Генри Мэйхью – Жизнь лондонского дна в Викторианскую эпоху. Подлинные истории, рассказанные нищими, ворами и продажными женщинами (страница 60)

Затем мы вернулись на Минт-стрит, которая вела с Хай-стрит в Боро на Саутуорк-Бридж-Роуд; как мы уже говорили, этот район пользуется очень дурной репутацией.

Покинув Минт-стрит и ее темные окрестности, пользующиеся дурной славой, мы направились на Норфолк-стрит, очень узкую улицу, которая вела на Юнион-стрит в Боро. Этот район кишит карманниками и «откатчиками», то есть людьми, которые воруют товары или багаж с повозок и из экипажей. На углу улицы мы увидели группу из не менее семи-восьми человек; некоторые из них были осужденными ворами. Одеты они были точно так же, как и в кварталах, которые мы уже описывали.

После этого мы отправились на Литтл-Суррей-стрит у Боро-Роуд, где мы зашли в пивную. Здесь мы увидели четырех мужчин от двадцати пяти до тридцати пяти лет, которые были опытными грабителями. Один из них выглядел как ремесленник. Он сказал нам, что он гравер. Это был тот же самый грабитель с расплющенным носом, которого мы видели в прошлую нашу прогулку. Этот сообразительный и решительный человек выступал в роли главаря шайки. Другие двое были его спутниками, которых мы видели с ним на Ганн-стрит. Все они были ниже среднего роста. На этот раз они были одеты получше и явно собирались идти на какое-нибудь дело. У бара стояла проститутка с подбитым глазом, которая была с ними связана. Она также была хорошо одета, готовая идти с ними. У грабителей этой категории часто есть женщина, которая идет впереди и несет их инструменты для взлома к дому, в который они намереваются войти: ведь их могут арестовать по пути вместе с инструментами. Женщина выглядела неплохо и, вероятно, перед выходом на дело «заправлялась» джином. Этот гравер был осужден несколько раз за карманные кражи и грабежи со взломом. Двое других тоже осужденные грабители. Рядом с ними в пивной сидел мужчина лет сорока, который, как мы узнали, страдал от изнурительной болезни. Грабители часто поддерживают инвалидов, связанных с ними, и этот мужчина время от времени играл второстепенную роль в их воровских делах, например, оказывал помощь в сбыте украденного. Недавно один из их старых дружков умер, и окрестные грабители собрали меж собой деньги на оплату его похорон.

Мы прошли дальше по Маркет-стрит, район Боро-Роуд, где в прошлый раз наблюдали сцену веселья с шарманщиком и танцующими девушками. Но теперь эта улица выглядела совсем иначе. Вместо беззаботного, звенящего веселья и шутовских танцев девушек и детей над ней простерся темный покров ночи. Когда мы проходили мимо, у каждой двери видели женщину, высматривающую мужчин, которые вошли бы в их притоны проституции и преступлений. Они шепотом упрашивали нас зайти, или легонько хлопали по плечу, или хватали за полы пальто. Некоторые из них были молодые и миловидные, а другие старые и обрюзгшие. По пути мы заглянули в некоторые дома. Мы увидели множество молодых проституток, одетых в свое самое лучшее платье, которые сидели за столами или стояли, опершись на стулья. В этой части Маркет-стрит находятся самые вульгарные притоны проституток и воров в Лондоне. Многие девушки погубили себя, войдя в эти непристойные бордели. Возможно, девушка была служанкой, оставшейся без места, или же ушла из своего дома в столице и стала вести эту позорную жизнь.

Эти проститутки содержат грабителей, карманников и других воров, когда те терпят неудачу в своей незаконной деятельности. Некоторые из них хорошо одеваются и поразительно привлекательны. Время от времени они приезжают в кэбах из разных театров вместе с мужчинами, грабят их в своих жилищах и бесцеремонно выбрасывают их на улицу, но не лишают их одежды. Без денег общество этих мужчин им больше не нужно.

В других подобных местах в окрестностях Кент-стрит проститутки получали срок за кражу одежды тех несчастных, которые входили в их зловещие жилища.

Оставив позади Маркет-стрит, улочки и трущобы этого района, мы пошли по Ньюингтонской дороге, более освещенной и с более здоровой атмосферой. Это широкая деловая улица, одна из главных улиц на берегу реки со стороны Сур-рея, где особенно по вечерам можно сделать массу покупок.

На южной стороне Ньюингтонской дороги, от тюрьмы на Хорсмонгер-Лейн до заведения «Слон и замок», теснятся магазины, и на улице светло почти так же, как днем. Здесь есть несколько великолепных питейных заведений, обычно заполненных пестрыми компаниями людей самого различного социального положения и профессий. Здесь есть шляпные мастерские, витрины которых ярко расцвечивают дамские шляпки всех цветов и фасонов и ленты всевозможных оттенков. Есть мануфактурные лавки, где продаются платья из хлопка и муслина, воротнички и перчатки любого фасона и цвета. Есть множество обувных магазинов, предлагающих в ассортименте как изысканную, так и простую обувь. Есть магазины драпировок и мебельной обивки, в которых продаются настенные и напольные ковры с разнообразными узорами; а также аптеки с их разноцветными баночками, пылающими красным, синим, зеленым и желтым огнем. По этой улице бесконечными волнами идут толпы ремесленников, жены торговцев, модистки, портнихи и другие; все они делают покупки или возвращаются с работы. А многие респектабельного вида люди совершают свою вечернюю прогулку по веселой и шумной улице, которая является их излюбленным местом для гулянья.

По пути мы заметили много хорошо одетых молодых мужчин и женщин. Здесь мы увидели молодых изящных модисток и портних, а также других девушек, возвращавшихся в конце дня с работы домой, которые время от времени бросали взгляды на витрины магазинов, мимо которых проходили. Здесь же мы увидели несколько явно замужних женщин, которые вышли делать покупки: в руках у них были новые шляпки или какие-то другие тщательно завернутые предметы одежды. В другой части улицы мы заметили продавца, который заигрывал с миловидной девушкой с локонами; она невозмутимо глядела на него, стоявшего с непокрытой головой в дверях магазина галантерейных товаров.

В суетливой толпе людей, спешащих взад и вперед, мы заметили спокойно идущих двух молодых женщин-воровок, одетых, как модистки, в коричневые плащи и вычурные шляпки. Не знающий их лично человек не смог бы определить их преступную натуру. Мы шли за ними недолго, прежде чем они перешли на другую сторону улицы. По чертам их лиц и по сходству их одежды мы могли предположить, что они сестры. Им было, очевидно, лет по двадцать пять.

Как это обычно делают подобные люди, увидев, что их заметили, девушки расстались на другой стороне улицы, чтобы не дать нам возможности проследить за их передвижениями. Одна из них пошла в одном направлении, другая — в другом. Но при этом они, вероятно, договорились встретиться вне поля зрения офицера полиции.

Боро является местом жительства в основном рабочих и мелких торговцев — это масса народу, и в этом районе есть прилегающие к нему улочки, которые кишат социально опасными элементами. Здесь есть представители почти всех категорий воров, от самого низшего до самого искусного, хотя здесь проживает очень мало «специалистов» высокого класса. Многие из них предпочитают жить в окрестностях Кингсленд-Роуд.

Иногда они покидают свои жилища в других частях города и приходят сюда, чтобы жить подальше от глаз полиции своего собственного района.

Здесь есть несколько опытных грабителей, которые одеваются по моде и любят выпить бренди и шампанского и других самых лучших спиртных напитков. В их внешности мало или почти нет черт, свидетельствующих об их криминальной натуре. Они выглядят как энергичные бизнесмены. Они грабят особняки в сельской местности и иногда магазины и склады — часто очень большие — и обычно ухитряются благополучно скрыться с награбленным.

Эти грабители обычно живут на улицах, примыкающих к Нью-Кент-Роуд и Ньюингтонской дороге. Собравшихся группами таких людей можно увидеть иногда в тавернах рядом со «Слоном и замком», где они пьют самые отборные вина, тратя свое золото. За их превосходными манерами и одеждой немногие могут разглядеть их истинное лицо. Можно ежедневно проходить мимо таких людей на улице и не суметь распознать в них грабителей.

Домушники и квартирные грабители

Опытный домушник обычно очень изобретателен и соединяет в себе ловкость рук с храбростью. В своей области грабитель по ловкости рук равняется с самым искусным карманником, а по личной отваге соперничает с современными уличными грабителями, которые придушивают своих жертв перед ограблением или применяют открытое насилие.

Многие лондонские домушники обучались этому делу с детства. Некоторые из них дети осужденных воров, другие какое-то время были ворами и совершали мелкие кражи, живя в ночлежных домах, третьи — это дети честных родителей, ремесленников и торговцев, попавших в дурную компанию и вставших на преступный путь.

Рассказывая о ворах, мы упоминали подвальных воров и вестибюльных воров, которые ждут подходящего случая, чтобы забежать в кухню и кладовую, а иногда заходят в жилые комнаты на первом этаже и крадут серебро. Мы упоминали тех, кто крадет свинцовые полосы с крыш, и чердачных воров, ловко проскальзывающих сверху в квартиры и уносящих ценные вещи, драгоценности, столовое серебро и деньги. Здесь мы видим ступени эволюции человека от мелкого преступника до дерзкого ночного грабителя, применяющего насилие.