Генри Олди – Ангелы Ойкумены (страница 5)
Дороги на Сечене – вечная соль анекдотов. Однако шоссе, ведущее к космопорту, являло собой приятное исключение: износостойкая фрикционка на нанополимерах, антиобледенитель, интерактивная разметка. За сто метров до пропускного пункта автопилот сбросил скорость, к полосатому шлагбауму моб подкатился, еле слышно шурша литыми шинами. У бело-синего «стакана» контрольного поста, на ступеньках, их уже ждал мордатый усач в чине участкового пристава. За спиной пристава топтались двое румяных от мороза городовых. Мальчишки, отметил Марк. Почему на посту полиция, а не охрана космопорта? Он коснулся сенсора, и дверь моба с шипением скользнула в паз. В кабину ворвался порыв ветра, принеся с собой облачко снежной пыли. Пристав, весь обвешанный гаджетами – кобура с пистолетом, наручники, планшет, рация, подсумки, – двинулся к гостям. Городовые следовали за усачом, как на привязи.
– Следуете в космопорт?
К идиотским вопросам Марк привык.
– Да.
– Улетаете? Встречаете?
– Улетаю.
– Позвольте документики.
– Пожалуйста.
Марк активировал кристалл-паспорт с визовыми отметками. Делая шаг, чтобы взять кристалл, пристав держал другую руку на расстегнутой кобуре. Террористическая угроза? Повышенный уровень безопасности? В кобуре, между прочим, не пулевой антиквариат, а лучевик…
Хмурясь, пристав изучал паспорт. Время от времени он совал в голосферу мосластый палец, листая виртуальные страницы. Усачу хотелось к чему-нибудь придраться, но придраться было не к чему. Наконец пристав махнул рукой городовому – тот, как бес, торчал за левым плечом. Ангел за правым ждал своей очереди.
– Анисимов, зафиксируй данные.
– Слушаюсь, ваш-бродь!
Бес выхватил из поясной сумки планшет, со второй попытки подсоединил его к разъему кристалла и принялся неуклюже тыкать замерзшими пальцами в сенсоры, открывая протокол копирования. Ангел отчаянно косил глазом, следя за действиями напарника. «Один умеет писать, – вспомнил Марк остроту, услышанную здесь, на Сечене, – другой умеет читать, а третьему приятно побыть в обществе образованных людей.»
Он не улыбнулся – даже в мыслях.
– Отбываете на яхте «Мизерабль», бортовой номер…
Пристав сверился с записью в бумажном блокноте.
– Совершенно верно.
– Летите один?
– Со мной летят двое моих друзей.
– Они здесь, с вами?
– Да.
– Документики?
– Никаких проблем.
Марк поднял заднюю дверь, и в проем высунулся жизнерадостный Пробус:
– Добрейшего денечка, офицер! Спурий Децим Пробус, к вашим услугам! Паспорт? Ну конечно же, паспорт! Айн минут, уже предъявляю…
Городовые ощутимо напряглись, когда Пробус представился. В душе Марка проснулась тревога. Усиленные меры безопасности? Бывает. И, тем не менее…
Второй паспорт усач чуть ли не обнюхал. Марков кристалл он, кстати, возвращать не спешил. В этом не было ничего необычного: полицейские любят демонстрировать власть по мелочам. Насчет документов Пробуса Марк не волновался. Паспорт и секторальная виза у коллантария в порядке, въездную отметку организовала здешняя резидентура.
– Кто у нас еще? Почему голый?!
Тузик одарил пристава белозубой ухмылкой.
– Какой же он голый, офицер! – встрял Пробус. – Видите: штаны, жилетка? Он у нас морозоустойчивый! Спортсмен! Якатль Течли, двойное гражданство: астланское и помпилианское…
– Немой?
– Ни в коем разе! Просто молчун. Якатль, паспорт!
Третий кристалл перешел в руки пристава.
– Спурий Децим Пробус и Якатль Течли! Вы едете с этим человеком по доброй воле и без принуждения?
Рука на кобуре. Подобрались бес с ангелом – тоже при оружии. Внутри сине-белого «стакана» наверняка есть еще люди…
– Разумеется, офицер! По доброй-предоброй, наидобрейшей воле! Никакого принуждения! Как вы могли подумать?! Да мы, считай, сами напросились! Мы с господином Тумидусом – давние друзья, не разлей вода! Он мне как сын! Согласился подкинуть в родные, так сказать, пенаты…
Болтовня Пробуса на пристава впечатления не произвела:
– Якатль Течли, я хочу услышать вас.
– Якатль! Ответь господину офицеру!
– Лечу, лечу! – закивал астланин. – Я люблю летать!
– Убедились?
– Поступил сигнал, – пристав огладил усы, мотнул головой, и городовые встали поближе к мобу. – Вас шантажируют. Вам угрожают. Вы не можете открыто заявить, что вас похитили и насильно вывозят с Сеченя.
– Чей сигнал?
– Поступил анонимный сигнал…
Судя по лицу пристава, анонимность сигнала лишь увеличивала доверие властей к неведомому сигнализатору.
– Нас? Похитили?!
– Поступил сигнал…
Все встало на свои места. Кто был этот бдительный аноним, Марк хорошо себе представлял; как минимум, расовую принадлежность анонима. Что ж, господа гематры, и мы умеем считать. Тут вам Сечень, тут другие расклады.
– Это шутка! Понимаете?
– Разберемся.
– Шутка, розыгрыш!..
– Выйдите из машины для досмотра…
Вот здесь, в самый удачный момент, и соизволил проснуться Катилина. Всю дорогу ягуар безмятежно дрых на пассажирском сиденье рядом с Марком. А сейчас привстал, сладко потянулся – и рыкнул на пристава: кто это имеет наглость распоряжаться?
Пристав неприятно удивил. С резвостью крупной кошки он отскочил от машины, разрывая дистанцию. Лучевик прыгнул из кобуры ему в руку гораздо быстрее, чем Марк мог рассчитывать.
– Эй, офицер! Все в порядке.
– Это ваше животное?
– Прошу вас, опустите оружие. Опасности нет.
– Ваше животное, говорю?!
Ларгитасский «Страж-компакт». Полис-модель с укороченным стволом. Для ближнего боя – грозная машинка. Марк представил последствия.
– Это мой ягуар, – он встал между приставом и Катилиной. – У него есть сертификат безопасности: провоз всеми видами транспорта, выгул в общественных местах. Предъявить?
– Почему без намордника?
– Я его полностью контролирую.
– Возьмите зверя на поводок и выходите из машины. Сначала вы, потом ваши пассажиры.
– Но у меня нет поводка!
– Почему?