Геннадий Прашкевич – Пятый сон Веры Павловны (страница 5)
– Почему он тебя всегда раздражает?
Сергей пожал плечами:
– Он не инвалид, мог бы заработать на дешевый портвешок.
– Зарабатывать он не умеет, – согласился Суворов.
И усмехнулся:
– «Я не знаю, о чем были эти длинные предложенья, вырвавшиеся из упавшего с минарета муллы, но как красив был крик его, и движенья, стоившие, в конечном итоге, головы!.».
– А ему платят за такое?
– Всему свое время, – уклонился от прямого ответа Суворов. – Будут платить… Куда он, кстати, потащил мальчишку?
– Он не мальчишка.
– А кто?
– Сволочонок.
– Ну, ладно, пусть сволочонок. Куда?
– Какая разница? – пожал плечами Сергей. – Не пропадут. Если ты захотел встретиться здесь, значит, не спроста. Я угадал?
– Понимаешь, какое дело…
Суворов рассеянно поморгал короткими ресничками.
Три дня назад заехал он к начальнику штаба ГАИ майору Фролову. К Евгению Романовичу, вздохнул он. Ну ты знаешь, к Романычу. Проезжал мимо штаба и вспомнил, что за день до того одному из молодых дорожных инспекторов почему-то сильно не понравился бывший десантник Коля Бабичев, вот инспектор и отнял у него права – за какую-то совершенно непонятную провинность.
Романыча, к сожалению, на месте не оказалось.
Тогда Суворов отправился в одну из фирм, занимающихся ценными бумагами. В тот день он сам сидел за рулем и белую «девятку», на которой почему-то выехал, оставил во внутреннем дворе. Когда минут через двадцать он спустился во двор, правое боковое стекло «девятки» было умело отжато.
– Чего не досчитался?
– Самой обыкновенной спортивной сумки, – сипловато объяснил Суворов. – Ну, еще магнитофон сняли.
– Что находилось в сумке?
– Немного валюты… В долларах – тысяч восемь, еще немного дойчмарок… Ну, какое-то количество экзотичной валюты. Я недавно летал в Европу, оставались гульдены, немного лир…
– Отслеживать экзотичную валюту легче, – согласился Сергей.
– Может быть… Не знаю… – рассеянно кивнул Суворов. – Дело, собственно, в обыкновенной записной книжке. Там в спортивной сумке лежала записная книжка.
– Адреса? Телефоны?
– И адреса, и телефоны, и разные записи. Кстати, абсолютно не интересные для случайного человека. Но для меня важные. Понимаешь? Иногда я заглядываю в необычные места. В заграничные библиотеки, в архивы, в хранилища документов. Короче, Сережа, – удрученно покачал он головой, – были в записной книжке нужные мне записи.
– Думаешь, воров интересовала записная книжка?
– Да что ты, Бог с тобой! Никому она не нужна. Просто оказалась в сумке.
– Подожди пару дней, может еще подбросят.
– Не два, три дня уже прошло.
– Бывает, подбрасывают и через месяц.
– Да нет, я чувствую, не подбросят, – вздохнул Суворов. – «Мы мыслим, следуя природе, говорим, следуя правилам, но действуем всегда по привычке». Разве Бэкон интересует воров?
– Это верно. Их больше интересует бекон.
– Понятно, я сразу позвонил Каляеву. Полковник мне обязан, он сразу выделил двух оперативников. Ну, они составили опись пропавшего, то да се, сам знаешь всю эту бюрократическую муру, я ко всему прочему написал еще заявление, о чем особенно жалею.
– Почему?
– Ты же знаешь нашу милицию, ничего они не найдут.
– Магнитофонов на автомобильном рынке, конечно, хоть пруд пруди, – пожал плечами Сергей, – но экзотичную валюту отследить можно.
Он внимательно посмотрел на Суворова:
– Это все?
Суворов улыбнулся:
– В общем все. Ну, пропал еще флакон дезодоранта. Лежал в бардачке. Я и вспомнил-то о нем только потому, что сам покупал этот дезодорант.
– Теперь все?
– А что, мало?
– По-моему, ты чего-то не договариваешь.
– Да как сказать, – неопределенно повел плечом Суворов. – Ну, пропала сумка и пропала, я готов был уже смириться, но понимаешь… Вчера вечером мне позвонили. По домашнему телефону позвонили. Уверенный такой мужской голос. Спрашиваю, кому обязан, а мне в ответ тщательно перечисляют украденное из машины. Вот, мол, запросто можем вывести вас на воров. Но, естественно, не за просто так, а за определенный процент…
– Ты сообщил о звонке в милицию?
– Нет, конечно.
– Почему?
– Как это почему? – удивился Суворов. – Ты что, главного не понял?
– Чего именно?
– Да главного, главного! – сипловато подчеркнул Суворов. Он всегда начинал сипеть при волнении. – Этот тип позвонил мне
– Домой или в офис, какая разница?
– Ты мой домашний телефон знаешь?
– Конечно.
– Ошибаешься. Ты знаешь телефон моего консьержа или секретаря. А вот номер личного телефона известен немногим. И вдруг какой-то тип, знающий людей, обчистивших машину, звонит мне по телефону, номер которого не может знать по определению.
– Он тебе вроде как помощь предложил?
– За деньги.
– А ты чего хотел?
– Не знаю, – Суворов нервно поддернул полы пиджака. – Почему неизвестный мне человек звонит по телефону, номер которого не может знать?
– Раньше ты вроде не впадал в тревогу от случайных звонков.
– Я не считаю это случайным звонком, – поджал губы Суворов.
– Ну, хорошо. Продолжай. Я чем-то могу помочь?
– Кажется, да.
– Тогда не теряй время.
– Этот тип… Ну, который звонил… Он назначил мне встречу…