18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Аудиокниги в жанре «Юмор, сатира»

Последние

Каталог аудиокниг в жанре «Юмор, сатира»

Аркадий Лаптев - Поющие в Крыжовнике
Аркадий Лаптев - Поющие в Крыжовнике
Эта книга — лекарство. От уныния. От скуки. От ощущения, что всё идёт не так. От серости за окном и внутри. Откройте её — и вы услышите, как Афоня, сантехник-философ в леопардовом пальто, объясняет своему другу Федосу, что просроченная колбаса — это не яд, а пенициллин. Вы узнаете, как четверо бомжей захватили пляж, обратили людоедов в вегетарианство и построили дворец из того, о чём в приличном обществе не говорят. Вы увидите, как шаман Сугроб, глухой старик с биткоинами в голове, вызывает шторм и считает себя сыном Зевса. Вы познакомитесь с Яшкой — существом, чей лексикон состоит из одного слова, но этого слова достаточно, чтобы изменить мир. Вы будете смеяться. Громко. До слёз. До дрожи в коленях. До того самого хохота, от которого трескаются стёкла и разбегаются испуганные прохожие.Побочные эффекты: приступы хохота в общественных местах, желание обнять берёзу, непреодолимая тяга к просроченной колбасе и внезапная любовь к людям, которые поют в крыжовнике.
Виктор Алеветдинов - Ревизор влюблен, протокол сгорел
Виктор Алеветдинов - Ревизор влюблен, протокол сгорел
Когда ревизора Мирона Перьева вызывают на служебное разбирательство, обвинение звучит почти смертельно: он размягчился, жалеет людей и подозрительно часто забывает, что Алена Ладина должна оставаться всего лишь «гражданкой из материалов дела». Межмировое ведомство уверено: чувства мешают порядку, пирожки опасны, а живые протоколы лучше немедленно очистить.Но Заворотино своих не бросает. Алена идет за Мироном туда, где коридоры сами выбирают путь, документы дают показания, протоколы помнят правду, а карьерный рост может оказаться дорогой к полной пустоте. Чтобы спасти ревизора, ей придется доказать: человеческое тепло — не нарушение, а сила, без которой любой закон превращается в стену.Юмористическое фэнтези о любви, бюрократии, магии и деревне, способной перевоспитать даже Межмировое ведомство. Книга входит в серию «Заворотино» и является четвертой книгой второго цикла серии.
Аркадий Борисов - Расхождение
Аркадий Борисов - Расхождение
Шпицберген. Полярная ночь. Бетон и вечная мерзлота. На международной радарной станции двадцать человек слушают космос. Но на самом деле они давно слышат только низкочастотный гул генераторов и собственные обиды. Здесь нет первооткрывателей — только уставшие люди, отбывающие контракты. Они заперты в тесной коробке, где наука выцвела до состояния мертвой бюрократии, а ежедневная реальность — это битва за лимиты на горячую воду, сплетни и попытки выслужиться перед начальством.И именно в это вязкое, агрессивное «болото» врезается сигнал, ломающий законы физики. Межзвездная аномалия. Величайшая загадка Вселенной оказывается прямо у них перед глазами.Чтобы зафиксировать и понять её, станции нужно сделать лишь одно: начать работать как единый механизм. Объединить данные, открыть серверы и поверить друг другу. Но способны ли люди, с головой погрязшие в паранойе, личных долгах и взаимной ненависти, оторвать взгляд от своих карьерных интриг и посмотреть на звезды?
Виктор Стеклов - Бабушки в космосе
Виктор Стеклов - Бабушки в космосе
Четыре деревенские бабушки летят через половину галактики на свадьбу к Танечке — и везут с собой двадцать тонн домашних солений, варений и наливок, у которых нет кода ни на одной таможне вселенной. Земля под санкциями и приходится лететь в обход, через юг и пересадки.Машины XXII века умеют почти всё — но при виде банки маринованных помидоров автоматический сканер встаёт намертво, а инопланетный таможенник разводит лепестками. Бабушкам приходится разбираться самим — через каждую пересадку, через каждое чужое правило, через каждый язык, на котором объясняют, что такое огурцы малосольные. По пути они забирают внуков с дальних планет, спорят с диспетчерами, учат немца, что такое школьный учебник, и постепенно понимают одну простую вещь — материнская любовь летит дальше любой ракеты, а правильный аргумент найдётся всегда.Внуки с попугаем Кешей становятся помощниками в новый мир.
Виктор Азбукиведиев - Баллада о кладбище
Виктор Азбукиведиев - Баллада о кладбище
Бывший авиатехник Эдуард Пименович, контуженный доброволец СВО, три года назад познакомился в психоневрологическом диспансере с Вассой — женщиной, которую муж упёк на принудительное лечение за неделю до развода. Теперь Пилот снова едет встречать её после очередной реабилитации. Один день вместит больше, чем иная жизнь: от кладбищенских лопухов до квантовой физики души, от чая по пятьсот рублей чашечку до проекта «Парка Вечной Памяти», от поэтического дыма Есенина до гранаты в заднице безумцев, собравшихся взорвать океан.Трагикомическая баллада о женщинах, которых общество списало в сумасшедшие, но которые только в диспансере обрели настоящую свободу ума. О России, где безумцы говорят правду, а любовь и дружба оказываются прочнее рассудка. Роман-мозаика для тех, кто не боится смеяться сквозь слёзы.
Манна Небесная - Любовь не знает гравитации
Манна Небесная - Любовь не знает гравитации
Моё первое космическое путешествие — и я приглашаю вас с собой!Это не просто книга. Это история, которая родилась из моей любви к звёздам, к невероятным поворотам судьбы и к тому самому чувству, когда один взгляд меняет всю вселенную. Это роман о любви, о смелости мечтать и о том, как важно не бояться сделать шаг в неизвестность.Если вы ищете историю, которая унесёт вас далеко от повседневности, подарит новых героев и заставит поверить в чудо — этот роман для вас. О чём книга?Это захватывающая история о встрече двух сердец на фоне бескрайнего космоса, где каждая звезда хранит тайну, а любовь становится главной силой во вселенной. Это дебют, полный энергии и оригинальных идей.Вы будете смеяться, волноваться и, возможно, даже немного грустить вместе с героями. Атмосфера: Погружение в мир, где будущее переплетается с вечными чувствами. Две судьбы — прагматичной Маши и рассеянного Игоря — уже были запущены по траекториям столкновения высоко над спящей Москвой-рекой ️
Семён Маркович - Звук
Семён Маркович - Звук
Париж, 1871 год. Молодая журналистка стоит на баррикаде Коммуны с блокнотом в руках. Рядом — незнакомец, который печатает листовки в подвале и верит, что пятьсот листков изменят мир. Наутро его расстреляют. Она пообещает написать о нём крупным шрифтом.Обещание растянется на семьдесят лет — от телеграфного ключа на Северном вокзале до радиоприёмников Берлина, от искры Маркони над океаном до голоса Геббельса из миллиона чёрных ящиков. Крик на баррикаде слышали триста человек. Телеграмма долетала до Лилля за четыре минуты. SOS с «Титаника» приняли два континента. А потом один голос из ящика вошёл в каждый дом — без спроса, без приглашения, без билета.Роман о звуке — о том, как слово отрывается от тела: сначала провод, потом волна, потом голос. И голос, спасавший людей в ночь кораблекрушения, оказывается тем же инструментом, который ведёт их на костёр. О женщине, которая стояла, когда все сидели, — пока не села.
Виктор Алеветдинов - Старуха с косой отменяется. Книга 3
Виктор Алеветдинов - Старуха с косой отменяется. Книга 3
В Заворотино, деревне между мирами, даже старая стиральная машинка способна устроить переполох. Архип Чудин всего лишь хотел починить полезную вещь, а запустил артефакт, который стирает слухи, долги, обиды и куски прошлого. Одно неосторожное слово — и к Агафье Ладиной является настоящая должностная «старуха с косой»: с актами, печатями и очень служебным характером.Пока деревня пытается отстирать репутации, вернуть молодость и не потерять память о себе, Архипу и Агафье придется разобраться, что стоит оставить в прошлом, а что нельзя отдавать даже чуду.«Старуха с косой отменяется» — третья книга уютно-ироничной серии «Заворотино: деревня между мирами» о магии деревенского быта, смешных катастрофах и людях, которые остаются живыми назло обстоятельствам.
Семён Маркович - Живые картинки
Семён Маркович - Живые картинки
Книга восьмаяМир больше не читает. Мир смотрит. Восьмая книга хроник Комитета погружает нас в эпоху, когда реальность окончательно сдалась перед игрой света и тени. Всё началось с прибытия поезда на вокзал Ла-Сьота, когда толпа в ужасе бежала от плоской картинки на белой простыне. А закончилось тем, что полмиллиарда человек добровольно затаили дыхание, глядя на зернистый шаг человека по лунной пыли в 1969 году.Леонардус, высекавший Истину из слов, с горечью осознает, что Великий Текст стал лишь сценарием — немой служанкой для объектива. Мишель скрипит пером над Гроссбухом, пытаясь свести баланс в индустрии, торгующей пустотой, где картонные декорации Голливуда стоят дороже реального золота тамплиеров. Грегориус же ликует: манипулировать сознанием еще никогда не было так легко.Это история о том, как фикция подменила жизнь, и как бессмертные манипуляторы сами рискуют поверить в светящийся обман.
Марк Беленский - Из грязи в Князи. Вступление: Сделка
Марк Беленский - Из грязи в Князи. Вступление: Сделка
«Из грязи в князи» - серия притч о финансовой грамотности для обычных смертных. Перед вами вступительная глава серии. Её герой Бобби — пай-мальчик, который с детства любил деньги, но всю жизнь довольствовался лишь их отсутствием. Всё меняется, когда на пороге его ветхой хижины появляется господин с красным лицом и деловым предложением.Автор ведёт читателя через быт, знакомый каждому, кто хоть раз ограничивал себя «до получки», через язык, понятный любому, кто путает инфляцию с ингаляцией, и через боль, знакомую всякому, кто плакал в подушку ровно 30 минут — потому что завтра рано вставать. В следующих главах цикла Бобби предстоит пройти сквозь финансовые пузыри разных эпох, столкнуться с цинизмом рынка и абсолютным эгоизмом капитала — и всё это без заумных терминов, зато с чёрным юмором и ветхозаветной иронией.Если вы устали от мотивационных пособий, но чувствуете, что пора понять, как устроен мир денег, — заходите в хижину Бобби. Место есть.
Кукуша - Восстановление (Кукуша #6)
Кукуша - Восстановление (Кукуша #6)
Два месяца назад Аглая Ветрова, которую все называют Кукушей, сказала: «Я сломалась». И исчезла. Из дворовых кругов, из соседских чатов, из привычной жизни, где были мандарины, гирлянды и вера в то, что мир можно сделать счастливым.Она не раздаёт мандарины. Не философствует. Не спасает никого, даже себя. Она просто кормит дочку, варит суп и молча смотрит в стену. А соседи ждут. Павел оставляет записки. Баба Зина печёт пирожки. Тополь во дворе шумит листвой.Это история не о подвиге. О том, как разрешить себе быть сломанной. О том, что восстановление — это не возвращение к прежней, яркой, безупречной «мандариновой фее». Это умение замечать маленькие радости: утренний мандарин, липкие от сока дочкины руки, тёплое плечо мужа, смешные разговоры о кранах и тараканах за соседским столом.Шестая повесть цикла — самая тихая и самая глубокая. Без пафоса, без героизма. Только жизнь, которая продолжается. Даже когда кажется, что сил больше нет. И мандарины, которые по-прежнему сладкие.