Геннадий Тищенко – Операция «Гильгамеш» (страница 31)

— Вы, Аркадий Петрович второй человек в Фирме, — говорил Андрей. — Хотя мне иногда кажется, что, может быть, и первый. И сдаётся мне, что вы знаете про заказ Легата больше, чем говорите…

— Что именно вас интересует? — Завеса приоткрыл окошко и выбросил недокуренную сигарету. — Я сейчас в хорошем настроении и выложу все начистоту, хотя это и не в моих правилах. В наши дни быть откровенным, простите, значит быть дураком…

— Почему вы не предупредили меня об Инге?

— Это привело бы к провалу…

— Но встреча с Ингой не была случайной?

— Да, я надеялся на вашу встречу с ней, потому и задание было организовано таким образом, чтобы вы появлялись там, где бывает Инга, со своими телохранителями… Поймите: если бы вы были в курсе проблем, она это почувствовала бы. И не была бы с вами столь откровенной…

— Вы верите в чтение мыслей и прочие современные заморочки? — спросил Андрей, чтобы сменить тему разговора.

— Факты — упрямая вещь… — Аркадий Петрович вздохнул. — Вспомните, благодаря кому мы нашли тело Аллы Кононенко! Я сам отношусь довольно скептично ко всей этой чертовщине, но ведь факты!.. Если б вы знали все заранее, Киселевы почувствовали бы в вас особый, профессиональный интерес. А от вас должна была исходить только ваша личная инициатива. Тем более, что в выяснении обстоятельств, связанных с Ингой, вы заинтересованы не меньше нас.

— Значит фамилия Инги действительно Киселева?

— Да, формально она приходится Виктору родной племянницей… И родила ее в восемьдесят шестом родная сестра Виктора Надежда Киселева.

— Не верится, что ей нет и двадцати? Впрочем, поведение её, подчас, совершенно детское…

— Думаю, вы прекрасно понимаете, что это не главная ее загадка… — Аркадий Петрович внимательно посмотрел на Андрея. — Или я не прав?

— Значит вы использовали меня, в качестве подсадной утки… — проговорил Андрей. — Впрочем, я рад даже в таком качестве… — он в упор посмотрел на Завесу. — Чем, по-вашему, объясняется ее сходство с покойной гражданской женой Киселева?

— Хотел бы и я знать… — Завеса спокойно выдержал взгляд Андрея. — Возможно, это объясняется изредка наблюдающимися генными флюктуациями… Явление это связано с далеко не случайным взаимным выбором супружеских пар. Это ведь только на первый взгляд кажется, что тяга мужчин и женщин друг к другу объясняется лишь инстинктом продолжения рода и, как сейчас принято говорить, какой-то особой «химией». То есть, с одной стороны, оно, конечно, так, но только юнцам, в определённом возрасте, все равно с кем вступать в интимные отношения. Лишь бы вступить!.. Себя не помните в этом возрасте?

Андрей промолчал.

— А что делать, если у некоторых это так и не проходит? — поинтересовался Саша, внимательно прислушивающийся к разговору. — Я, к примеру, был бы рад успокоиться, но иногда так припирает!..

— Чего-чего, а уж это рано или поздно проходит, — грустно ответил Аркадий Петрович. — И все-таки, почему-то зрелые люди сходятся, не с кем попало, а избирательно. Мы на интуитивном уровне чувствуем, что в результате соития именно с данной женщиной родится наиболее совершенный и гармоничный, ребенок. Поэтому, если проводить аналогию с животным миром, борьба самцов за наиболее совершенных самок продиктована, прежде всего, подсознательным желанием оставить после себя здоровое потомство. Хотя, конечно, и в этом деле бывают казусы. Иногда ведь люди сходятся по расчету, или втюриваются наперекор всякой логике. Видимо, тогда и рождаются ситуации, столь обожаемые любителями мыльных опер…

— Может, вернемся к этим… флюктуациям? — предложил Андрей.

— Да, конечно… — Аркадий Петрович некоторое время озадаченно смотрел на собеседника, словно пытаясь вспомнить, о чем он говорил. — Вы, наверное, слышали, что супруги долгое время живущие вместе становятся похожими друг на друга. Некоторые ученые предполагают, что это происходит вследствие обмена генетическим материалом при половых контактах. Вы, наверное, слышали, про волновую генетику?

— Увы, в последнее время совершенно не хватает сил, чтобы следить за новостями науки, — признался Андрей.

— Некоторые вполне серьёзные учёные считают, что если женщина достаточно долго живет с каким-то мужчиной, то у нее и от следующего сексуального партнера может родиться ребенок, похожий на предыдущего возлюбленного…

— Просто они детей зачинают от одного мужика, а повесить его желают на другого, — вновь встрял в разговор Саша.

— Это, конечно, приходит на ум, в первую очередь, — Аркадий Петрович грустно усмехнулся. — Но дыма без огня не бывает…

— Вы меня окончательно запутали, — Андрей помотал головой. — По вашему, что-то было между Виктором и его сестрой?!

— Да упаси Боже! Надо же, как вы не любите этого Виктора! Но ведь вы не будете отрицать неприятного для вас факта, что между Виктором и вашей Татьяной существовали длительные сексуальные контакты?

— И что из этого следует? — подавив внезапно охвативший его гнев, спросил Андрей.

— А то, что Виктор остановил свой выбор на Татьяне не случайно. Он ведь был уже зрелым мужчиной, когда они сошлись…

— Простите, но я не понимаю вас…

— Киселеву было за тридцать, когда он женился на Татьяне. Да и ей было уже за двадцать… То есть их выбор друг друга был далеко не случаен. Во всяком случае, менее случаен, чем это бывает в ранней юности, когда вовсю играют гормоны…

— Эт точно, — вновь подал голос Саша, терпеливо пережидавший за рулем очередную пробку. — Иной раз совсем голову теряешь!..

— А может, это был обычный служебный роман между руководителем лаборатории и молодой лаборанткой? — предположил Андрей. — Виктору, погруженному в науку, некогда было ухаживать за посторонними дамами. А Тане было приятно, что восходящее научное светило обратило на нее внимание…

— Боюсь, вы предвзято судите об отношениях между Виктором и Татьяной…

— Ладно, молчу… — Андрей поднял руки. — Но я не пойму, к чему вы клоните…

— А подвожу я вас к очень простой и очевидной мысли: если Виктор и Татьяна были генетически предрасположены друг к другу, то и у сестры Виктора могла родиться дочь, похожая на погибшую Татьяну. Ведь у брата и сестры много общих признаков, унаследованных ими от родителей…

— Может быть Инга их дочь?.. — неуверенно предположил Андрей. — Я имею в виду — дочь Виктора и Тани. Может быть, Таня была беременна, и чтобы спасти дочь, Виктор пересадил эмбрион своей сестре?

— То есть, хотите сказать, что опять-таки имело место суррогатное материнство? — Завеса усмехнулся и покачал головой. — Вы, простите, в медицине профан и, по-моему, слегка перезанимались этой проблемой, вот вам и чудятся на каждом шагу суррогатные дети…

— Чтобы я еще когда-нибудь в это время поехал через центр! — Саша несколько раз чертыхнулся. — Мы в этой пробке можем еще час простоять…

— А что известно об отце Инги? — спросил Андрей, когда мерс, наконец, тронул с места.

— Видите ли… — Аркадий Петрович пожал плечами, — В отличие от брата, Надежду Петровну привлекательной женщиной назвать было никак нельзя. Во всяком случае, официально она замужем не была ни разу… А детей, при этом, очень любила. Во время Чернобыльской аварии она находилась у родственников, в Белоруссии. В той зоне, куда выпали радиоактивные осадки. Многие в тех районах потом боялись иметь детей. И небезосновательно, знаете ли…

— И, несмотря на это, у нее рождается красавица дочь, наделенная букетом необычных способностей… — пробормотал Андрей. — Может, это следствие радиации?

— Возможно… — Аркадий Петрович пожал плечами. — В связи с Ингой я тоже заинтересовался всякими загадочными явлениями. Раньше я был убежден, что всё это — выдумки журналистов, греющих руки на сенсациях, высосанных из пальца. Но в последнее время опубликовано кое-что и из достоверной информации. Правда, на сотню магов, колдунов, и прочих знахарей не наберется и десятка подлинных целителей. Да и те, в большинстве, могут лечить лишь психосоматические заболевания, воздействуя на клиентов психотерапевтическими методами…

— Я тоже изредка листаю газеты, и журналы… — перебил Андрей Завесу. — Кроме того, я иногда, представьте себе, всё-таки читаю книги и просматриваю разнообразные сайты…

— Простите, я настолько разочарован в поколении «next», что иногда недооцениваю племя младое-незнакомое. — Завеса церемонно склонил голову. — А в Интернете, признаться, я до сих пор чайник. Всё руки не доходят…

— Во-первых, я вовсе не отношусь к поколению, следующему за вашим, — заметил Андрей. — Мне уже тридцать пять. А во-вторых, простите, но теперь я понимаю, как вы на судебных заседаниях можете переводить разговор в нужное вам русло. Вы так ловко ходите вокруг да около, что я даже забываю, какой вопрос задал…

— Видимо, это действительно профессиональное… — Аркадий Петрович усмехнулся. — Вы Кастанеду читали?

— Нет, признаться… Считал мистикой чистой воды…

— Смотря, что называть мистикой и, вообще, как воспринимать данный термин. У нас в совковые времена слова «мистика и поповщина» считались ругательными. Но ведь и в средние века учёные, алхимики и чернокнижники, не укладывающиеся в общепринятые рамки, также вызывали отторжение религиозных ортодоксов. Вспомните судьбу Галилея! Я уже не говорю о Джордано Бруно…

— Инквизиция, как аналог НКВД?