Георгий Григорьянц – Талисман Империи (страница 13)

– Посмотрим! – Лицо итальянки стало злым. – Через мою красоту власть обретает могущество.

Император Август был без ума от Музы, но, когда Агриппа предложил использовать ее для дипломатической уловки, уступил Музу ему.

– Излишняя самоуверенность подчеркивает глупость, а напускная скромность выпячивает пороки, – сказала Геката и, одной рукой разбрызгивая воду, вышла из бассейна.

Муза смолчала и недобро покосилась на нее. Рабыня набросила на Гекату простынь и, обтерев, повела на массаж. Позже, в обеденной комнате, Геката в легкой тунике, расслабившись в кресле, наслаждалась фруктами и вином. Краем глаза она заметила, что к ней приближается Муза. Не поворачивая головы, гречанка произнесла:

– По шагам узнаю гиену.

Муза, ничего не говоря, взяла кувшин со стола, и на голову соперницы полилось вино. Какое-то время Геката терпеливо сносила унижение, но вдруг вскочила и с быстротой молнии схватила левой рукой итальянку за волосы и, прижав лицо златокудрой красавицы к столешнице, грубо протащила его через весь залитый вином стол, расталкивая глиняные сосуды, бокалы, вазы, фрукты. Потом повалила женщину на пол. Муза вырвалась. Гибкая фигура, кошачьи движения, распущенные золотистые волосы вмиг сделали ее похожей на львицу. Глаза загорелись, она припала к полу и стала подкрадываться к «добыче». Известно, что изящная на вид львица может напасть на добычу, превышающую ее размерами в несколько раз. Издав гортанный вскрик, стремительным прыжком Муза бросилась на Гекату, и женщины сцепились на глазах прибежавших на шум рабынь. Завязалась яростная потасовка, в которую никто не решился вмешиваться, чтобы охладить пыл дух львиц.

Они рвали друг на друге одежду, таскали за волосы, катались по полу, виртуозно хлестали по щекам, но опасная итальянка сообразила, как проучить греческую красотку. Хищница схватила ее правую больную руку за запястье и резким движение вывернула ее. Геката взвыла, отпустила хватку и, растянувшись на полу, затихла, время от времени подавая сдавленные всхлипы. Изнеможенная Муза встала, пошатываясь, пошла к выходу, но все же обернулась. Последнее слово должно остаться за ней:

– Я лучшая! Я одна стою целого легиона!

Через десять дней к порту Митилены причалил корабль. С него сошли Тигрис, Эрато и Торос.

– Отец! Римляне что-то задумали. Зачем они привезли нас сюда? – взволнованная девушка искала ответ в глазах главы семейства.

– Дочь! Судьба часто преподносит либо подарки, либо разочарования, но неожиданный поворот подчас меняет жизнь к лучшему.

Торос был категоричен:

– Как бы там ни было, я переменам рад: чем ближе к Армении, тем свободнее дышится!..

На акрополе Эрато пришла к храму Гестии, юной греческой богини семейного очага и жертвенного огня (как Веста в Риме). Гестия дала обет целомудрия, одна из всех олимпийских богов не принимала участия в любовных утехах и скандалах и мирно жила у своего брата Зевса. Эрато, красивая и скромная характером, как и почитаемая ею богиня, мечтала о гармонии и счастье, крепко удерживая в мире бурных страстей свое душевное равновесие. В Армении греческая Гестия почиталась как богиня Нанэ, причем имя Нанэ в народной речи приобрело нарицательное значение – бабушка, мать, но главное заключалось в том, что Нанэ и Гестия, как и Афина, обладали Священным Покровом – покровом тайны, которым скрыта высшая мудрость. Эрато искусна в ткачестве и готова соткать свой покров тайны.

В жертву богине она принесла три яблока и, положив их на каменный жертвенник у храма, произнесла:

– О, Гестия, позволь мне помнить прошлое и предвидеть будущее! Что я должна делать?

– Помоги Прометею похитить огонь!

Эрато обернулась. В нескольких шагах от нее стоял Квинт Гатерий, военный трибун, в белой тунике, без оружия. Он улыбался и держал в руках букетик мелких желтоватых цветов лавра, обрамленных лавровыми листьями. Обняв ее за талию, прижал к себе и нежно поцеловал. Чувственный поцелуй опьянил Эрато, ее сердце, упиваясь сладостью прикосновений, учащенно затрепетало в груди. Она просияла от радости, чувствуя духовное слияние с этим человеком, а он, находясь на гребне любовной волны, наслаждался блаженством, видя в ней маленькое чудо, ниспосланное богами. Ощущая неразрывную связь с этой женщиной, он был готов на любые подвиги.

Подняв глаза, она сказала:

– Как рада я видеть тебя, Гатерий!

– Эрато, узнав о твоем прибытии, сразу понял, что надо бежать к храму Гестии. Это тебе. – Он протянул букетик.

– Спасибо! Цветы лавра – цветы Гестии. Они символизируют защиту и очищение.

– Прекрасная Эрато, для нас, римлян, лавр прежде всего – мир, следующий за победой над врагом, но также и тайна Гестии.

– Да, тайна Прометея и Гестии, – вторила она, поглаживая на затылке его медно-коричневые волосы.

Прометей, титан, участвуя в создании первых людей, с помощью Гестии для людей похитил у богов огонь – символ освобождения. Он принес им искру в полом стебле тростника и научил сохранять огонь, присыпая золой. Люди, благодаря этому, стали физически и духовно копией богов. За похищение огня Зевс приказал приковать Прометея к скале Кавказских гор и обречь на непрекращающиеся мучения.

– Эрато, – говорил Гатерий, – в детстве моя мама из листьев лавра делала для меня амулеты.

Лавр исполняет заветные желания, надо только в маленький мешочек из мешковины положить лавровый лист, три семечка кардамона и веточку розмарина и носить этот амулет на шее. У человека раскрывается дар красноречия, заостряется ум, ему сопутствует удача.

– Гатерий, – девушка запечалилась, – у меня тоже был магический амулет, мой оберег, приносящий удачу, но его отобрали в Риме, чтобы излечить вашего императора. «Узел Исиды» – так он назывался. Почему-то честь хранить реликвию – носить амулет – царь Артавазд оказал мне. Вручая его, сказал: «Береги амулет, он обладает особой силой, отвращает зло, дарит благосклонность жизни».

– Не печалься. Нет ничего хуже уныния! Верь, что потерянное возвратится сполна, жди знак и наслаждайся жизнью.

Долгий, томный и сладостный поцелуй согревал, волновал. Насладившись близостью, Эрато заглянула ему в глаза:

– Нас с отцом спешно вывезли из Рима сюда, не понимаю, зачем.

– Возможно, судьба благоволит нам с тобой, а, возможно, неудачно шутит, – прошептал он. – Надо спросить богиню Гестию: она владеет тайными знаниями.

– Есть тайны, открыв которые, познаешь дорогу к счастью, а есть и другие, окутывающие тьмой истину. – Эрато с обожанием рассматривала черты лица возлюбленного.

– Эрато, мы выясним, что происходит! Пошли, нельзя почивать на лаврах!

Глава 9

На реке Тигр севернее Вавилона расположилась малая столица Парфии Ктесифон. Двор молодого царя Фраата IV (ему 35 лет) постоянно переезжал из одной столицы в другую, но приятнее всего монарху было в Ктесифоне, в котором задерживался подолгу, особенно в зимнюю пору. Мягкий климат, греческая упорядоченность, западный стиль жизни, привитый ему женой Нарине, нравились царю, и он осторожно подражал в одежде и манерах стандартам красоты Эллады. Восприняв эллинское наследие, даже ставил себе в заслугу защиту греков от Рима, впрочем, понимая, что подданные из партии противников перемен попытаются обвинить его в забвении традиций предков, чтобы свергнуть.

В своей резиденции в Ктесифоне, прохаживаясь по небольшому, освещенному ярким солнцем залу, он обдумывал донос осведомителя о готовящемся мятеже. Остановившись у статуи парфянского царя, его отца, протянул руку к бронзовому истукану и ключом в виде нагрудного амулета завел спрятанный внутри механизм. Изваяние из меди и бронзы в скифско-парфянском стиле, пышно разодетое, демонстрировало богатство и роскошь династии. Скульптура царя в воинственной позе с мечом в руке имела внушительный вид: длинные, обрамленные диадемой, искусно уложенные волосы, большие пышные усы и борода с ниспадающими волнами прядей. Живой царь выглядел скромнее и элегантнее: светлые волосы и короткая бородка, голубые глаза, на лбу родинка, фиолетовый кафтан и штаны, расшитые жемчугом, на шее крученое ожерелье, на пальцах перстни, белые сапожки усыпаны драгоценными камнями.

Вошел 14-летний сын Фраат-младший с кинжалом на поясе. Царь подошел и положил руки ему на плечи (знак глубины чувств), любуясь бравым видом наследника:

– Мой сын, ты возмужал, вылитый я в юности!

В юности Фраат-старший взошел на престол, убив отца. Он часто проявлял чрезмерную жестокость, начав с казни братьев и закончив уничтожением талантливых полководцев, всегда был высокомерен и постоянно находился в борьбе с претендентами на престол. Из пяти любимых сыновей он доверял только Фраату-младшему, который никогда не перечил.

– Когда-нибудь эти символы власти будешь носить ты, – монарх указал на свои диадемы.

Его голова была увита четырьмя диадемами: тремя лентами со свисающими сзади завязками и золотым обручем. Белая головная повязка, символ царской власти, – украшение, позаимствованное у персов. Александр Македонский после победы над Дарием ввел такую повязку в моду среди греческих правителей. Вторая повязка, красная лента, символизировала мужество, а третья, зеленая, – процветание и бессмертие. Четвертая диадема, обруч с драгоценными камнями и жемчугом, – регалия, позаимствованная у Ассирии, имела чеканную эмблему династии – солнце между двумя сидящими орлами.