Геннадий Синицкий – Страницы истории Невеля. Книга вторая (страница 7)
Его огромное и внятное слово гулом прокатилось по России. Его опущенные руки приводили в расстройство государственную машину. За каждым жестом его напряженно следили. Ему делались посулы. Ему говорились запоздало – льстивые речи. Разбитый на улицах и площадях Петербурга он видится угрозой врагу, бессмертный в своей коллективности, непобедимый, придя раз в сознание. Русская историческая Немезида, он впитал в себя горечь и желчь несчетных поколений, он взвалил на плечи свои тяжесть расплаты – разоренного крестьянина, за гонимых еврея, поляка, финляндца, за общественность, над которой во все дни измывался самодержавный кулак; за поруганную литературу; за мысль, закованную в кандалы; за слово, вдетое в намордник; за всех измученных русских людей; за стремящуюся к свободе Россию; за национальное обновление ее.
9-го января он сказал: хочу быть человеком, не вьючным животным, хочу сознать себя гражданином – 8 часов рабочего труда, Всенародное Учредительное Собрание.
В пороховом дыму самодержавной расправы эти требования стали всеобщими, а дело его – делом национальным. Всероссийский освободитель, он дорогой ценой купил себе это право на всеобщность.
Граждане! После Петербургских дней в ветхом здании российской государственности невозможны более пристройки – перестройки; старая тюрьма сверху донизу сдается на слом пробужденному народу.
Не самодержец один подписал себе смертельный приговор 9 января; от сего дня невозможной стала и конституционная монархия!
Помните граждане! Волна народного гнева не уляжется до тех пор, пока опустошенная Россия не покончит счетов с последним из дома Романовых!
У русского народа нет более царя – сказал священник Гапон.
У русских граждан нет более власти, а есть только внутренний враг, засевший вековой твердыне.
9-е января есть день объявления гражданской войны, день начала революционной мобилизации народа. Революция идет, могучая, прекрасная, и никто не остановит ее хода.
Возможны дни, даже месяцы, относительного затишья, но это лишь тишь перед бурей, антракт многократной трагедии.
Не с сегодня на завтра восставший народ организует свои силы, овладеет слабеющей властью. Революция длящийся процесс с необходимыми приливами и отливами. Но в этом процессе всякий и каждый призывается к выполнению своих обязанностей, всякий и каждый несет свою службу народу.
Дезорганизовывайте правительственную власть всеми средствами, у нас их не мало. Правительство живет той услугой – часто незаметной, которую оказывают ему граждане.
Ни копейки денег врагу, никаких отношений с врагом! Гоните прочь от себя палачей, омытых пролетарской кровью! Опричникам нет места среди гражданского общества!
Сопротивление повсюду, на каждом шагу, активное и пассивное! Организуйте сами, согласуйте свои действия с организациями революционного рода.
Революционному народу нужны люди. Революционному народу нужны средства. Революционному народу необходимо вооружение. В ваших руках так много возможности. Осуществляйте их.
В обновленной России, когда настанет перекличка, пусть каждый из вас может гордо сказать: я был в народных рядах, когда свергали тирана.
СМЕРТЬ ЦАРИЗМУ!
Да здравствует восстание народа!
Да здравствует пролетариат, передовой борец революции!
Да здравствует Всенародное Учредительное Собрание!
Р.С.Д.Р.П. О царском манифесте 18-го февраля
Ввиду поступивших в Комитет от товарищей заявлений о полной непонятности последнего царского манифеста, написанного на тарабарском языке, Московский Комитет Р. С. Д. Р. П. перевел текст манифеста на обыкновенный русский язык. Вот этот манифест в вольном переводе:
«Милостью пушек, пулеметов, ружей и нагаек мы, Николай последний, убийца и насильник всероссийский, палач польский, клятвопреступник финляндский и прочие и прочие преступления совершивший, объявляем всем нашим маловерным подданным: «Ради барышей наших родичей, для пользы богатых банкиров, ради спасения шатающегося престола нашего от разрушительного действия мятежного рабочего движения затеяли мы бессмысленную войну, которая погубила сотни тысяч наших подданных. Чтобы горечь и боль от пролитой в Маньчжурии крови не вовсе уже растерзали наше любящее сердце, сочли мы за благо расстрелять в Питере, Варшаве, Лодзи, Риге и многих других городах дорогого отечества еще несколько тысяч безоружных подданных и уравновесить бойню внешнюю бойнею внутреннею».
«В настоящее время, так как распространение революционного движения на все слои народа грозит вовсе уничтожить нас и присных наших, мы порешили подкупить и подпоить вернейших нам хулиганов, шпионов и полицейских, чтобы они, собравшись вокруг трона, направо и налево раздавали тумаки другим не столь верным нашим подданным и произвели травлю инородцев, смятение в рядах борцов за свободу».
«С этой целью организовали мы побоища в Баку, Казани, Пскове и Курске. За сим, в полной уверенности, что скоро придет конец державе нашей, решили мы перед последним часом усилить жандармерию, умножить тюрьмы, воздвигнуть эшафоты и привести в боевую готовность пушки и пулеметы. Манифест от 12-го декабря, содержащий легкомысленную критику нашего управления и мнимые обещания реформ, сим отменяется».
«В твердом уповании на воспитательное влияние картечи, шашек и тюрем, мы по-прежнему пребываем благосклонным к нашим подданным и сулим чиновникам – произвол и казнокрадство, революционерам – виселицы, рабочему классу свинец, либералам – шиш, хулиганам и шпионам – серебряные монеты и казенную водку».
«Дня 18-го февраля 1905 года, накануне ожидавшегося либералами созыва земского собора, среди тревог и волнении последнего времени, в последние месяцы нашего несчастного царствования».
На самом манифесте за самодержца, по его неграмотности расписался Трепов.
С подлинным верно: Московский Комитет Р. С. Д. Р. П.
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Крестьяне!
Городские рабочие начали войну с царем и чиновниками. К ним на подмогу поднялись и крестьяне. На Кавказе, в Малороссии, в губерниях Орловской, Киевской и др. крестьяне поддерживают своих братьев городских рабочих. Они требуют нового государственного строя: чтобы не царь и кучка чиновников правили бы всеми делами, а сам народ своими выборными. Они требуют, чтобы земля, награбленная царским семейством и панами, была возвращена крестьянам, чтобы сейчас же был положен конец проклятой войны с Японией. Крестьяне твердо решили ни одного из своих сыновей не пускать на войну!
Испугались крестьянского восстания царь, чиновники и паны. Что ежели весь народ поймет чистую правду. Если все крестьяне поднимутся вслед за своими товарищами? Плохо придется тогда царю да чиновникам, панам и всем кровопийцам народным!
Царь, чиновники да паны испугались грозной силы народной и заговорили иначе с крестьянами: «Потерпите, крестьянушки, подождите пока царь кончит войну, не слушайтесь бунтовщиков».
Крестьяне, не слушайтесь чиновников и панов. Это волки, переодетые в овечьи шкуры. Довольно ждать и терпеть!
200 лет вы были крепостными, рабами у панов, вас били, вас пороли, над вами глумились, вас не считали людьми. А теперь, эти самые паны вас просят опять ждать и терпеть!
Ждать пока царь кончит войну не надо. Он затеял войну, не спросив народа. 500 000 человек перебито и искалечено. Это ведь ваши дети, братья! Подумайте, крестьяне: царь и чиновники у вас похитили столько дорогих вам людей, и они гниют теперь на полях Маньчжурии!
Мало ему еще злодею царю, мало им окаянным чиновникам, грабителям народным. Они хотят еще продолжать войну; им нисколько не жаль народа. Скоро объявят новые мобилизации; возьмут стариков, много семейных и ратников; царь и чиновники хотят опустошить всю Россию.
Грешно и позорно молча ждать. Сейчас же за дело! Крестьяне! Требуйте везде и всюду немедленного прекращения войны! Ни одного человека не дайте вести опять на бойню! Матери, жены, не отпускайте от себя детей и мужей! Довольно крови!
Крестьяне, вам говорят о «бунтовщиках». Бунтовщиками правительство называет тех, кто хочет помочь крестьянам и рабочим, кто горюет, о тяжелой доли народа, кто хочет «новую волю»; «бунтовщиками» царь и его чиновники называют нас потому, что мы всю правду вам рассказываем, глаза вам открываем! Мы не бунтовщики, – мы друзья народа и враги царя, чиновников и всех кровопийц народных! Сети расставляют вам паны да правительство, берегитесь их!
Они паны да чиновники хотят купить вас пирогом, они хотят подмазать вас стаканом чаю. Не слушайтесь врагов народных!
Мы зовем вас, крестьяне, поддержите нас, городских рабочих и товарищей ваших, восставших крестьян. Идемте в наши ряды.
ДОЛОЙ ЦАРЯ, ЧИНОВНИКОВ И ВСЕХ КРОВОПИЙЦ НАРОДНЫХ!
ДА ЗДРАВСТВУЮТ НАРОДНЫЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ!
КОНЕЦ БЕЗУМНОЙ ВОЙНЕ!
ДА ЗДРАВСТВУЕТ НЕМЕДЛЕННЫЙ МИР!
Манифест Р.С.Д.Р.П.
Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
Правительство на краю банкротства. Оно превратило страну в развалины и усеяло их трупами. Измученный, изголодавшийся крестьянин не в состоянии платить подати. Правительство на народные деньги открыло кредит помещикам. Теперь ему некуда деваться с заложенными помещичьими… (далее следует не читаемых два слова) … и заводы стоят без дела. Нет работы. Общий торговый застой. Правительство на капитал иностранных займов строило железные дороги, флот, крепости и запасалось оружием. Иссякли иностранные источники – исчезли казенные заказы. Купец, поставщик, заводчик, привыкшие обогащаться на казенный счет остаются без наживы и закрывают свои конторы и заводы. Одно банкротство следует за другим. Банки рушатся. Все торговые обороты сократились до последней крайности. Борьба правительства с революцией создает беспрерывные волнения. Никто не уверен больше в завтрашнем дне. Иностранный капитал уходит обратно за границу. Уплывает в заграничные банки и капитал «чисто русский». Богачи продают свое имущество и спасаются за границу. Хищники бегут вон из страны и уносят с собой народное добро. Правительство издавна все доходы государства тратило на армию и флот. Школ нет. Дороги запущены. Несмотря на это, не хватает даже на продовольственное содержание солдат. Проиграли войну отчасти потому, что не было достаточно военных запасов. По всей стране поднимаются восстания обнищавшей и голодной армии. Железнодорожное хозяйство расстроено, кассы железных дорог опустошены правительством. Чтобы восстановить железнодорожное хозяйство необходимы многие сотни миллионов. Правительство расхитило ссудо-сберегательные кассы и раздало вклады на поддержку частных банков и промышленных предприятий, нередко совершенно дутых. Капиталом мелких вкладчиков оно ведет игру на бирже, подвергая его ежедневному риску. Золотой запас государственного банка ничтожен в сравнении с требованиями по государственным займам и запросами торговых оборотов. Он разлетится в пыль, если при всех сделках будут требовать размена на золотую монету. Пользуясь безотчетностью государственных финансов, правительство давно уже делает займы, далеко превосходящие платежные средства страны. Оно новыми займами покрывает проценты по старым. Правительство год за годом составляет фальшивую смету доходов, причем те и другие показывают меньше действительных, чтобы по произволу высчитать избыток, вместо ежегодного недочета. Бесконтрольные чиновники расхищают и без того истощенную казну. Приостановить это финансовое разорение сможет только после свержения самодержавия Учредительное Собрание. Оно займется строгим расследованием государственных финансов и установит подробную, ясную, точную и проверенную смету государственных доходов и расходов (бюджет). Страх перед народным контролем, который раскроет пред всем миром финансовую несостоятельность правительства, заставляет его затягивать созыв народного представительства.