранят нарядами, потому как, имея такой отличный доспех, получить рану – это надо постараться, даже если вдруг по какой-то причине лишился щита.

– А это еще что за телеги? – удивился царь всея Руси, увидев, что вместе с конской лавиной буксируются какие-то колесные конструкции.

То, что это не ракетные установки, стало ясно сразу, слишком малый объем. Но этих телег было несколько десятков.

– Может, сухопутные брандеры? – предположил Ярослав.

– Вполне могло быть…

Воображение сразу нарисовало, как эти разогнанные телеги, в которых напичкано до сотни пудов пороха, влетают в пехотный строй и взрываются.

– Хотя сомнительно… командиры не идиоты и сейчас нашпигуют буксировщиков болтами, так что никакой инерции не хватит, чтобы эти телеги сами докатились до рядов с такой дистанции. Что и требовалось доказать…

С холма царю и его брату Ярославу было хорошо видно, как командиры пехотных подразделений засекли вероятную угрозу и уже отдавали команды на массированный обстрел. Но тут эти странные конструкции остановились, рядом остановились и соскочили всадники, что-то сняли с телеги и положили на землю.

Зазвучали рога, и татаро-монгольские всадники, что крутились перед пехотинцами, заполошно ведя стрельбу из луков и получая в ответ из арбалетов, отпрянули в стороны.

– Не может быть… – выдохнул Юрий Всеволодович.

– Что? – удивился Ярослав.

– Это пушки!

В подзорную трубу было плохо видно, но Юрий Всеволодович все же разглядел, что на массивных колодах стоят почему-то трехствольные орудия.

И вот они начали стрельбу.

В пехотных рядах сразу же образовались прорехи от картечного огня. За первым залпом последовал второй, а потом третий. После чего в атаку бросилась конница.

И хоть потери в пехоте убитыми и ранеными оказались изрядными, но все же ратники смогли сохранить строй, зарастив прорехи, но тут на них сверху упали бомбы.

Из-за появившейся на поле боя со стороны монголов артиллерии Юрий Всеволодович совсем забыл о контроле неба, за что чуть не поплатился, потому как на них уже пикировало несколько монгольских дельтапланеристов, у которых под брюхом висели бочки, что в следующую секунду ухнули вниз.

– Осторожно, государь!

Телохранители сработали четко, прикрыв царя стеной щитов, а также своими телами. Вокруг, фигурально выражаясь, разверзся ад. Вспыхнуло жаркое пламя, извергающее удушливый дым.

Запылали щиты, превратились в факелы несколько человек. Но их быстро повалили и накинули плащи, гася пламя.

– Ярослав, ты как?!

– В норме… – ответил тот, зло скидывая с себя загоревшуюся накидку.

– Государь, нужно уходить! – настаивал начальник охраны, указывая на очередную группу монгольских дельтапланеристов-бомбардировщиков, заходящих на цель.

– Нельзя! Если я сейчас с того холма уйду, все побегут! Выше мой штандарт!

По монгольским дельтапланеристам открыли стрельбу лучники, но результата особого не было. Обычные стрелы, пробивая шелковое полотно, не наносили ему большого вреда.

«Ангелы смерти», что еще держались в воздухе за счет гораздо большего мастерства в маневрировании, увидев, что монголы атакуют царя, кинулись на своих визави, доводя дело таранов. Все они буквально боготворили своего блаженного государя и не задумываясь отдавали свои жизни.

В воздухе вообще образовалась настоящая мешанина из дельтапланеристов, слышался треск ломающихся конструкций и крики ужаса падающих своих и чужих пилотов.

Зажигательные бомбы все же падали на холм, на котором находился царь, но не так обильно, как это могло бы быть, и, естественно, не могло быть никакой речи о предельности.

– Бейте по ним сигнальными ракетами! – крикнул Юрий Всеволодович.

Сигнальных ракетниц было более чем достаточно, и в монголов забил настоящий фейерверк. Это дало результат. Когда рядом с тобой взрывается сигнальная шашка, это сильно дезориентирует не только слух, но и ослепляет. А когда таких шашек взрывается много, то нет ничего удивительного, что случались прямые попадания, что буквально рвали полотно дельтапланов, прожигая их огненными вспышками, и небесные всадники валились на землю со своим грузом, в огне которого и сгорали.

Вспомнили о своих сигнальных ракетницах пятеро оставшихся к тому моменту в небе «ангелов смерти», у каждого была полудюжина на случай, если надо дать быстрый условный сигнал без посадки, их тоже пустили в дело.

Атака с воздуха стала последней каплей для «небесных всадников», и те отступили, тем более что они тоже понесли большие потери, до трети своей численности, ну и запас бомб был растрачен, так что кружить над ставкой русов не имело смысла. А из луков стрелять бесполезно, все укрылись щитами.

5

Между тем наземное сражение быстро вошло в стадию неконтролируемого замеса. В пробитые артиллерией и бомбами бреши пехотинцев ворвалась конница, быстро расширяя промежутки. Впрочем, ратники все же, хоть и понеся существенные потери, смогли перегруппироваться и образовать каре, «угощая» противника арбалетными залпами, при случае атакуя копьями.

Одновременно с этим в бой сорвались русская и половецкая кавалерия, и началось взаимное перемалывание. В данном случае эффективность бойцов была примерно на одном уровне, так как булгарские, а также татаро-монгольские всадники имели достаточно хорошую броневую защиту, как, впрочем, и половецкие всадники, не говоря уже о русской кавалерии.

В дополнение к рукопашному бою заработали ракетчики, посылая в гущу противников, что еще не вступили в бой и находились в тылу, свои гостинцы. Да, это было весьма рискованно, но оправдано. Причем работали не только русские РСЗО, что успели перезарядиться после первого залпа, но и монгольские, что подтянули свои установки на дистанцию огня, так что в гуще русской кавалерии также рвались заряды.

– Минометчикам – пусть работают на подавление ракетчиков противника! – дал распоряжение Юрий Всеволодович, увидев результат работы монгольских РСЗО.

Минометные мины, хоть и считались больше химическими, но все же взрывной потенциал тоже имели, а если повезет, то мина может угодить прямо в установку, а еще лучше – в запас ракет. Да и их прямое химическое воздействие тоже дорого стоит, если наводчики из-за воздействия на них горчичного порошка не смогут видеть, куда стреляют, то, глядишь, еще и по своим зарядят…

Минометчики не подвели и буквально завалили монгольских ракетчиков, так что их окутало весьма плотное дымно-горчичное облако. А в двух случаях и вправду произошло прямое попадание, и РСЗО взлетели на воздух.

Но если монгольские ракетчики на некоторое время были выведены из игры, то вот артиллеристы, перезарядившие свои странные трехствольные пушки, вновь сказали свое веское слово.

Пользуясь завязавшейся битвой, они еще ближе подтащили свои орудия к пехотным формациям и разрядили их по ратникам практически в упор. Попавших под удар бойцов буквально рвало в клочья картечью на всю глубину строя за счет тройного выстрела, и в бреши снова врывалась татаро-монгольская кавалерия, рубя бойцов, что могли подставить под сабли лишь свои арбалеты…

– Да заткните уже эти пушки! – кричал царь Юрий, не в силах наблюдать, как рвут на части и стаптывают его пехоту.

Да, ратники вновь показали свой класс и не позволили себя стоптать и рассеять, восстановив оборонительные построения, более того, подобные атаки стоили противнику очень дорого, арбалетчики работали как метрономы, посылая болт за болтом, и промахнуться по такой гуще врагов было сложно, но стоило все же признать, что еще пара таких залпов с прорывами сквозь пробоины вражеской конницы – и от пехоты мало что останется.