Генри Филдинг – Пьесы, памфлеты (страница 61)

Фастиан. Но ведь такого рода заказы более к лицу придворным, как вы полагаете, мистер Трэпуит?

Трэпуит. Продолжайте, продолжайте, сэр.

Сэр Гарри. Этот джентльмен все время нас прерывает... Ах да, вспомнил! Слушайте, мистер Тимбер, и вы, мистер Айрон, я вам также кое-что закажу; но будьте уверены, ваши счета будут быстро оплачены.

Трэпуит. Ну вот, вы сами видите, сэр, — разве это похоже на замашки придворных? Вы напоминаете мне наших новейших критиков, которые набрасываются на автора, не выслушав его до конца, не дождавшись ни одной его шутки.

Фастиан (в сторону). Долго бы этим критикам пришлось ждать шуток в этой комедии.

Сэр Гарри. Я хочу сообщить вам, джентльмены, что решил снести свой старый дом и построить себе новый.

Трэпуит. Джентльмены, при словах «старый дом» вы должны встрепенуться. Сэр Гарри, пожалуйста, повторите еще раз свою реплику.

Сэр Гарри. Я хочу сообщить вам, джентльмены, что решил снести свой старый дом и построить новый. Господин мэр, кирпичи будете мне поставлять вы.

Мэр. Вы в самом деле решили строить новый дом, сэр Гарри?

Сэр Гарри. Да, решил.

Мэр. Джентльмены, мне кажется, можно провозгласить тост мистера Гарри. Итак, да здравствует свобода, собственность и никакого акциза!

Сэр Гарри. Руку, мэр, Я ненавижу подкупы и взятки. Я говорю напрямик. Если все члены вашей корпорации устоят против взяток, то среди вас не будет ни единого бедняка.

Мэр. А если и попадется хоть один бедняк, значит так ему и надо. Лично я за все сокровища в мире не согласился бы голосовать против совести.

Трэпуит. Вы поняли эту шутку, сэр?

Фастиан. По правде сказать, нет, сэр.

Трэпуит. Ну как может человек голосовать против совести, когда ее нет у него и в помине?

Первый олдермен. Ну, джентльмены, все за Гарри Фоксчейза и Танкарда!

Все. Да здравствуют Фоксчейз и Танкард. Ура! Сэр Гарри. Ну, теперь мы завернем на рынок, а потом — домой обедать.

Провозгласим же дружною гурьбой: Свобода! Собственность! Акциз — долой!

Трэпуит. Ну, как вам нравится эта песенка, сэр?

Фастиан. О, прелестно, сэр!

Трэпуит. Это конец первого акта, сэр.

Фастиан. Не могу не отметить, мистер Трэпуит, как оригинально вы трактуете образы полковника Промиза и сквайра Танкард а: ни тот, ни другой до сих пор еще не открыли рта.

Трэпуит. Не могут же все быть ораторами! Для каждой партии хватит и одного. Смею вас уверить, сэр, что и один сумеет полностью высказать все идеи и принципы своей партии.

Фастиан. Я думаю, сэр, все-таки надо показать публике, что они умеют говорить, хотя бы «да» или «нет».

Трэпуит. Публика уже знает это. Ведь если бы они не умели сказать ни «да», ни «нет», их бы не выдвинули кандидатами в члены парламента.

Фастиан. О, вы глубоко правы! Вы вполне убедили меня. Но скажите, сэр, в чем же заключается действие в вашей пьесе?

Трэпуит. Действие, сэр?

Фастиан. Да, сэр, фабула, интрига.

Трэпуит. О, я понимаю: вы спрашиваете, кто на ком женится? Как же, сэр, в пьесе имеется и свадьба. Я знаю законы комедии, согласно которым в финале непременно должна состояться свадьба.

Фастиан. И развитие действия в пьесе приведет в конце концов к свадьбе?

Трэпуит. Да, сэр.

Фастиан. Честное слово, сэр, я не понимаю, каким образом события, которые мы видели, могут привести к такому концу?

Трэпуит. Не понимаете? Да как же вам понять! Такова уж интрига в моей пьесе. Я полагаю, моя пьеса ничуть не похожа на те бездарные комедии, в которых с первого же акта ясно, кто на ком женится. Попробуйте-ка, сэр, догадаться, кто в пьесе жених и невеста, а в финале они тут как тут! И заметьте, сэр, свадьба вызвана одним событием, к которому закономерно приводит развитие основной темы пьесы.

Фастиан. Да, это в самом деле удивительно.

Трэпуит. Сэр, не вас первого удивляют мои произведения. Но что случилось с нашими актерами? Кто начинает второй акт? Эй, суфлер!

Первый актер. Сэр, суфлер вместе с актерами распивает чай в зеленой комнате[118].

Трэпуит. Мистер Фастиан, пойдемте и мы выпьем по чашке чаю. (Обращаясь к актеру.) И вы с нами, сэр. Вы ведь участвуете в моей пьесе, так будем же пить чай все вместе.

Первый актер. О, я не решаюсь входить в зеленую комнату, сэр. Я получаю слишком маленькое жалованье. Я останусь без гроша, если туда войду.

Трэпуит. Вздор! Идем, идем! Ваша сестрица весьма достойная особа. Ее достоинств хватит и на вашу долю. Если вы пострадаете, уверяю вас, она сумеет возместить этот ущерб.

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

Трэпуит. Вы, вероятно, думаете, мистер Фастиан, что я какой-нибудь кропатель комедий низкого жанра. Вы ошибаетесь, сэр. Сейчас вам будет показан образец утонченного светского разговора. Прошу вас, милорд, начинайте.

Плейс. Как вы думаете, мадам, сколько могут стоить эти кружева?

Фастиан. Нечего сказать, хорошенькое начало для светского разговора!

Трэпуит. В своей пьесе, сэр, я строго придерживаюсь истины. В этой сцене воспроизведено только то, что я слышал из уст самых блестящих представителей нашего общества. Эта сцена обошлась мне в десять шиллингов, я истратил их на билет в партере, чтобы побыть в так называемом высшем обществе.

Жена мэра. Я думаю, милорд, эти кружева стоят не менее десяти фунтов за ярд.

Плейс. Скажите, мадам, вы были на последнем маскараде?

Фастиан. На маскараде? Какого черта! Жена провинциального мэра будет вам разъезжать по маскарадам?! Как хотите, эти слова не соответствуют данному образу, мистер Трэпуит!

Трэпуит. В разговорах такого рода, сэр, всегда упоминают про балы и маскарады. Кроме того, почему бы этой жене провинциального мэра, как вы выражаетесь, не быть знакомой с городской жизнью? Да будет вам известно, что в молодости она была компаньонкой одной знатной леди.

Фастиан. Очень рад это слышать.

Жена мэра. О милорд! Не говорите мне об этих чудесных маскарадах! Вот уже целый год, как я прозябаю в этой глухой дыре! Здесь нет никаких развлечений, кроме отвратительного балагана, где подвизаются бродячие комедианты. До приезда вашей милости мы не видели здесь ни одного настоящего человека. Да тут еще свалились на нас эти противные выборы! Как только они кончатся, я поеду немного поразвлечься в столицу.

Дочь мэра. Ах, мамочка, как мне хочется увидать этого чудного Фаринелло[119], про которого говорят, что он не то мужчина, не то женщина, да вдобавок еще с ребенком! Затем я бы посмотрела канатных плясунов и акробатов, а в, театре — «Пещеру Мерлина»[120].

Фастиан. Судя по вкусам мисс, она получила утонченное светское воспитание.

Плейс. Меня очень радуют, мадам, деликатные вкусы вашей дочери, она умеет выбирать развлечения! Клянусь честью, она будет иметь большой успех в бомонде. Я не сомневаюсь, что вскоре какой-нибудь знатный джентльмен возьмет ее на содержание.

Дочь мэра. На содержание, милорд?

Плейс. Ах, как очаровательно наивное удивление юного существа, не знающего света! Но, дорогая мисс, в наши дни все порядочные люди или берут, или идут на содержание. Браки нынче не в моде и сводятся к простой торговой сделке, как в Смитфильде[121]. Но через каких-нибудь две недели супруги расходятся в разные стороны и каждый устраивается по своему вкусу.

Жена мэра. О милорд! Мне бы так хотелось, чтобы моя девочка научилась себя держать, как подобает молодой светской леди! Но, к сожалению, она не знает ни одного знатного джентльмена, который мог бы ее познакомить со светскими дамами.

Плейс. Вы сами должны это сделать, мадам. Вы должны держать открытый дом, приглашать гостей; у вас должны играть в карты и не стесняться ставкам». А большую часть денег, которые будут выигрывать ваши гости, вы должны откладывать в особый ящик, как плату за карты. А на самом деле они пойдут на свечи, на платья, на квартиру — словом, на расходы по содержанию вашей семьи. Я знаю немало уважаемых особ в Лондоне, которые составили себе состояние таким образом.

Жена мэра. И подумать только! Как чудесно я могла бы жить! Дернуло же меня выйти за какого-то жалкого провинциального купца!

Фастиан. Если эта дама бывала когда-то в обществе, то как она может не знать подобных вещей?

Трэпуит. Черт возьми, вы правы! Я совершенно упустил из виду это обстоятельство. Со мной это бывает, я часто забываю всякие мелочи. Всего ведь не упомнишь, не правда ли? Ну ладно, продолжайте, продолжайте! Я как-нибудь потом исправлю это место.

Плейс. В самом деле, мадам, ваша жизнь достойна сожаления. Я надеюсь, что вскоре у нас больше не будет купцов. От них ведь нет никакого проку. Если меня выберут, я добьюсь введения закона о прекращении всякой торговли в нашей стране.

Жена мэра. Да, милорд. К чему этим заниматься знатным особам, которые и так вполне обеспечены?

Фастиан. Опять! Боюсь, что супруга мэра не слишком-то знакома с образом жизни знатных особ. А ведь вы говорили, что она бывала в свете.