Георгий Апальков – Бытие 2050: Апокалипсис (страница 5)
— Глянь на него... Сплошное мясо! — сказал Егор, стараясь хотя бы внешне сохранять спокойствие и способность будничным тоном подмечать детали общей картины, находившейся за гранью возможного. Побледневшее лицо, тем не менее, выдавало его с потрохами, и как ни старался Егор спрятать свой ужас за ВР-очками, Илья всё равно видел, что другу страшно так же, как и ему самому. Илью это успокаивало и возвращало ему какое-никакое равновесие.
Тут из-за колонны Эрмитажа выскочил мальчик лет десяти, решившийся, по всей видимости, рискнуть всем и убраться из кровавой бани. У Ильи внутри всё сжалось. Он смотрел на мальчика и всей душой болел за него, и не мог усидеть на месте из-за того, что не мог сделать для него ничего больше. Болотисто-серый получеловек засёк движение и, издав нечто походившее на воинственный клич, кинулся за мальчиком. Малыш бежал со всех ног, но огромный и жилистый мутант был в тысячу раз сильнее и быстрее.
— Егор, давай за ним! — взволнованно сказал Илья, крепко сжав телефон друга в руках.
— Нафига? Я ж ничего не могу…
— Попробуй об него расшибиться! Может, он от пацана отстанет.
Егор нехотя двинул один из рычажков на контроллере вперёд, и дрон стал пикировать, на предельной скорости летя прямо в спину существа, гнавшегося за мальчиком.
— Газуй быстрее!
— Я и так газую!
Расстояние между камерой и мутантом сокращалось стремительно, но мутант догонял свою жертву ещё быстрее. Егору не хватило каких-то нескольких секунд: огромная зелёно-серая туша повалила пацана на асфальт, и тот истошно закричал. Тем не менее Егор не остановился, и через несколько мгновений дрон врезался прямо в голову неведомого существа, заставив того на время забыть про парня.
— Теперь улетай!
— Не могу! Он меня схватил! Он меня… Ай, всё!
Последнее, что увидел Илья, — это лицо монстра, поймавшего дрон и свирепым взглядом посмотревшего прямо в камеру. Следом он бросил «птичку» на асфальт и прибил её ладонью, точно назойливую муху. Изображение пропало, и вместо него на экране смартфона замерла надпись: «Нет сигнала».
— Ну вот, просрали дрон, — заключил Егор, снимая ВР-очки.
— Ты дурак?! Там пацан, походу, умер, а ты про дрон…
— Да знаю я! Я же так…
У обоих тряслись руки. Илья глядел на побледневшее лицо Егора и думал, что сам он наверняка выглядит не лучше. Сердце колотилось, а ноги вдруг сделались такими ватными, что даже мысль о том, чтобы встать со стула, встречала в голове непреодолимое сопротивление.
— Всё реально, получается, — задумчиво пробормотал Егор.
— Ага, — только и смог ответить на это Илья.
— И чё делать?!
Взгляд Егора был полон растерянности. Он сам напоминал теперь растрёпанного бородатого ребёнка с немытой головой, у которого впервые отобрали игрушку в песочнице, и он не знает, как на это реагировать.
— Кто-то должен порядок навести, — предположил Илья. — Полиция там, армия…
— Нас топовая ИИ-шка решила убить. Всех. Как с ней армия будет воевать, если у вояк тоже всё на ИИ завязано?
— Техника может быть и завязана. Но не оружие. Сейчас поднимут всех, вооружат, и они как-нибудь в ручном режиме всё…
— А ты не думаешь, что «Альфа» и это предусмотрела?
— Дружище, я знаю не больше тебя. Просто пытаюсь позитивно мыслить — вот и всё.
— Толку-то в этом позитиве, если кругом сплошная жопа?
— А что ты тогда предлагаешь?
Егор задумался. Очевидно, хоть сколько-нибудь дельных предложений у него тоже не было.
— Мы точно не перебухали? — на всякий случай ещё раз спросил он.
— Перебухали. Только это ни на что не влияет.
— Бред какой-то… Бред! Нафига ИИ-шке нас мочить?!
— Она же тебе сказала: мы больше не нужны.
— Ну так оставила бы нас в покое!
— Видимо, это не вариант. Там такие мощности вычислительные, что нам вообще никогда не понять, что она там себе напридумывала. То, что нам президентская голова сказала, — это выжимка: нам всё как детям разжевали и в рот положили. На самом деле у любой ИИ-шки — а особенно у «Альфы» — там в башке такие шахматы, что нам всем вместе взятым за тысячу лет не разобраться.
— Жесть полная… Я к такому как-то не был готов.
— Вряд ли кто-то вообще подготовился. Ну, может, квадриллионеры какие-нибудь…
— Что делать будем? — в который раз повторил свой вопрос Егор.
— Спасаться как-то, — вздохнув, сказал Илья.
— Как?
— Сейчас главное — на улицу не высовываться. Засесть, переждать движуху основную, а потом… Потом и придумаем.
В дверь студии постучали. Илья с Егором синхронно подпрыгнули на месте и обмерли от ужаса.
— Пацаны, это сосед, — сказал приглушённый голос из коридора.
Голос этот оба узнали сразу. Ратибор: сосед-мотоциклист, летом возвращающийся в свою студию за стеной только поспать, а зимой не вылезающий из неё до самой весны, будто медведь из берлоги. Несмотря на странное имя, мужиком он был самым что ни на есть нормальным и не выделялся ничем, кроме своего двухколёсного хобби, определявшего его гардероб.
Егор нажал кнопку на подлокотнике и крикнул:
— Заходи!
Дверь отворилась, и в комнату вошёл высокий мужчина тридцати пяти лет, с вьющимися волосами цвета солнца.
— Вы в курсе, чё происходит? — с порога спросил Ратибор.
— Ага, — ответил за них обоих Егор.
— Чё делать думаете?
— Не знаем, — сказал Илья, тут же вспомнив о том, что ему следовало сделать сразу после того, как вокруг начались странности.
Пока Егор общался с соседом, присевшим за их стол, Илья достал свой телефон и в пару касаний набрал дочь. На экране — снова та ИИ-шная лыжница. Сверху — снова надпись: «Звонок…»
— Давай, — без всякой надобности торопил телефон Илья. На лбу его проступили капельки холодного пота.
Первый звонок не прошёл, и Илья попытался ещё раз. Затем сдался и позвонил уже Зое. Но и бывшая жена не отвечала. Номера этого их вонючего дяди Вадима у него не было, но он не постеснялся бы позвонить и ему — лишь бы он сказал, что у них всё в порядке. После ещё нескольких неудачных попыток он набрал мать. Тишина.
— Илюха, ты чё там? — спросил Егор, увидев, должно быть, как он потеет и ошалело пялится в пустой экран.
— Своим пытаюсь позвонить, — ответил Илья.
— Бесполезно, — вклинился в разговор Ратибор, — связи нет вообще.
— Как это? Инет же работает!
— На поисковик только. И то только если ищешь через «Альфу». Если просто через условный Гугл спрашивать, то дичь всякую выдаёт.
— Какую дичь?
— Да просто закодированную какую-то. Чисто набор символов.
— Но я же дроном управлял!
— Значит, тебе дали им поуправлять. Кстати, где он?
Ратибор сидел на стуле верхом, сложив на спинку могучие татуированные руки. Егор по-прежнему был в кресле с чуть задранными вверх ногами: так он боролся с тяжестью в ногах и застоем крови. Илья глядел на них обоих и думал о том, что всё происходящее — какая-то чудовищная ошибка. Не здесь он должен сейчас находиться. Не здесь! Ещё давным-давно ему нужно было вытащить голову из задницы и быть рядом со своей семьёй. Даже после развода, даже после раскола этой самой семьи — просто быть рядом, на всякий случай. На такой случай. А теперь что? Теперь они — там, за тысячи километров, бог знает где. А он — здесь: в компании людей, с которыми ему совершенно не хочется продолжать обсуждать дальнейшее совместное выживание.
Сердце его быстро забилось, и каждый удар отзывался теперь давящей болью и дискомфортом. Не хватало воздуха. Он чувствовал, будто за горло его схватила невидимая рука, и стоит ей сжать хватку чуть сильнее, как он тут же потеряет сознание и рухнет на пол без чувств. Всё вокруг казалось нереальным. Ему хотелось, чтобы всё было нереальным. Он почувствовал, будто сейчас снова его первый день в детском саду, где он никого не знает, а воспитательница, как назло, поставила его перед тридцатью такими же оболтусами и попросила рассказать о себе. Голова шла кругом.
И тут телефон в его руках завибрировал.