И Божьего благословенья требуй!
Мать
Другое покаянье наложи…
Хоть пост. Потребуй самой тяжкой жертвы!
Бранд
От самой тяжкой уклониться хочешь, –
Все остальные не смягчат Его.
Мать
На церковь я пожертвовать готова.
Бранд
Все целиком?
Мать
Не все, но много.
Бранд
Нет,
Как Иов на гноище – наг и нищ.
Должна ты умереть, – тогда спасешься;
Другого нет пути.
Мать (ломая руки)
Пропала жизнь!
Загублена душа, и скоро прахом
Добро мое пойдет! Домой, домой,
Скорей к груди своей прижать покрепче
Все то, что я своим еще зову.
Мое дитя, рожденное в страданьях –
Добро мое! Я кровью истекала,
Чтоб обрести тебя и уберечь.
Домой, поплакать над тобой, как плачет
Над заболевшим крошкой мать!.. Зачем же
Во плоти родилась моя душа.
Когда что мило плоти – смерть душе?..
Священник, будь вблизи. Ведь я не знаю,
К чему приду в последний страшный час.
Должна при жизни я всего лишиться –
Так в самый уж последний миг, не раньше!
(Уходит.)
Бранд (глядит ей вслед)
Да, близ тебя останется твой сын
И будет ждать последнего призыва;
Холодную твою согреет руку,
Как только ты ее ему протянешь.
(Спускается вниз к Агнес.)
На утро вечер тихий не похож.
Душа кипела, обнажить готова
Была меч гнева и крушить им ложь.
Вдали призывное я слышал слово:
Мне чудилось, что битва уж кипит,
И мир я с бою взять хотел на щит!
Агнес (обратив к нему светлый взгляд)
В сравненьи с вечером как бледно утро,
Когда, игрою ложной увлекаясь,
Гналась за тем я, что полезней было
Утратить мне навек!
Бранд
Ко мне слетали
Великие, прекрасные мечты;
На крыльях лебединых подымали
Меня до поднебесной высоты.
Оттуда путь свой я наметил в мир
И был борьбой с грехом тем увлечен,
Что торжествующие, в венце, в порфире,
Несется по течению времен.
Процессии, хоругви золотые,
Из мрамора ступени и столпы,
И фимиама волны голубые, 
