Геннадий Серебряков – Переплетение судеб в лучах умирающей звезды (страница 2)

Савьер ответил : – Весьма похвально, любезный, распорядись оставить пару слуг в склепе, и чтоб глаз не спускали с нее, до моего появления.

-Уже распорядился, Ваше сиятельство, не извольте беспокоится. Поклонившись сказал

дворецкий, и спешно удалился.

Эрлих подал поводья прислуге. Арабский скакун, вдруг, учуяв запах конюшен – осознал, что сегодня больше не будет встречный ветер раздувать ноздри, грива не станет развеваться черным стягом, и его запрут в душном стойле до утра. И начал выбивать искры из гранитной брусчатки мостовой, подковой правой ноги, качая головой и фыркая, едва сдерживая ржание. Граф погладил лоб и левую скулу, успокоил лошадь. Затем, повернувшись, подошел к герцогу, поклонился, и искренне поблагодарил за поездку верхом. Герцог склонил голову в ответ, и чуть тронул за локоть Эрлиха, произнес : – Я, право сам впечатлен, давно не испытывал такой прилив юности, и передавайте слова благодарности вашему конюху, марокканка просто чудо, доверчива и отзывчива на команды. Ну а Ваш арабский ворон тоже хорош, искренне завидую, даже мелькнула мысль уговорить вас продать его мне. Но увидел ваше общение-понял, не продадите. Предлагаю пару глотков вина в летней беседке, затем, займемся нашими делами.

Из сопровождавшей свиты, пулей метнулись трое слуг, и, спустя пару минут, гордым

арьергардом замкнули шествие. Первый нёс поднос с ежовыми иглами нарезанных долек бухарских дынь. Следом второй, мерно покачиваясь, словно по волнам, плыл поднос со сверкающей мякотью, сочно-красных дакийских арбузных полумесяцев. На третьем, кафедральным собором высилась бутыль из темно-фиолетового византийского стекла, окруженная гроздьями изумрудного винограда и фруктами. В беседке они встретили герцогиню, окруженную служанками. На коленях изящная плетеная корзинка, в которой, словно птичьи яйца в гнезде покоились разноцветные клубки шерстяных нитей. В руках спицы, она что то вязала. Завидев герцога, отложила вязание и корзинку, приподнялась, и замерла в неглубоком реверансе. Герцог устремился к ней. Граф, остановившись, снял шляпу, и поклонившись, проследовал во след герцога, который, уже находился в беседке, и крепко обняв супругу, одарил её поцелуем. Спустя минут десять, герцог, отпил очередной глоток вина из кубка. Виноградина сверкнула изумрудом, покинула гроздь и исчезла во рту. Затем, промокнув краем салфетки губы, гусарским жестом расправил усы, встал, и поцеловав руку герцогине, произнес : – Дорогая, вверяю Вам нашего гостя, я вынужден оставить сие райское место, и Вашу компанию. Отлучусь буквально на мгновение, по весьма важному делу.

Подмигнув графу, который учтиво привстал с кресла, герцог удалился в сопровождении управляющего дворецкого.

Покончив с рутиной, дел по замку, герцог заглянул в склеп, отдал распоряжение поместить Эльзу в соседней келье, Обратился к адъютанту встать на караул в дверях, и ждать распоряжений. И вернулся к беседке. Обратился к супруге : – Дорогая, к обеду ожидается прибытие епископа, отца Бартоломео, дабы освятить наш фамильный склеп. И ещё, прошу Вас, ни слова о злоключениях нашей бедной Эльзы, Пусть пока она побудет в западной келье.

Эрлих внимательно следил за герцогом и отметил какую то недосказанность в его словах, да и выражение задумчивой печали, может тревоги отражались на лице.

Затем герцог опустил голову, разглядывая башмаки, тихо произнес : – Прибыл посыльный из парламента, там сегодня выступал посол Англии с обращением сквайра палаты лордов сэра Джона Биккера. Две вести дошли от берегов Испании до Англии. Одна о великой победе английской короны в морском сражении при Трафальгаре, закочившееся полным разгромом испанских кораблей. К чести нашей страны, в этой баталии принял участие и наш, голландский фрегат "Сирена" под командованием капитана Ван де Брюгге, который отправил на морское дно два испанских брига. (с XVII века Англия и королевство Нидерландов подписали военный союз). Эрлих лично был знаком с графом Дитером Ван де Брюгге, и по сему искренне был рад, и даже немного испытал зависть.

Граф Эрлих Фон Штольц преподавал будущим капитанам основы навигации, картографию и прочие морские хитрости, в морской академии флота (считалась самой лучшей из морских школ в Европе на протяжении более двухсот лет) .

Девятнадцатилетний Дитер поступил слушателем в академию, где и подружился с Эрлихом, который был старше на год своего ученика. Через год Дитер, обретя погоны лейтенанта вышел в свой первый морской рейд. Спустя два года двадцатидвухлетний капитан фрегата ,,Сирена,, Ван де Брюгге стал героем Трафальгарской баталии.

Герцог немного помолчав, продолжил, подняв взгляд на графа, :– Вторая весть увы, весьма прискорбна, и она особенно горше для Вас, из всех присутствующих.

Граф внутренне сжался, словно готовясь отразить удар, тревожно произнес : – Говорите же герцог, умоляю, что стряслось?

Шатоньи сделал глоток вина из кубка, прокашлялся и сказал : – памятуя граф, Вашу особую привязанность и обожание к данному человеку, признаюсь, я сам всецело восхищен и его подвигами и великими свершениями, в том сражении у мыса Трафальгар был смертельно ранен ваш кумир, вице-адмирал Горацио Нельсон! Искренне скорблю вместе с Вами и всей Англией. Эрлиха волной окатил жар, затем леденящий холодок пробежал по позвоночнику. Он попытался проглотить ком, который внезапно иссушил гортань, откинулся на спинку плетеного стула, прислонив кулак ко рту, до боли сжал его зубами, из глаз потекли слезы, то ли от боли, то ли от горечи утраты. Встревоженная герцогиня тут же подала Эрлиху фужер воды, погладила вихрастый чуб графа. Дождавшись пока Эрлих в три жадных глотка выпил воды, приняла пустой фужер обратно, по-матерински поцеловала его в лоб, вытерла слезы платком, обрамленным вязью кружев, произнесла : -Ну, право, полноте Вам милый Эрлих, не пугайте меня больше, слышите? Не смейте! И сунула в руку графа свой платок.

Эрлих не спеша, вытер пот со лба, ловя чарующий аромат, исходивший от предмета женского туалета. Неловко поднялся со стула и поклонившись, поблагодарил герцогиню, платок переложил в начале в левую руку, затем в правую, совершенно не зная, как с ним поступить.

Дева Мария, да у Вас кровь! – С тревогой воскликнула герцогиня, приблизившись к графу взяла из его рук платок и перевязала им правую ладонь. – Господи, позовите лекаря скорее. Граф виновато и смущенно смотрел то на герцогиню, то на герцога, который поставив на столик кубок,

приблизившись, просто обнял графа, похлопывая по спине, затем отстранившись, изрек : – Держитесь граф, держитесь, дорогой Эрлих. Прибытие в Англию траурной каравеллы с телом вице-адмирала ожидается через месяц. По воле королевы, величайший флотоводец, герой английской короны, будет захоронен в соборе Святого Павла.

Далее наступила тишина. Эрлих буквально ощущал её липкое и тягучее давление на плечи и ватные ноги, он бесцельно скользил взглядом по ажурным колоннам, которые обвивали змеиные, извивающиеся стебли виноградной лозы, укрывающие тенью своей листвы, обитателей беседки от безжалостно палящего солнца. Граф пытался привести мысли в упорядоченное течение. Но тщетно..земля выбита из под ног..-Как же так? Стучало набатом в висках. – Нельсона больше нет…какая утрата. Граф, едва расслышал откуда то из далека голос лекаря, он что то спрашивал, то и дело кланяясь. Эрлих не слышал, а скорее догадался, и протянул лекарю правую руку, на которой белым вымпелом красовался платок герцогини. Лекарь сняв платок, изумленно воскликнул. -Святые угодники, кто Вас укусил граф? Промокнул сочившуюся кровь, стал обрабатывать мазями руку . – Да, раны уж больно глубоки. (бормотал он себе под нос)Герцог,сидевший рядом с супругой, держал ее руку с своих ладонях, смотрел на действия лекаря, и хранил молчание.

Эрлих не отвечал, он был далеко. Теперь он ясно видел, как смерть буквально подкрадывалась к вице-адмиралу, тихонько, словно растягивала и смаковала удовольствие от своей неспешной неотвратимости… Гондурас 1780 г.-лейтенант Нельсон подхватил тяжелую форму дизентерии,от которой чуть не погиб, вынужден был вернуться

в Англию на лечение, поправился лишь спустя 3 года. Корсика 1794 г. получивший титул виконта, Нельсон при осаде испанской крепости на острове Кальве был ранен-потерял правый глаз.

Остров Тенериф тот же 1794 г.– Вице-адмирал Нельсон при захвате порта Санта-Крус опять получил ранение и потерял правую руку.

Мыс Трафальгар 1805 г. третий удар стал фатальным – смертельная рана навеки упокоила великого человека, отдавшего себя без остатка служению английской короне.

Голос…звучит знакомо…кто то звал Эрлиха из пустоты.

Герцог уже дважды произнес имя графа, и наконец, подойдя ближе, потряс за плечо : – Эрлих, очнитесь.

Герцогиня, набрав в рот воды брызнула в лицо графу, радуга заискрилась в беседке, сверкая в мельчайших капельках, повисших в воздухе.

Эрлих непонимающе посмотрел на чету Шатоньи, затем приподнявшись, поклонился, и сказал: -Прошу Вас покорно, прощения, задумался, как мальчишка.

Герцог хлопнул его по плечу, улыбаясь :– И право граф, как есть мальчишка, лекарь требует поместить Вас в прохладу, эта полуденная жара не способствует бодрости духа. Немедленно идем в мой кабинет-там и прохлада и незаконченное обсуждение деталей нашей затеи.