Генри Каттнер – Колодец миров (страница 15)

Он вовремя выбрался из плаща, так как плащ у него в руках начал тлеть. Словно туника, подаренная кентавром Гераклу, он превратился в пылающий факел, и пышные складки, прочертив в воздухе огненную дугу, достигнув земли, стали горящим костром.

Овальные сверкающие глаза, словно загипнотизированные, следили за плащом; плоские головы, как по команде, повернулись, и во всех глазах отразилось сияние белого пламени. О Нэсс забыли, как, впрочем, и о Сойере. Дикарей тянуло к огню, словно мошек, и они придвигались к нему всё ближе, пока совсем не загородили его своими тёмными спинами.

Что Нэсс сделала с плащом, Сойер понять не мог. В одно мгновение чёрный, как ночь, плащ превратился в пылающий костёр, хотя на самом деле плащ не горел и не превращался в пепел.

Однако каков бы ни был механизм этого удивительного «горения», костёр разгорался всё сильнее, а толпа возбуждённых дикарей всё увеличивалась, пополняясь выходящими из леса сородичами.

В этой обезумевшей толпе Сойер уловил отсвет качающихся серёг Нэсс. Она пыталась незаметно подобраться к нему, и Сойер вспомнил о грозящей ему опасности. Нэсс спасла его для себя, но Сойеру было безразлично, погибнуть ли от грубых лап дикарей или изящной руки айзира. А в том, что его ожидал именно такой конец, если Нэсс удастся его поймать, он не сомневался.

Сойер вскочил и бросился бежать…

VIII

За кронами деревьев вздымалась ещё более тёмная полоса холмов, видневшихся на фоне серебристого неба. Спотыкаясь, Сойер взбирался по склону холма, думая об одном: как бы подальше уйти от Нэсс. Он помнил, что находится на парящем в небе острове. С опаской смотрел он себе под ноги, пока, наконец, не увидел в просвете между двух холмов низко стелившийся серебристый туман, который явно обозначал край острова.

Так оно и было. Сойер поднялся на другой холм и остановился, схватившись за ствол накренившегося дерева, чтобы не упасть. И он, и дерево нависали над бездной. Это был край острова. Здесь кончалась земля и начинался космос. Струйки тумана, загибаясь у самых его ног, скатывались по крутому уступу вниз. Корни дерева свободно болтались в воздухе, как и у того дерева, в другом мире, которые совсем недавно спасали Сойера. Корни медленно раскачивались; вероятно, это означало, что остров не стоит на месте, а плывёт в воздухе. Крепко обхватив дерево, он, дрожа, наклонился и понял, что тёмные облака, казавшиеся ему грозовыми тучами, на самом деле были небесными островами, архипелагом островов, каждый с кучевым облаком посредине, медленно плывущими длинными, ниспадающими гирляндами между верхним миром и далёким призрачным, загадочным миром внизу. — Похоже на лестницу, — подумал Сойер. — Если подгадать удобный момент, можно перебираться с одного острова на другой, то опускаясь, то поднимаясь, пока не взберёшься на самый верхний, от которого до Хомадии рукой подать…

Не потому ли ворота города так усиленно охранялись? Может быть, жители города ожидали нападения?

Он посмотрел наверх и задержал дыхание, увидев, что огромное грозовое облако, находившееся по другую сторону, книзу от Хомадии, превратилось в малиновое и по нему пробегали яркие отблески. Это было похоже на конец света. Затем он понял, что всё это лишь отблески горящего плаща, который, вероятно, превратился в почитаемое божество, рассылающее во все стороны свет, отражавшийся от находившейся над ним земли.

Оглянувшись назад, Сойер заметил, что к нему быстро приближались две сверкающие точки. Сойер обхватил руками дерево и отдался во власть провидения, находясь в полном смысле слова между дьяволом и бездной. Нэсс отрезала ему все пути к отступлению, а прямо под ним открывалась пропасть.

Нэсс заметила его силуэт на фоне серебристого неба.

Она победно засмеялась сильным, звучным смехом.

Даю тебе ещё один шанс, — на ходу прокричала она ему. — Если скажешь, где Жар-птица до того, как я к тебе подойду, я сохраню тебе жизнь.

Сойер посмотрел вниз и занёс ногу над бездной.

— Хорошо, — чётко сказал он. — Ты уже достаточно близко от меня. Остановись, если хочешь что-то сказать, я отлично тебя отсюда услышу. Но скажи это с того места, где ты сейчас стоишь. Потому что я лучше прыгну вниз, чем попаду к тебе в руки.

Нэсс не очень уверенно рассмеялась. Постояв, она снова пошла вперёд. Сойер ещё ниже наклонился над бездной. От края откололся кусок скалы и упал вниз.

Нэсс остановилась.

— Подумай, хом, — настаивала она. — Ты ведь не можешь стоять здесь вечно. Я всё равно доберусь до тебя, когда тебе надоест. Тебе ведь нужно спать, ты…

— Я не хом, — спокойно ответил Сойер, — Надеюсь, ты уже поняла, что не можешь заставить меня слушаться. Я знаю, куда упала Жар-птица. Она, как это ни печально, упала не на этот остров. — Он посмотрел вниз, так как ему показалось, что он уловил движение каких-то фигур на следующем, ближайшем к ним острове, который лежал прямо под ними.

— Скажи, где она, и я тебя прощу, — предложила Нэсс, делая вид, что подходит ближе. Как бы невзначай, Сойер скинул вниз ещё один камень. Это её остановило.

— Я бы мог сказать тебе, если бы это давало мне хоть какой-то шанс. В противном случае, я просто подожду, пока этот остров пристанет к Хомадии. Я же вижу, что он движется в этом направлении. Теперь я понимаю, от кого охраняются ворота Хомадии. Они ожидают нападения. Но всё же ответь мне, почему ты предпочла упасть со мной именно на этот остров. Разве не знала, что он кишит дикарями?

— Я не собиралась падать с тобой именно на этот остров, — резко ответила Нэсс. — Если бы ты не был таким упрямым, мы попали бы на другой, меньший остров. Он как раз находился под тобой, когда ты в первый раз провалился в бездну. Но ты предпочёл цепляться за корни деревьев и спорить. Вот и подумай…

— А, так вот каков был твой план, — пробормотал Соейр. — Сбросить Олпера на дальний остров, убить его, а затем обыскать труп. Но что ж, зато теперь ты сама попалась. Что ты мне дашь, если я верну тебе Жар-птицу?

— Да я тебя убью, если ты её не вернёшь, — яростно выкрикнула Нэсс и быстро придвинулась к нему. — Ну что, она у тебя?

Сойер пнул ещё один камень и он полетел вниз.

— А теперь представь, что это я полетел вниз, — сказал он. — Вместе с Жар-птицей.

Она нехотя остановилась.

— Нет, её у меня нет, — продолжал он. — И ты это знаешь, ты ведь успела меня обыскать. Кроме того, если бы сейчас она у меня действительно была, я бы не стоял здесь с тобой, а воспользовался бы её феноменальными возможностями и открыл те ворота, через которые мы сюда попали.

Ты совсем дурак, если думаешь, что сможешь открыть ворота, — презрительно промолвила Нэсс.

Но Олпер же смог, — напомнил ей Сойер.

— Чтобы открыть ворота, нужно гораздо больше, чем помахать ключом, — холодно сказала она. — Если бы я предварительно не открыла их, чтобы вернуть назад Клай, Жар-птица бы ничуть не помогла. Единственное, что она может сделать, — это вызвать настоящих Жар-птиц из того места, где они обитают.

— А что такое настоящие Жар-птицы? — с интересом спросил Сойер.

Но прежде чем она произнесла хоть слово, новый звук прорвал тишину, и они оба быстро обернулись посмотреть, в чём дело. Откуда-то сверху донеслись низкие, мощные звуки колокола. Попадавшие в резонанс звуки заставляли вибрировать весь остров.

— Они увидели, что острова поднимаются, — сказала Нэсс, отвернувшись и подняв кверху лицо, в то время как маска на её затылке безразлично взирала на Сойера. — Это колокол тревоги в Хомадии, — объяснила она.

До них ещё доносились звуки первого колокола, когда где-то вдали забил второй и ещё дальше — третий. Сойер представил себе, как в Хомадии готовятся к отражению неприятеля; оставалась надежда, что странное, в форме трубы оружие айзиров окажется более эффективным в борьбе, чем кинжал, который, пронзив грудь дикаря, не причинил ему заметного вреда.

— Они на самом деле неуязвимы? — спросил он Нэсс. — Я имею в виду дикарей.

— Селли? Да, практически так же, как и мы.

— Значит, даже вы уязвимы?

— Только не для вас, хомов. — Она рассмеялась и, повернувшись, зло посмотрела на него. — Все живые существа уязвимы, но в разной степени. Только богиня знает оружие, которое можно применить против айзиров. Не беспокойся. Селли не причинят особого вреда. Да и что значит горстка каких-то дикарей против расы айзиров?

Сойер посмотрел вниз, на группы кружащихся под ними островов, и ему показалось, что он видит на них движение каких-то существ. Возможно, горстка дикарей действительно не причинит особых хлопот, но если их не горстка, а бесчисленная орда? Он вглядывался в темноту, которая начала озаряться отсветами верхнего мира, — красные и малиновые лучи струились вниз и окрашивали поднимающиеся острова светом зари.

Земля под его ногами гудела в такт ударам колокола. Он подумал об Иерихонских трубах и обвалившихся стенах. Может, это было лишь совпадением, своеобразным предчувствием, но в следующую секунду тихая, лёгкая, хорошо знакомая вибрация зазвучала у него в голове.

— Олпер, — подумал он. — Очнулся. Его разбудили звуки колоколов. Наверное, сидит сейчас на полу и оглядывается, пытаясь вспомнить, что произошло. — Сойер представил всю картину довольно отчётливо.

— Вот он подумал обо мне. Положил руку в карман, старается нащупать выключатель. А теперь нашёл мою записку..