Георгий Крол – Где мы – там победа! (страница 32)

– Ого.

Тут мы опять затормозили, и оказалось, что мы уже дома.

– Так, когда привезут мебель, сначала посмотри. Если грузчики все занесут и сами предложат помочь распаковать и поставить – дай им сотню. А сразу начнут на магарыч просить за дополнительную работу – посылай. Потом вместе разберемся. Все, отдыхай. Вижу, что мы тебя совсем замучили. Ты еще хорошо держался, Кит через час сбежал. А Егор вообще на провокации не поддается.

Меня чмокнули в обе щеки, и мои благодетельницы уехали. Фу-ух! Осталось закинуть новые вещи в шкаф, и все. Возьму книжку и буду с кайфом пить чай. Правда, для этого надо миновать бабушек у подъезда. И это будет нелегко, сердцем чую. Я поднял сумку, сверток с пальто и направился к двери. Проходя мимо «домкома», слегка поклонился.

– Добрый вечер.

– Добрый. Обновки купил, милок?

– Да. Сестра говорит, не принято все время в форме ходить. Вот, уговорила купить гражданку. Еще мебель какую-то купила, говорит, нельзя в пустой квартире, примета плохая.

– И правильно. А ты, милок, надолго к нам?

– Не знаю. До конца недели отпуск дали, а потом служба. Пока здесь, а как разрешат, вернусь на море.

– Тебе, милок, если надо что, ты обращайся. Меня Анна Марковна зовут. Можно просто Марковна. Это вот Павловна, а это Софья Петровна.

– Очень приятно. А меня зовут Сергей. Или Юл.

– Извините, молодой человек, а почему Юл?

– А это меня воспитательница наша прозвала так. Я на уроках все успевал, как Цезарь. И все время вертелся, как юла. Вот и Юл.

Бабушки засмеялись.

– Вы идите, молодой человек. Если мебель ждете, то скоро привезут, у них рабочий день только до восьми.

– Спасибо. Доброго вам вечера.

Едва я зашел в подъезд, за моей спиной продолжился вчерашний разговор:

– Я вижу, Анна Марковна, вы немного успокоились?

– Я, Софья Петровна, управдомшу встретила. Она и сказала, что мальчонке-то служебную квартиру выделили, на время, пока он в Москве. Чтобы, значит, было куда домой прийти.

– Вот об этом мы вам вчера и говорили.

Дальше я слушать не стал, и так ясно, что меня приняли. А пока надо быстро надеть гражданку и ждать гостей. Я едва успел принять душ и одеться, как в дверь позвонили. Доставили мою новую «обстановку». Трое грузчиков сноровисто занесли, распаковали и помогли затащить на кухню буфет. Просить никого ни о чем не пришлось, они сами спросили, что и куда. Мой адрес был в их списке последним, и мужики с удовольствием выпили по сто грамм и закусили бутербродами, которые я успел соорудить. От денег они попытались отказаться, но я настоял. Наверняка у всех жены и скорее всего дети, а в семье лишних денег не бывает. Так что расстались мы вполне довольные друг другом.

В 9.55 следующего дня я, одетый для разнообразия в гражданское, стоял у знакомого магазина. Ровно в десять показались мои новые друзья. Обменялись приветствиями, и Яна деловито спросила:

– Ну, Юл, что ты хочешь посмотреть?

– А давайте вы сами решите, что мне показать? Я в Москве не ориентируюсь совершенно. И знаю о ней то же, что и все: Кремль, Красная площадь, Мавзолей, Василий Блаженный, ВСХВ, Большой театр. А вы покажите мне свою Москву.

Яна с Леонидом переглянулись и кивнули.

– Жаль, времени мало, в четыре часа мы должны вернуться сюда. Но что успеем – покажем.

И мы пошли. Нет, знаменитые места, здания, и памятники мне показали. Но как мы к ним шли… Если честно, повторить маршрут я не возьмусь, хотя всегда считал, что легко запоминаю дорогу. И да, это было здорово. Улочки и переулки. Дворы, дворики и тупики. Маленькие, всего из нескольких деревьев, но потрясающе красивые скверики, где над головой и под ногами желтые, красные и коричневые листья. День выдался солнечный, и гулять было одно удовольствие. Было чертовски жаль возвращаться домой, но ребятам надо собираться на концерт. А учитывая, что это не просто концерт, а симфонический, да еще с Шостаковичем за дирижерским пультом… Даже завидно немного.

Мы попрощались перед входом в гостиницу «Москва», и они поспешили по домам. Я тоже, но никуда не торопясь. Как оказалось – зря. Настойчивый звонок телефона я услышал еще с лестницы. И едва взял трубку, на меня обрушились сердитые вопросы Ольги:

– Ты где ходишь? Я уже полчаса дозвониться не могу.

– Гулял. Я же в отпуске.

– Так, быстро мойся, брейся и одевайся. В 17.00 будь у подъезда. Форма парадная. Все.

И она положила трубку. Ну, вот. А говорили отпуск. Тем не менее я быстро ополоснулся, побрился и оделся. На ходу съел бутерброд. Вот жизнь, нормально поесть некогда. Продуктов полно, плита есть, посуда тоже, а приготовить что-нибудь нормальное никак не удается. Хорошо, что я считаю самым вкусным блюдом на свете кусок черного хлеба с крупной солью. Ровно в семнадцать я стоял у подъезда. Бабушки живо обсуждали мой вид вообще и четыре боевые награды в частности.

Машина подкатила в 17.01. Из задней двери выскочила Ольга.

– Садись быстро, мы опаздываем.

Меня впихнули на заднее сиденье и прижали к Роману. Он молча протянул руку. С водительского места то же самое сделал Егор. Ольга тоже села, и как только дверца закрылась, машина рванула вперед.

– Ну, и куда мы едем?

Вообще-то мог бы и не спрашивать. Егор в парадном мундире, Натали и Ольга в вечерних платьях, Ромка в костюме. Ясно, что в театр. А что, как я точно знаю, начинается в 18.00? Правильно, концерт симфонического оркестра в Большом.

– И когда вы успели достать билеты? Их же чуть не по спискам распределяют.

Егор засмеялся.

– Догадался? Натали вчера прибежала домой и потребовала билеты. Пришлось постараться.

– КАК?

– Юл, тут такое дело. У меня редко есть время для театров и прочих культмассовых мероприятий. Я всегда на службе. Или в командировке. Но если я прошу достать мне билеты – я их получаю.

– Поскребышев?

Егор хмыкнул:

– Умный. Только не болтай слишком много.

– Да ладно тебе. Я же знаю, что тут все в курсе.

– Убедил. Так, как я понимаю, твои протеже тоже будут в театре?

– Конечно.

– У нас ложа, так что можешь их позвать. Только смотри, в этом случае я для тебя полковник Доценко. Тебя пригласили, потому что моя жена, кстати, ее отчество Габриэлевна, знакома с твоей сестрой. Усек?

– Усек.

– Будешь звать?

– Посмотрю, какие места им достались. Если приличные, то не буду, не хочу портить всем удовольствие. А если галерка, то извините.

– Договорились. Все, приехали. Сейчас выходите, я отгоню машину и подойду.

Мы вышли на площадь. Со всех сторон к ступеням театра шли пары, группы и одиночки. Одетые в свои лучшие костюмы и платья, в шляпках и косынках, кепках и с непокрытыми головами, в тщательно вычищенной полевой и наглаженной парадной форме. Да, война вокруг или не война, а людям нельзя запретить любить прекрасное. Из этого философского состояния меня выдернул звонкий голос:

– Ой, Леня, смотри, это Юл.

Я оглянулся. От группы молодых людей отделились мои друзья. На Яне было длинное черное платье, а Леонид надел фрак (где только достал?). Он выглядел немного нелепо на фоне другой публики, но пафосный наряд необъяснимо шел ему, скрадывая и нескладность, и субтильность, и слишком, казалось бы, длинные руки, придавая достоинство и даже утонченность. На нас оглядывались. Однокурсники ребят – с любопытством, люди постарше – с улыбкой.

– Привет, а ты тоже на концерт? – Тут она сообразила, что рядом стоят незнакомые люди. – Ой, здравствуйте.

– Здравствуйте.

Яна смутилась, и я начал всех представлять:

– Это будущие звезды сцены Яна и Леонид. Леонид – скрипач, Яна…

Я сообразил, что так и не спросил, на кого учится моя знакомая.

– Я – пианистка.

– Это Натали Габриэлевна и Ольга. Ольга моя сестра, она врач в «Пироговке». Роман, тоже врач и ее муж.

– Очень приятно.

Подошел Егор, и ребята замерли.