Генри Хаггард – Рассвет (страница 68)

Или же миссис Карр приказывала оседлать лошадей, и они отправлялись на конную прогулку по пустынным горам в глубине острова, разговаривая о мумиях и обо всем на свете, а также об Анжеле и о богословских вопросах. Иногда в ходе этих неторопливых бесед Артур по-братски называл миссис Карр «Милдред», а иногда она тоном старой девы обращалась к нему «Артур» — это вскоре стало привычкой, от которой, как и от всех других дурных привычек, нелегко было избавиться. Ибо каким-то образом во всех этих экспедициях Милдред Карр постоянно находилась рядом с Артуром Хейгемом, стараясь, и не без успеха, стать частью его жизни и сделаться для него незаменимой, пока, наконец, он не стал смотреть на нее почти как на сестру.

Однако дальше этого он никогда не заходил, и к ее ухаживаниям он был холоден как лед — просто потому, что никогда толком не замечал их, а она боялась отпугнуть его, сделав их более очевидными. Он считал самым естественным, что они с Милдред проводят время вместе, как брат и сестра, и очень любят друг друга «братской любовью», тогда как она считала его — как, собственно, и было на самом деле — самым слепым и глупым среди глупых слепцов… и еще сильнее любила его за эту глупость. «Братские» отношения не обладали для Милдред тем же очарованием, что и для Артура; они смотрели на вещи с разных точек зрения.

Однажды утром, глядя в большую подзорную трубу, укрепленную в окне маленького будуара, служившего входом в музей, миссис Карр увидела на горизонте облако дыма. Вскоре из тумана показался кончик мачты, как будто судно поднималось из океана, затем еще две мачты, красно-черная труба и, наконец, огромный серый корпус корабля.

— Ура! — крикнула миссис Карр, не отрываясь от подзорной трубы, и потому все ее маленькое личико несколько перекосилось в попытке держать один глаз закрытым. — Это почтовый… я вижу флаг Дональда Карри, белую букву «С» на синем фоне.

— Что ж, я уверена, Милдред, что это еще не повод уподобляться обезьянке — вы выглядите так, будто хотите дотянуться бровью до уголка рта!

— Агата, вы иногда ужасно косноязычны. Когда феи принесли вам свои дары, дара понятно разговаривать среди них не было. Спрошу-ка я лучше мистера Хейгема; разве я похожа на обезьянку, мистер Хейгем? Ах, нет, если подумать — я не стану ждать неизбежного комплимента. Артур, придержи язык, лучше я тебе кое-что скажу. Это, должно быть, новый пароход, «Гарт Касл», и я хочу взглянуть на него. У капитана Смитсона должна быть посылка с вещами для меня. Что вы скажете, если мы убьем двух зайцев одним выстрелом — пойдем осмотреть судно, а затем позавтракаем на его борту?

— Я к вашим услугам, миледи, — лениво ответил Артур, — но не хотите ли услышать комплимент насчет обезьянки? Мне кажется, я придумал довольно остроумный…

— Ни в коем случае; я ненавижу тщательно заготовленные комплименты, — тут глаза Милдред слегка сверкнули, что придало особый смысл ее словам. — Агата, я полагаю, вы тоже поедете?

— Ну да, дорогая, залив выглядит довольно спокойным.

— Спокойным? Да вы могли бы переплыть его даже на бумажном кораблике, — заметил Артур, зевнув.

— Ради бога, не будьте таким лентяем, мистер Хейгем, лучше позвоните в колокольчик — да не в этот, а в электрический — и давайте немедленно закажем катер. Почтовый пароход встанет на якорь примерно через час.

Артур сделал, как ему было велено, и через некоторое время они уже пробивали себе путь сквозь целую стаю лодок и суденышек, окружавших пароход.

— Боже милостивый, Милдред! — вдруг воскликнула Агата. — Посмотрите, кто там стоит, перегнувшись через фальшборт! О, он уже ушел, но это был он, он, это так же верно, как то, что я жива и в своем уме — это были лорд Минстер и леди Флоренс Тингумебоб, его сестра, ну, вы знаете, та, хорошенькая.

Милдред выглядела раздосадованной и невольно взглянула на Артура, который управлял катером. Казалось, на мгновение она заколебалась, продолжать ли путь, и снова посмотрела на Артура. Этот взгляд, вероятно, подбодрил ее, потому что она ничего не сказала, и вскоре молодой человек ловко подвел лодку к самому трапу.

Капитан корабля уже подошел к борту, чтобы встретить миссис Карр, увидев ее с мостика; в самом деле, в фирме «Дональд Карри» едва ли нашелся бы человек, который не знал бы миссис Карр в лицо.

— Здравствуйте, миссис Карр, как поживаете? Неужели вы собираетесь с нами в Южную Африку?

— Нет, капитан Смитсон, я, вернее, мы все едем к вам завтракать, осмотреть ваш новый пароход и, наконец, забрать мою посылку.

— Миссис Карр, сможете ли вы когда-нибудь простить меня? Я потерял ее!

— Немедленно отдайте мне мою посылку, капитан Смитсон, или я никогда больше не буду с вами разговаривать. Я сделаю даже больше — я перейду на пароходы «Юнион Лайн»!

— В таком случае, боюсь, это в «Дональд Карри» никто никогда больше не будет со мной разговаривать. Я непременно должен попытаться найти вашу посылку, — и он шепотом отдал приказ интенданту. — Что ж, очень любезно с вашей стороны прибыть на ланч, и я надеюсь, что вы и ваши друзья разделите его со мной. А пока — до свидания, мне пора.

Как только они поднялись на шканцы, Артур увидел высокого, импозантного мужчину в очках, смутно знакомого; мужчина шел к ним навстречу в сопровождении очаровательной девушки лет двадцати трех, хорошенькой, с красивыми глазами и насмешливым изгибом губ.

— Здравствуйте, миссис Карр, — сказал высокий мужчина. — Я полагаю, вы узнали о нашем приезде? Замечательно, что вы пришли нас встретить.

— Я не имела ни малейшего представления, что вы приедете, и пришла не для того, чтобы встретиться с вами, лорд Минстер, а на ланч к капитану, — довольно холодно отвечала миссис Карр.

— Ах, как неловко вышло! — пробормотала леди Флоренс. — Надеюсь, это пойдет Джеймсу на пользу.

— Я хотел зайти к вам в Лондоне, как только у меня появится время, но Палата заседала допоздна. Впрочем, здесь я пробуду две недели и буду часто видеться с вами.

— Пожалуй, это уж чересчур, Лорд Минстер, позвольте представить вам мистера Хейгема.

Лорд Минстер небрежно взглянул на Артура и, приподняв шляпу примерно на одну восьмую дюйма, уже собирался возобновить разговор с миссис Карр, но Артур, несколько раздраженный подобным обращением, сказал:

— Мне кажется, я уже имел удовольствие познакомиться с вами, лорд Минстер; прошлой осенью мы вместе останавливались в «Стэнли Фокс».

— «Стэнли Фокс»… ах, совершенно верно, простите мою забывчивость, но, видите ли, постоянно встречаешь так много людей, — и он повернулся туда, где только что была миссис Карр, но эта дама воспользовалась случаем, чтобы ретироваться. Лорд Минстер тут же последовал за ней.

— Ну, если мой брат забыл вас, мистер Хейгем, то я — нет, — сказала леди Флоренс, подходя к Артуру. — Разве вы не помните, как мы вместе дурачились и я свалилась в пруд?

— Да, конечно, леди Флоренс, и не могу выразить, как я рад снова вас видеть. Вы здесь надолго?

— Понятия не имею. Моя престарелая тетушка, миссис Велли, приезжает со следующим пароходом, и я собираюсь остаться у нее, когда мой брат уедет. А вы остановились у миссис Карр?

— О, нет, мы просто хорошие знакомые.

— Вы ею очарованы?

— Чрезвычайно.

— Тогда Джеймс вам не понравится. Я имею в виду моего брата.

— Отчего же?

— Потому что он тоже безмерно ею очарован.

— Мы оба очень любим открывающийся отсюда вид, но это не значит, что по этой причине мы должны испытывать друг к другу неприязнь.

— Нет, но ведь есть же разница между прекрасными пейзажами и прекрасными вдовами?

— Может быть, и есть, — признал Артур.

В этот момент лорд Минстер вернулся вместе с миссис Карр.

— Как поживаете, леди Флоренс? Позвольте мне представить вас мистеру Хейгему. Что, вы уже знакомы?

— О да, миссис Карр, мы старые друзья.

— В самом деле? Это очень мило.

— Да, вы правы, — согласилась леди Флоренс.

— Ну, Флоренс, нам пора.

— Хорошо, Джеймс. Я готова.

— Придете ли вы оба ко мне на ужин? Попросту, без церемоний — да там никого и не будет, кроме Агаты и мистера Хейгема, — спросила миссис Карр.

— Мы будем очень рады, — заверил ее лорд Минстер.

— Что ж, до свидания, — кивнула леди Флоренс Артуру, и они расстались.

Когда, позавтракав и осмотрев корабль, мисс Терри и Артур уже сидели в катере, ожидая миссис Карр, которая прощалась с капитаном и присматривала за своей драгоценной посылкой, Артур воспользовался случаем и спросил свою спутницу, что ей известно о лорде Минстере.

— О, не очень много, то есть ничего особенного, за исключением того, что он сын сахарного маклера или кого-то в этом роде, точно не скажу, который по той или иной причине стал пэром, и я полагаю, что именно поэтому-то он так высокомерен, потому что все другие пэры, которых я когда-либо встречала, совершенно такие же, как и все нормальные люди. К тому же он очень умен, теперь служит в правительстве и все время ходит хвостом за Милдред. Он хочет жениться на ней, и я предполагаю, что, в конце концов, он это сделает, но надеюсь, что все-таки нет. Мне он не нравится, он на любого человека смотрит, как на грязь под ногами.

— Черт бы его побрал! — воскликнул Артур, и сердце его тут же наполнилось завистью, ненавистью, злобой и даже некоторой жестокостью по отношению к лорду Минстеру. У него самого не было ни малейшего желания жениться на Милдред, но он кипел от одной только мысли, что это может сделать кто-то другой. Леди Флоренс была права: есть разница между вдовами и пейзажами!