18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Аудиокниги в жанре «Юмор, сатира»

Последние

Каталог аудиокниг в жанре «Юмор, сатира»

Анатолий Клепов - НАНО МЁД
Анатолий Клепов - НАНО МЁД
Арабская страна объявляет тендер на шифраторы для руководства. В битве с лучшими криптофирмами мира побеждает Россия. Контракт подписан.Но тут арабы с недоумением пожимают плечами: «Танки, самолёты, ракеты — это мы знаем. А криптография? ».Руководитель делегации вспомнил мёд, подаренный арабам в прошлую командировку. И тогда он выдаёт легенду: Россия производит единственный в мире нано-мёд. Секретная кремлёвская трава, наночастицы, пчёлы-акробаты и значительное повышение потенции.Арабы забывают про шифраторы. Требуют презентацию. На пяти мониторах — компьютерное шоу: виртуальный мужчина, диаграммы, полёт фантазии сексопатолога с лазерной указкой. В зале — триста человек. Это история о том, как иногда приходится врать, чтобы сохранить лицо страны. Но ложь становится правдой — потому что главное это эмоции человека и вера в свойства продукта. И тогда чудо свершается в жизни. Мёд куплен, все довольны, а секретная кремлёвская трава по-прежнему растёт где-то под Рязанью.
Маша Тусина - Истории квартиракуса Кубика
Маша Тусина - Истории квартиракуса Кубика
Если вам кажется, что в вашей квартире ничего необычного не происходит, значит, вы просто плохо смотрите.В одной квартире пенсионерка пьёт чай с привидением-бухгалтером и отправляется спасать его от загадочных коллекционеров. В другой рыжий кот умеет останавливать время, а в третьей стиральная машина исполняет желания. А за всем этим внимательно наблюдает квартиракус Кубик — современный домовой-хипстер в худи с надписью «Keep calm and check the Wi-Fi». Он пьёт холодный брю-кофе, перезагружает роутеры, ищет потерянные ключи и знает о жильцах гораздо больше, чем они сами.«Истории квартиракуса Кубика» — это тёплое, смешное и немного волшебное путешествие в мир, где вещи умеют хранить тайны, коты оказываются мудрее людей, а чудеса прячутся в самых обычных квартирах.Для тех, кто любит добрые истории, уютное фэнтези, обаятельных персонажей и книги, после которых хочется поставить чайник и поверить в чудо. А еще внутри вас ждет сюрприз: четыре уникальные авторские иллюстрации!
Виктор Алеветдинов - Последняя дверь Заворотино
Виктор Алеветдинов - Последняя дверь Заворотино
На Чёртовом Пятачке появляется обычная деревянная дверь — без стены, без косяка, с тёплой ручкой и надписью: «Вход туда, где решают, какие истории имеют право продолжаться». Для Заворотино это плохой знак: дверь показывает разные версии будущего, а вслед за ней в деревню съезжаются домовые, лешие, сказки, космические гости и ведомственные проверяющие. Каждый хочет спасти Заворотино по-своему: закрыть, оформить, превратить в курорт, транспортный узел или полезный межмировой объект. Но чем громче спорят о судьбе деревни, тем сильнее она начинает исчезать — лавочки, колодцы, крыльца становятся прозрачными. Теперь Агафье Ладиной, Архипу, Алёне, Мирону и всей деревне предстоит доказать: Заворотино не объект и не проект. Это дом. А дом не отдают тем, кто пришёл без стука.
Кукуша - Крушение (Кукуша #5)
Кукуша - Крушение (Кукуша #5)
В пятой части Кукуша сталкивается с кризисом, который рушит её мандариновую философию счастья. Пролог с гнилым мандарином становится метафорой жизни: внешний блеск — и внутренняя пустота. Кукуша перестаёт чувствовать магию «кругов единства», её теории не могут утешить соседку Лену, а уход профессора Кротова на пенсию лишает опоры. Героиня пытается спрятаться от «пустоты» в родительском доме, но сталкивается там с простой мудростью матери. Решающий поворот наступает после случайного разговора во дворе с незнакомой старушкой, которая учит её видеть счастье не в глобальных смыслах, а в простых данностях: ногах, которые ходят, тополе за окном и руке мужа. Кукуша перестаёт бороться с пустотой, принимает её и собирает новый, честный круг — без обещаний и мандаринов, где люди просто держатся за руки и признают свою боль. Эпилог дарит горько-сладкое примирение: героиня снова покупает мандарины, находит вкус в настоящем и пишет в дневнике, что её философия рухнула, но сама она — ещё нет.
Дэн Отто - Инструкция по выживанию для разведённых
Дэн Отто - Инструкция по выживанию для разведённых
Эта книга — не волшебная таблетка. Это инструкция по выживанию для тех, кто только что развёлся. Автор — обычный мужик, который пришёл однажды домой, собрал две сумки и уехал в съёмную однушку. Жрал пельмени, пил полторашку, плакал в подушку, а потом взял себя в руки и начал вылезать.Здесь нет нытья и «все бабы дуры». Есть конкретные правила, проверенные на собственной шкуре. Чёрный список того, что делать нельзя. Главы про детей, деньги, друзей, откаты, триггеры и Новый год, когда кажется, что мир рухнул.Приложения: меню на две недели для тех, кто не умеет готовить, календарь на 50 дней с микрозаданиями, список бесплатных мест, когда денег в обрез, и тест «Ты готов к новым отношениям?».Книга с матом, юмором и болью. С интонацией друга, который сидит напротив и говорит: «Я там был. Я вылез. Попробуй, если хочешь».Если ты держишь её в руках — первый шаг сделан. Остальные — за тобой. Завари пуэр, выдохни и погнали.
Виктор Мельничук - Министерство чрезвычайно важных пустяков
Виктор Мельничук - Министерство чрезвычайно важных пустяков
В Министерстве чрезвычайно важных пустяков всё работает идеально.Каждый документ оформлен по инструкции.Каждая инструкция утверждена комиссией.Каждая комиссия регулярно отчитывается о своей эффективности.Правда, никто уже не помнит, зачем всё это существует.Когда молодой сотрудник Аркадий Невзрачный начинает задавать слишком простые вопросы, он постепенно обнаруживает мир, где временные решения живут десятилетиями, реформы порождают новые реформы, а здравый смысл считается опасной формой деятельности.Но некоторые вопросы лучше не задавать.Потому что ответы могут оказаться слишком простыми.«Министерство чрезвычайно важных пустяков» — сатирический роман о бюрократии, привычке, власти процедур и удивительной способности любых систем жить собственной жизнью. История, в которой смешное постепенно становится тревожным, а абсурд — подозрительно узнаваемым.
Кукуша - Филолог (Кукуша #3)
Кукуша - Филолог (Кукуша #3)
Третья часть сериала о Кукуше — гимн любви и оранжевому счастью. Философ Аглая Ветрова переживает личную революцию: в её коммунальном раю (читай — общежитии) появляется Павел, филолог с глазами цвета мокрого асфальта и страстью к литературным нормам. Пока Кукуша лечит соседей мандаринами и налаживает онтологические двери, Павел доказывает, что «кофе» не терпит среднего рода, а лучший способ признаться в чувствах — прочитать стихи между супом-пюре и компотом.Их союз проверяет профессор Кротов, благословляет баба Зина с пирожками, а дядя Гриша обещает сохранить мандарин до рождения первенца. Кукуша произносит доклад о «мандариновой феноменологии», едва не провалившись от страха, но получает «отлично» и предложение руки и сердца. Оказывается, даже Хайдеггер понял бы: счастье — это когда один человек смотрит на другого и видит душу. И мандариновую корку в волосах.Весёлая, тёплая и точная история о том, как из хаоса быта рождается соборность, а из двух одиночеств — одна грамотная любовь.
Акстиния А - Закон подлости, или Три шага к неизбежности
Акстиния А - Закон подлости, или Три шага к неизбежности
Если что-то происходит один раз — это случайность. Два раза — вероятность. Три раза — закономерность.Анна-Белла — ураган в юбке-карандаш, верящий в карты Таро и управляемый хаос. Марк — ходячий калькулятор в безупречном костюме, для которого риск — это два кубика сахара в кофе. Их знакомство началось с катастрофы: лама съела её шарф, а латте уничтожил пиджак Марка.Но когда они снова сталкиваются на ретрите тотального молчания, а затем вынуждены вместе искать «Утраченное наследие» эксцентричного миллиардера, железная логика Марка дает сбой. От подпольных клубов спортивного вязания до побега из секты минималистов с резиновой курицей в руках — их безумный квест проверяет на прочность нервы, правила и сердечный ритм.Смогут ли хаос и порядок найти общий язык? Легкая, ироничная и невероятно позитивная романтическая комедия о том, что любовь — это единственная константа, не подлежащая аудиту.