Генри Морган – Дневник Lюцифера. 7Я-Атлантида (страница 8)
– Ты уверена?
– Абсолютно! А мама даже не заставляла его это делать.
– Она могла с легкостью заговорить его, чтобы оказать влияние через прикосновение, – заверила Глория.
– Но это же мама! Неужто ты вправду думаешь, что она могла желать нам чего-то плохого? – запротестовала Али.
– Возможно, у нее был более глобальный план, но это сейчас неважно, – прервал начинавшуюся перепалку Оскар. – Главное для нас в настоящий момент – поддерживать Энджи в состоянии чистоты ума и надеяться, что он полностью исцелился в результате того самого просветления, пока мы не узнаем об этом чуть больше. А пока мы отложим спасение Таниты, и не будем напоминать о ней нашему брату.
– Но что если Танита в опасности прямо сейчас? И почему нам обязательно сообщать о поисках Энджи, когда можем найти ее сами? – не унималась Глория.
– Потому что единственный способ найти ее – это тот кусок ткани у Ангела в руках.
Оскар указал на ткань, которую юноша продолжал удерживать в левой руке.
Лори удивленно подняла брови.
– Ты серьезно? Хочешь сказать, он не замечает, что держит в руке все это время?
– Все, что он сейчас замечает – это окружающий его дивный новый мир, поэтому…
– Я займусь этим, – сказала Али и отправилась в сторону брата-близнеца.
Оскар хотел остановить ее, но Лори не дала ему этого сделать.
– Пусть идет. Нам нужен тот кусок ткани. Ждать больше нельзя, – заверила она его.
В этот момент, атлант остановился и медленно повернулся к ним…
МОЯ ПРАВДА
Я снял шлем и положил в тумбу рядом с кроватью, заперев на ключ. Не знаю, что там хотел сказать атлант, но если я не поем, то умру от голода. Разница во времени большая, поэтому и спешить некуда, продолжу чуть позже.
Встав со своей одноместной обшарпанной кровати, я поставил ноги на старый деревянный пол и приложил усилие, чтобы встать. Внезапно послышался треск ломающейся дощечки, и моя правая стопа ушла вглубь пола по лодыжку. Чудом удержав равновесие, я вновь сел на кровать, что привело к проваливанию матраца внутрь каркаса моего спального места. Видимо, слишком резко сел.
Я выдернул ботинок из ямки, образовавшейся в результате перелома досок, одел и тихонько направился к выходу из комнаты. Снаружи было темно. Это хорошо – значит, все остальные спят. Я тихонько открыл дверь и направился на кухню. Проходя мимо спальни наставника, я неосторожно наступил на скрипучую дощечку и на весь дом послышался громкий скрип старой половицы. Храп прервался, но уже через некоторое время возобновился вновь.
Оказавшись на кухне, я открыл холодильник и взял бутерброд со своей полки. Потом включил маленький телевизор, сделал звук как можно тише и уселся за стол. Времени было 23:37, а значит сейчас по единичному каналу еще идет программа новостей «Час». Ну-ка, посмотрим…
«… А прямо сейчас вы видите на своих экранах кадры первого родившегося на Марсе ребенка. Этот младенец стал первым истинным марсианином в истории человечества. Давайте же спросим родителей ребенка, что они чувствуют в этот знаменательный момент…»
В кадре показывают сначала плачущего младенца на руках матери, а затем – улыбающихся родителей, стоящих на фоне своего дома. Это были первые славянские колонисты планеты Марс от ОСГ. Вместе с ними осваивать новый мир полетели 347 человек-добровольцев из стран со всего мира. Вообще, планировалось набрать до четырехсот пассажиров, но анкеты заполнило именно это количество.
Первый полет на Марс стал возможен благодаря славянскому миллиардеру и учредителю компании «СлавКосмос» Илье Маскову, который, потратив кучу денег, построил при помощи своих ученых и инженеров огромный космический корабль, способный вместить до пятисот человек. Естественно перед отправкой на красную планету первой партии колонистов туда успела слетать не одна партия обученных специалистов, которая, так сказать, подготовила почву для будущей жизни людей. А именно, определили конкретный участок размером с небольшой город, натянули что-то вроде герметичного купола и заполнили внутреннее пространство какой-то терраформирующей субстанцией, которая называлась Террикотус, изготовленной в секретных лабораториях империи. В итоге в миниподкупольном мире можно было свободно дышать, температура выровнялась до оптимальной, в общем, люди могли спокойно там жить, не беспокоясь за свою жизнь.
« – Спасибо Вам большое за подаренный шанс, – так и расцвел в улыбке отец семейства. – Еще тогда, когда я заполнял анкету, чтобы полететь осваивать новый мир, я мечтал о сыне именно здесь – на Марсе. И благодаря Вам моя мечта сбылась! О господи, спасибо!»
Он со слезами принялся обнимать стоящего рядом человека с улыбкой до ушей. Внешне он выглядел как точная копия Маскова, но на деле это был идентичный ему синтетический андроид. Он обнял первого колониста и ободряюще похлопал по спине.
« – Ну что вы, что вы. Кхе-хе. «СлавКосмос» к Вашим услугам!»
Кадр немного отдалился, и я увидел девушку, протягивающую микрофон к устам Маскова.
« – Скажите, пожалуйста, планируете ли вы терраформировать Марс полностью и возможно ли это без применения купольных конструкций?» – спрашивает она.
Миллиардер высвобождается из цепких объятий первого колониста и наклоняется к микрофону.
« – Кхе-хе. Да, моя дорогая, конечно, мы планируем сделать это. Сначала это будут только купольные города с переходами между ними, но, уверяю вас, наши ученые совместно с коллегами из МТК уже работают над созданием Террикотуса, способного озеленить всю поверхность Марса, а затем и Венеры! Кроме того, мы вовсе не собираемся останавливаться на достигнутом. Сразу после успеха здесь мы отправимся покорять другие планеты. И первая остановка – Титан!
Брови девушки вскидываются до линии роста волос.
– Праавда!? – восклицает она. – А может сразу на Юпитер?
Масков стреляет глазками.
– Для тебя куда угодно, милочка, кхе-хе…, но, к сожалению, эту громадину колонизировать невозможно, как минимум, это не в наших силах.
– Но почему?
– Потому что это газовый гигант, дорогуша. Там полно радиации! В общем-то, мне пора отлучиться по более важным делам. У вас будут ко мне еще какие-нибудь вопросы?
Девушка вздрогнула, побледнела, поняв, что сморозила лишнее, но быстро собралась и продолжила.
– Гхм…прошу прощения, – извинилась она. – Вопросов больше нет! Спасибо Вам за поддержку этой милой семьи!
Масков уходит из кадра, а девушку и первых колонистов берут крупным планом.
– А с вами была программа «Час» и первая семья марсианских колонистов, которая за участие в программе колонизации и рождение первого марсианина стала счастливым обладателем денежного приза в размере…»
– Макс?
Я вздрогнул и повернулся на звук голоса. Передо мной стоял наставник или точнее сказать – наставница. Это была специальная линейка синтетических андроидов, выпущенных по специальному указу императора Николая III.
– Мам? А ты разве не спишь? – удивился я.
– Ты шутишь, что ли? Кому пора спать – так это тебе. Отбой в десять вечера. А ну-ка живо в постель! – прикрикнула она.
Я встал и двинулся выключать телевизор. Там вновь говорили о каких-то солнечных вспышках. Пару дней назад мне действительно казалось, что Солус светил будто бы чуть ярче. Поэтому я хотел было дослушать информацию, но услышал приближающиеся шаги матери.
– Ладно, ладно, выключаю…
Телевизор был выключен, и я послушно поплелся к себе в комнату. Дверь закрылась, и я повалился на сломанную кровать. Ну, хоть поесть успел…
А сейчас, я поведаю Вам свою правду.
Дело в том, что я на самом деле не был никаким ученым. И мне вновь пришлось солгать Генри, хотя я и лгал самому себе. Лгал из-за страха уязвить свою гордость и желания выглядеть солидным хотя бы перед своей личностью.
А правда заключалась в том, что я был сиротой. С самого рождения меня забрала в свой дом «мама». Конечно, она не была моей матерью биологической и не была даже человеком.
Данная линейка андроидов предназначалась специально для воспитывания детей, брошенных их биологическими родителями. Таким образом, в стране решалась проблема сирот, потому что отныне у всех, даже у таких как я были родители. Конечно, брошенных детей могли воспитывать и настоящие люди, но если таковых не предвидилось, тогда в дело вступали андроиды.
Они могли выглядеть как «мама» или «папа». Существовали также парные андроиды, выполнявшие роль обоих родителей, а также двуличные, которые могли принимать облик мужчины и женщины. В моем случае это была именно наставница – женщина.
Каждому наставнику выделялся один дом и трое детей. Он был для них и родителем, и учителем, и всем остальным, потому что воспитание проходило за закрытыми дверями, пока детям не исполнялось по семнадцать лет. В этом возрасте они покидали свой дом, как каждый подросток покидает школу после ее окончания, и входит во взрослую жизнь. Наставника выросшие дети могли оставить в своей жизни в качестве родителя, либо перепрограммировать его на другие функции.
Мою наставницу-маму звали Настасья Семеновна. Она была мне мамой и учительницей. Но я понимал, что это была приемная мать-андроид, поэтому умудрился влюбиться в нее, но не знал, что будет, если сказать ей об этом. К тому же я боялся реакции своей сестры и брата. Исходя из этого, я создал образ Настасьи в своей голове и, как вы понимаете, любил ее только там. Именно поэтому я создал вторую личность в лице Генри Моргана, который был нашим с ней сыном в той реальности.