Во время пения этого антифона священник читает молитву, в которой, обращаясь к Богу, просит: «Спаси люди Твоя, благослови достояние Твое, исполнение Церкве Твоея сохрани, освяти любящие благолепие дому Твоему». Смотрите: «люди Твоя», «достояние Твое», «Церковь Твоя», «дом Твой». Эти молитвы возносятся священником не только от своего имени, но и от имени всего прихода, всей общины, всего народа Божьего. Тайное (шепотом) произнесение этих молитв относится к поздней практике. И отец Александр Шмеман в Америке, и митрополит Антоний в Лондоне всегда вслух читают эти молитвы, такова установившаяся в их епархиях практика. И в этой молитве мы все исповедуем принадлежность к Церкви Божьей. Церковь – это «Твои люди», «Твое достояние», это «Твоя Церковь», это «Твой дом». Краткая, как и молитва Первого антифона, эта молитва тоже удивительно емкая, наполненная огромным богословским содержанием.
И после пения антифона вновь говорится ектения «Паки и паки…». Затем, перед возгласом «Яко Благ и Человеколюбец Бог еси» читается молитва Третьего антифона. «Ты, Кто даровал нам эти общие и согласные молитвы (молитвы, которые мы приносим все вместе едиными устами и единым сердцем – вот что значит слово «согласный». – Г.Ч.), Ты, Кто обещал исполнить прошение двум или трем, собравшимся во имя Твое («согласующимся о имени Твоем», как говорится в славянском тексте. – Г.Ч.), Сам исполни ныне прошение Твоих рабов к полезному, подавая нам в нынешнем веке познание Твоей истины и в будущем даруя вечную жизнь». Мы, собравшиеся здесь двое или трое во имя Его, просим у Господа в этой молитве дать нам познание Его истины. Не зная истины и не зная воли Его, жить очень трудно и верить просто невозможно.
Прозвучала ектения, сказан возглас – и распахиваются Царские врата с пением слов благоразумного разбойника: «Во Царствии Твоем помяни нас, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем» (ср. Лк 23: 42). И далее, после слов разбойника благоразумного, звучит песнь из Нагорной проповеди: «Блажени нищии духом, яко тех есть Царство Небесное» – πτωχοὶ τῷ πνεύματι, ὅτι αὐτῶν ἐστιν ἡ βασιλεία τῶν οὐρανῶν (Мф 5: 3).
Кто такие нищие духом? Мы всегда задаем этот вопрос себе самим и друг другу и далеко не всегда получаем на него ответ. Давайте попробуем сегодня подойти к ответу на этот вопрос. Слово «дух» (руах) примерно синонимично другому библейскому слову – «сердце». Вы, наверное, знаете, что в поэтических книгах Библии двустишие строится таким образом, что первая его половина повторяется во второй половине, но в других словах, как, например, в 50-м псалме: «Сердце чисто созижди во мне, Боже, и дух прав обнови во утробе моей». Итак, «сердце» и «дух» для Библии почти синонимы. Нищий духом или нищий сердцем… У слова «нищий» тоже есть библейский синоним – это слово «смиренный». Итак, нищий духом – он в то же время будет смиренным сердцем. А выражение «смиренный сердцем» встречается в другом месте Евангелия от Матфея, когда Сам Господь говорит про Себя: «Придите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я упокою вас. Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирйн сердцем, и найдете покой душам вашим» (Мф 11: 28–29). Итак, Сам Господь смирйн сердцем и Сам Господь нищ духом.
Давайте попытаемся понять, что значит это выражение – «нищие духом», исходя из его синонима «смиренные сердцем». Авва Дорофей, замечательный египетский подвижник VI века, говорит нам о том, что такое смирение. «Никто, – восклицает он, – не знает и не узнает, что такое смирение и как оно рождается в душе, если не испытает это на собственном своем опыте». Смирение – это никоим образом не покорность, не задавленность, не подчиненность чужой воле, хотя очень часто нам кажется именно так. А ведь Сам Бог нам говорит в одном из псалмов: «Не будьте как конь, как лошак не-смысленный, которых челюсти нужно обуздывать уздою и удилами, чтобы они покорялись тебе» (Пс 31: 9). Значит, смирение – это не способность подчиняться силе, не задавленность, не покорность, а что-то другое. Что же, неужели нам придется дожидаться того дня, когда Господь нам откроет, что такое смирение, на собственном опыте? Давайте все-таки прислушаемся к тому, что говорят, исходя из своего опыта, другие люди, старше нас, в частности митрополит Антоний.
Митрополит Антоний (Блум), лондонский (Сурожский) владыка, говорит нам, что смирение по-латински – humilitas, от слова humus, земля, плодородная земля. Земля ниже всего; ниже, чем земля, быть нельзя. Землю все топчут ногами, в землю льют помои; но чем больше мы льем в землю помоев, тем плодороднее она становится. Вот главная черта того, что мы называем словом humus – ее плодородие. Эта земля в состоянии принять в себя семя, согреть его своим теплом и принести плод. Смиренный сердцем – это тот человек, чье сердце открыто для плодоношения духовного. Смиренный сердцем – тот человек, который готов в сердце своем принести плод, тот плод, которого ждет от него Господь. Значит, нищий духом – это примерно то же самое. Я подчеркиваю, родные мои, примерно то же самое. Потому что это выражение относится к числу тех самых важных в Евангелии выражений, которые точному истолкованию не поддаются. Дело в том, что главные истины нашей веры так же неизреченны, так же несказанны, как несказанна милость Божия, как не выразимо в словах, неизреченно Его человеколюбие, как несказанна Его держава. Итак, точно понять, чту это выражение значит, мы не можем. Мы можем это только сердцем понять. Но приблизиться к пониманию его, как мы это только что сделали, мы можем. Нищий духом или смиренный сердцем – это тот, чье сердце, чей дух открыт для плодоношения духовного.
Итак, подчеркиваю, что первые три антифона, о которых мы с вами сегодня говорили (последний из них «Блаженны нищие духом»), и далее – евангельские блаженства («Блаженны миротворцы, яко тии сынове Божии нарекутся») некогда составляли особую службу, которая перед началом Божественной литургии совершалась на площади, совершалась не только для тех, кто затем будут участвовать в литургии, но для всего города. Для тех, кто занят работой и не может прийти в храм, для тех, кто по маловерию не ходит в храм, – для всех них совершалось это удивительно важное, радостное богослужение, через которое для людей изображался Христос. Изобразительным называют иногда последование, в котором поются эти антифоны: это последование изображает нам Христа. «Щедр и милостив Господь, долготерпелив и многомилостив». Господь, Который умудряет слепцов, возводит низверженных, принимает сироту и вдову и хранит пришельца. Господь – «нищий духом» или «смиренный сердцем», «чистый сердцем», «изгнанный правды ради», «миротворец», приносящий мир в наши сердца и в нашу жизнь, примиряющий даже лютых врагов. Вот каков Он, Христос.
В трех антифонах три раза разными словами дается нам словесная икона Спасителя. И это в них главное. И поэтому, наверное, совершались они не в храме, а на площади, совершались для всех – для того, чтобы все услышали эти три словесные иконы.
В русской традиции «нищий» – это, скорее, «просящий».
Да, но только там стоит не «просящие духа», а именно «чем?» – духом. Там творительный падеж. Потому я вам и привел это выражение сначала по-гречески, а потом по-славянски и по-русски, что оно не такое уж простое. И не надо пытаться истолковывать его упрощенно, как иногда действительно мы говорим – «взыскующие духа», «просящие духа», умоляющие Господа о том, чтобы Он духа даровал; или иногда мы по-другому говорим: «добровольно нищие». Это всё упрощенные способы понимания этого выражения. Мы с вами не будем идти по пути упрощенного понимания одного из самых важных евангельских изречений нашего Господа.
Может быть, это неправильный перевод? Я слышала такой перевод: «Блаженны простодушные». Духом-то никто не нищ, искра Божья в каждом есть.
Ясно, что речь идет не о тех людях, у которых нет духа. Это ясно, что нельзя перевести это выражение как «блаженны бездуховные». Хотя, если переводить дословно πτωχοὶ τῷ πνεύματι, то вроде как, на первый взгляд, так и получается: «блаженны бездуховные». И я уверен, что если бы мы дали этот текст переводить человеку, который очень хорошо, в совершенстве знает греческий язык, но при этом никогда не читал Евангелие, ничего не слышал ни о Евангелии, ни о христианстве, ни о Церкви Христовой, то он, скорее всего, перевел бы это выражение именно так: «блаженны бездуховные». Но это не так, это парадоксально. А когда в Евангелии парадокс, тогда в Евангелии что-то очень важное. Поэтому подчеркиваю, что точно истолковать средствами русского, английского, французского, любого другого языка это в высшей степени корявое греческое выражение невозможно. Оно коряво по-гречески, оно коряво по-латински, так же коряво оно будет звучать на иврите или на арамейском языке. Коряво оно именно потому, что в нем заключено что-то очень важное, что может нам открыться только из нашего собственного духовного опыта. Но к вашему толкованию я еще вернусь сегодня.
Мой вопрос касается того, что Бог непознаваем. Но ведь Он же Сам в Евангелии сказал, что Он есть истина и жизнь?
Да, о том и речь, что Бог непознаваем, но Он явил Себя во Христе. И это Христос нам говорит: «Аз есмь путь и истина и жизнь» (Ин 14: 6), потому что не через Христа познать, понять, узреть Бога нельзя. Когда мы в Нагорной проповеди слышим слова «Блаженны чистые сердцем, яко тии Бога узрят» (Мф 5: 8), имеется в виду как раз это: те, кто увидят Бога во Христе Иисусе, те блаженны. Но для этого блаженства надо стяжать чистоту сердца.
