Генри Нефф – Ведьмин камень (страница 6)

– Проклятие вступает в силу автоматически. Ведьма свое дело знала.

Лоб Инспектора прорезала морщина. Он что-то записал в своих бумагах.

– Ясно. И когда в последний раз кто-то из Дрейкфордов пытался снять проклятие?

Улыбка Ласло превратилась в вымученную гримасу.

– Вы хотите, чтобы я назвал точную дату?

– Если можно, – сухо произнес Инспектор.

– Ну… дату я, к сожалению, не могу припомнить, но это было примерно тогда, когда поступили в продажу эти автомобили Генри Форда, Model T[4]. Чертовы штуки были повсюду. Буквально всякий раз, когда ты переходил улицу, мимо проносилась Model T. То есть, конечно, не проносилась, но пыхтела на более или менее приличной скорости. Наверное… понимаете, я все это зачем говорю. Я хочу сказать, что ненавидел эту машину.

Андровор повернулся к Тэтчер.

– Как вы считаете, у 923-го имеются проблемы с концентрацией внимания?

– Да.

Сэр Малигнис извлек лист из папки с каким-то графиком и показал его Ласло. У младшего демона пересохло в горле. Он знал, что цифры – это всегда не к добру.

– Вам известно, что это такое? – спросил Инспектор.

Ласло кивнул.

– По-моему, это график НСО, милорд. Он демонстрирует Невыносимые Страдания и Отчаяние проклятых.

– Верно. Вы не замечаете ничего необычного в ходе красной и синей кривых?

Ласло прищурился.

– Синяя немного волнистая, а красная… хм… красную я не вижу.

– Посмотрите внизу.

Ласло заметил тоненькую красную полоску, которая тянулась вдоль оси абсцисс.

– Вот она. Восхитительно прямая.

– Восхитительно? – прорычал Инспектор. – Уровень производства Отчаяния для этого проклятия крайне низок, 923-й. Ваши подопечные провели последние сто лет, испытывая вполне терпимые страдания и пренебрежимо слабое отчаяние.

Ласло наморщил нос.

– И этоплохо?

Инспектор отшвырнул график.

– Результат ничтожный. Очевидно, носители проклятия привыкли к своему несчастью. Если у них и имелась какая-то надежда, она умерла много веков назад. Разумеется, вы видите проблему.

Ласло усиленно закивал.

– Вижу. Но я бы предпочел услышать вашу формулировку. Вы так точно подбираете слова.

Андровор окинул его пристальным взглядом.

– У ваших носителей проклятия нет надежды, в то время как именноутрата надежды приводит человека в отчаяние. То, чем не обладаешь, нельзя утратить, 923-й. Если в ближайшее время ничто не изменится, выработка отчаяния останется на прежнем уровне.

Ласло заморгал.

– И это также плохо?..

– ДА! – рявкнул Инспектор. – Что с вами такое, во имя Семи Кругов Ада?

– Должно быть, подцепил какую-то заразу. Скоро начнется сезон гриппа.

– Демоны не болеют гриппом.

– Это радует.

– Вернемся к основам, – процедил Андровор. – Страдание и отчаяние – ценные ресурсы, 923-й. Ценнее их только людские души. Отчаяние делает нассильнее, а людей – слабее. Цель существования Общества – непрерывное производство высокого количества отчаяния. Иначе зачем нам утруждать себя возней с проклятиями?

– Чтобы снизить уровень безработицы?

Андровор какое-то время холодно смотрел на Ласло. В конце концов он вздохнул и потер пылающую огнем морду.

– Все очень просто, – устало произнес он. – Мы подпитываем надежду, а потом, образно выражаясь, выдергиваем у человека коврик из-под ног. Мы соблазняем смертных. Мы посылаем им искушения. Мы толкаем их на гнусные поступки. Мы делаем это снова и снова. Это азы, которые обязан знать каждый демон.

– Разумеется, сэр, – поддакнул Ласло, восхищаясь своими успехами в схватке с серьезным противником. Какая все-таки полезная тактика – изображать дурачка!

– Итак, мы говорили о вашем проклятии, – продолжал Андровор. – Что вы можете сказать о своих показателях?

– Я бы сказал, они стабильны.

– Стабильно низки.

– Это слишком сильно сказано.

– Они физически не могут быть еще ниже.

Ласло поднял руки.

– Я готов признать собственные несовершенства. Но в свою защиту должен сказать, что я ведь попугал монахинь. Это чего-то стоит.

– Ах да, – пробормотал Инспектор, – эти темпераментные монахини. – Он обернулся к Тэтчер. – Приведите моих помощников.

Супервайзер, стараясь не смотреть на озадаченного Ласло, вышла из кабинета. Он приказал себе не хрустеть пальцами, вытер ладони о брюки и притворился, будто его чрезвычайно заинтересовала обстановка комнаты. Книги, скоросшиватели, вон то вентиляционное отверстие в углу…

– Планируете побег? – хмыкнул Андровор.

Ласло не без усилий отвел взгляд от вентиляции.

– Зачем же мне бежать?

Инспектор не ответил, потому что в этот момент вернулась Тэтчер в сопровождении шести неизвестных.

«Помощники» остановились перед Инспектором, и Ласло настороженно оглядел их. Пестрая компания состояла из демонов III класса, созданных из тел различных птиц, хорьков, а также одного запаршивевшего шакала. Никто из них не смотрел Ласло в лицо; вид у всех был неловкий и отчего-то пристыженный.

– Никого не узнаете? – поинтересовался Андровор.

– Нет.

Инспектор щелкнул пальцами. Демоны исчезли в волне темной магии. На их месте стояли шесть бельгийских туристов.

Ласло почувствовал, что его сейчас стошнит.

«Не поддавайся панике, – твердо сказал он себе. – Ни в чем не сознавайся». По его мнению, это была самая надежная линия поведения на случай, если тебя поймают на вранье. Отрицая очевидное, иногда можно заставить противника усомниться в собственной нормальности.

– А теперь? – усмехнулся Андровор.

Ласло придал лицу выражение вежливого удивления.

– Извините. Впервые вижу этих господ.

– О, да бросьте, – рявкнул Андровор. – Они следили за вами несколько дней. Когда вы не заняты тем, что обманом выманиваете у людей деньги, вы воруете в магазинах, играете на скачках или загораете в парке.

Во время этой тирады Ласло изучал свои ногти.

– Серьезные обвинения. Вы можете это доказать?