Геннадий Тищенко – Взгляд извне (страница 24)

— Заладили все: здесь не Земля, здесь не Земля! — раздраженно передразнил я бывшего однокашника. — Это я уже слышал!.. Кто же был первым?.. Или первой… Ула?

— Нет…

— Значит ли это, что первый эксперимент закончился неудачно?..

— В какой-то степени.

— Как это понимать?

— Летальный исход… — Леруа с отчаянием взглянул на меня. — Только не воображай, что я убил человека… или аруанца… Это был лок… Я не знаю, как это тебе коротко объяснить… Я сам долго не мог понять и принять это… Есть осмилоки, и есть лок… Это не те локи, которые на нас напали… То были так называемые дикие локи. А есть еще загонные локи, есть стадные локи… Эти существа… Нет, я не знаю синонимов, аналогий!.. У нас просто нет такого!.. Это — особый тип существ… Живой тканевый банк, из которого при необходимости черпается кровь для переливаний, или берется орган для трансплантации. Основная функция лока — быть донором. Ради этого он живет. Да не смотри ты так! — закричал вдруг Леруа. — Я не фашист и не расист!!! И они, по-моему, тоже… Я сам, в первое время не мог поверить! Но было бы слишком просто провести аналогию с концлагерями, и всевозможными расовыми теориями… Все сложнее и запутаннее!.. Одно я могу сказать точно: загонные и стадные локи — не люди!.. В смысле: не разумные существа! Это как бы домашние животные внешне, да и физиологически, абсолютно похожие на хозяев. За исключением мозга, разумеется…

— Что ты несешь?!

— Выслушай до конца, а потом суди. Я не знаю, откуда они появились… Я имею в виду загонных и стадных локов… Я даже не уверен, что они появились естественным, так сказать, путем, а не выведены специально…

— Это как же выведены? На грядках что ли?

— Не надо так… — тихо сказал Леруа. — Мы все еще во многом недооцениваем аруанцев. И осмилоков — в особенности… Да, я предполагаю, вернее, не исключаю, что предки осмилоков сами вывели локов. Я не знаю когда, и при каких обстоятельствах это произошло… Возможно, тогда это было фашизмом, расизмом, насилием! Но сейчас — перед нами лишь результаты… И какими бы они не были, мы уже ничего не можем изменить! Мы поставлены перед фактом существования у каждого осмилока нескольких неразумных близнецов-доноров…

— Которых мы можем использовать как доноров и для землян?

— Да…

— Ты соображаешь, о чем говоришь?! Думаешь, на Земле не найдется желающих продлить свою жизнь за счет жизни локов?!

— Наберись еще немного терпения, — попросил Леруа. — Завтра сам увидишь остатки их городов. Возможно, некогда осмилоки достигали вершин технологической цивилизации, и могли даже производить генетические операции. Не исключено, впрочем, что в условиях Аруаны для выведения локов и отработки операций по трансплантации органов и костного мозга вовсе не нужен был расцвет техники. Тем более что наши археологи, до сих пор, не обнаружили чего-либо подтверждающего наличие технологического этапа в истории осмилоков.

— Но они все-таки производили такие операции?!

— Производили и производят сейчас…

— Без анестезии, без стерилизации, в конце концов?!

— Для анестезии они применяют нечто подобное нашему морфию. Кроме того, они владеют психологическими приемами обезболивания. Вспомни Улу… Многие осмилоки являются экстрасенсами… по нашей терминологии…

— Но стерильность… — пробормотал я. — Медицинское оборудование, хирургические инструменты…

— Иммунная система аруанцев работает во много раз лучше, чем у нас. Поэтому проблемы стерильности здесь не столь актуальны… Скальпели им заменяют тончайшие кремниевые и обсидиановые ножи, которые они, ктати, стерилизуют на кострах. А для остановки кровотечения и заживления ран они применяют различные разновидности Киаланы. К тому же, потеря крови для них не так страшна, как для нас. Ведь во время операции под рукой у них всегда есть доноры локи…

— Извини, перебью… — я пытался переварить информацию, — Откуда же появляются эти локи сейчас?

— Первых двух — трех детей аруанка рожает нормальными, то есть осмилоками, а остальных — локами. По всем медико-биологическим параметрам локи являются однояйцевыми близнецами осмилоков. Тем самым, как бы создаётся донорский резерв для старших чад. При этом нельзя забывать, что детородный период у аруанок превышает сотню лет!.. Как ты, видимо, уже догадался, иммунная система локов и осмилоков толерантна к генам друг друга. Это и обеспечивает возможность трансплантации тканей и органов от локов осмилокам… Таким образом, у многих осмилоков имеются десятки неразумных доноров — локов.

— И как часто они производят операции по трансплантации?

— Во время праздников Киаланы. В среднем — по одной операции в пять лет. Таким образом, организм осмилоков полностью обновляется примерно раз в сто лет. После каждой операции происходит значительное омоложение всего организма. Но как это происходит нам пока непонятно…

— И в результате каждой операции донор погибает?

— Не всегда… Осмилоки заботятся о своих локах, ведь каждый из них дарит дополнительные годы жизни. Если нормальный аруанец может жить, в среднем, до двухсот лет, то осмилок, может продлить свою жизнь до тысячи лет. А ведь у некоторых осмилоков бывает до тридцати локов…

— Значит ли это, что они могут жить до трех-четырех тысяч лет?

— Еще как могут… Ты же видел Мать Рода. Правда, в большинстве своем, редко кто из осмилоков доживает даже до ста лет. Слишком уж много опасностей подстерегает их на каждом шагу. К тому же осмилок может погибнуть просто от голода…

— Стоп! Ведь и локи нуждаются в пище, не так ли?

— Естественно, — Леруа улыбнулся, он явно предугадал мой вопрос.

— Кто же их кормит? Ведь, как я понял, осмилоки сами едва сводят концы с концами?

— Почему же… Обычно один осмилок-охотник может прокормить в среднем около десятка женщин, детей и стариков…

— Но на одного охотника приходится, по-моему, значительно больше иждивенцев, если учитывать этих самых загонных локов?

— Не забывай, что животная пища составляет лишь незначительную часть в рационе осмилоков. Сбором же растительной пищи и, отчасти, ее возделыванием занимаются женщины и старики. Загонные локи, кстати, питаются исключительно растительной пищей. Женщины подкармливают их свежими и сушеными плодами, овощами, грибами и тому подобным… Этих локов обычно используют как доноров крови, кожи и костного мозга, так как вследствие малоподвижного образа жизни внутренние органы, в особенности сердце, у них функционируют плохо и пересаживать их нецелесообразно. Зато эти локи незаменимы во время срочных операций, так как они всегда рядом с основным жильем осмилоков… Ну, и, как ты понимаешь, в случае голода их тоже употребляют…

— Ты хочешь сказать, что осмилоки людоеды?! — Я невольно вспомнил прекрасное лицо Улы и внутренне содрогнулся.

— Я не думаю, что это можно назвать каннибализмом, — спокойно возразил Леруа. — Ведь загонные локи совершенно неразумны… Осмилоки относятся к ним… ну как мы к свиньям, например, или к овцам. Кроме того, они едят их лишь в случае угрозы гибели от голода…

— Но ведь вокруг столько растительной пищи!

— Экологическая ниша переполнена осмилоками и локами, — пояснил Леруа. — Отчасти это произошло и из-за увеличения продолжительности жизни осмилоков. Кроме того, ведь есть еще лунги и агасфики…

— Лунгов я видел в мнемофильме, — прервал я Шарля. — А вот кто такие агасфики, я толком так и не понял…

— Это тоже мутанты, но более высокого, если можно так выразиться, уровня. Агасфиками их назвал Ренггон, в честь бессмертного Агасфера. Похоже, это ветвь лунгов, локов, или осмилоков, в которой отфильтровались положительные мутации. Внешне они мало отличаются от диких локов, но осмилоки утверждают, что они без всяких операций могут жить многие сотни и даже тысячи лет. Поэтому осмилоки с пересаженными от агасфиков органами живут особенно долго. Но агасфики, как я понял, обычно редко доступны осмилокам. Да и нам тоже… Я, во всяком случае, имел с ними дело всего лишь один раз. Но это отдельная, длинная и загадочная история…

— Ты меня опять запутал этими локами, лунгами и агасфиками, — пробормотал я.

— А есть еще стадные локи, — Леруа грустно улыбнулся. — Осмилоки собирают в стада часть локов и перегоняют их под присмотром своего рода пастухов. Стадные локи большую часть пищи добывают сами и ведут более подвижный образ жизни, чем локи из загонов. Часто именно они служат донорами для геронтологических операций. И все-таки идеальными донорами являются одичавшие локи, живущие самостоятельно в саваннах и джунглях. Перед Киаланой диких локов, лунгов и агасфиков отлавливают, и трансплантируют их органы во время самых ответственных геронтологических операций…

— Но, как я понял, иногда одичавшие локи и агасфики собираются в довольно большие стаи, или может быть отряды?

— Да, — нехотя согласился Леруа. — Вроде тех, что напали на нас…

— И ты говоришь об этом так спокойно?!.

— Привыкнуть можно к чему угодно, — устало заметил Леруа.

— Почему ты ничего не сообщил в Комиссию?

— Я работал… Если бы вы узнали обо всем, Осмилонию заперли бы под карантин, для тщательного исследования. Это задержало бы мою работу на многие годы! А победителей, как известно не судят.

— Ты считаешь, что победил?

— С биолого-медицинской позиции — да. Но… я не могу решить для себя вопрос о нравственной стороне проблемы. В последнее время у меня появились сомнения… — Леруа умолк.