Генрих Шумахер – Последняя любовь лорда Нельсона (страница 63)
Нет, не был создан для жизни во тьме этот идол героя!
Мертон-плейс пошел с молотка. Затем она по пала в лапы ростовщиков. Смерть матери лишила ее последней опоры. Дважды, трижды спасало ее сострадание прежних друзей. А потом перед ней открылись ворота Кингз-Бенча, долговой тюрьмы.
Но никогда, даже в самой тяжкой нужде, не позволила она себе вовлечь Горацию в свою по стыдную жизнь. Ни разу не признала себя ее матерью. Ни разу не истратила на себя ни пенса из тех денег, которые предназначал Нельсон на воспитание своего ребенка.
Его воля во все времена оставалась для нее священной.
Еще раз пришли ей на помощь. При условии, что она покинет Англию.
Она согласилась. Вышла из Кингз-Бенча с пятнадцатью фунтами в кармане. И вместе с Горацией отплыла во Францию.
Глава сороковая
Пятнадцатое января 1815 года миссис Хантер, живущая в Кале старая дама, по происхождению англичанка, жаловалась мяснику на Рю Франсез, что он послал для ее собак плохое мясо.
В этот момент в лавку вошел господин Реймс, бедный учитель английского языка.
— Ах, мадам, — сказал он дрожащим голосом, — я слышал о вашем милосердии по отношению к вашим соотечественникам. В двух шагах отсюда живет дама, которая с радостью приняла бы мясо, показавшееся вам слишком скверным для ваших собак.
Миссис Хантер посмотрела на него с удивлением и смущенно.
— Дама? Я бы охотно ей помогла, если это возможно. Не назовете ли вы ее имя?
Господин Реймс нерешительно взглянул на мясника, подошел к миссис Хантер поближе и шепотом назвал ей имя.
Миссис Хантер вздрогнула.
— Возлюбленная Нельсона?
И она поспешно увела его, попросив проводить ее к несчастной.
Рю Франсез 111.
На пороге полуразвалившегося домишка стояла девочка лет четырнадцати.
— Ваша мама дома, мисс Нельсон? — спросил господин Реймс.
Горация сердито посмотрела на него.
— Я вам уже один раз сказала, сударь, что эта женщина — не мать мне! Она лежит. Если хотите подняться к ней…
Она отвернулась, пожав плечами, и медленно пошла вниз по улице.
Господин Реймс и миссис Хантер поднялись по темной лестнице. Он пару раз постучал в полуоткрытую дверь; затем, так как никто не откликнулся, они нерешительно вошли в комнату.
На кровати, стоявшей у стены, лежала леди Гамильтон. Казалось, она спала. Прядь ее белых, как снег, волос падала на грубую наволочку ее подушки, лицо было обращено к стене.
Над кроватью висел портрет миссис Кадоган. И только. Комната была пуста. Нищенская, холодная.
Господин Реймс окликнул леди Гамильтон по имени. Она не ответила, не пошевелилась. Обеспокоенный, он подошел ближе и заглянул ей через плечо.
Она была мертва.
В застывших руках она держала маленький портрет в темной рамке. Портрет лорда Нельсона. Глаза ее были широко раскрыты и устремлены в пустоту.
И на тонком прозрачном лице словно застыл вопрос. Недоуменный вопрос наказанного ребенка о сущности бытия.
Этого необъяснимого бытия.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.