Геннадий Логинов – Миниасюры. Антология авангарда (страница 5)
В этот день они тоже, как обычно, играли в нарды. Кости ударились и, отскочив от доски, упали вновь, на этот раз замерев. На поверхности одной из них выпало «шесть», на другой – «пять».
– Шеш-беш, – произнёс Абубакар, вскоре начав передвигать шашки. Время – стояло на месте. Срочных дел не имелось. Кто-то в этот момент тренировался или был занят дежурством, но большинство бойцов из орты нашли занятие по душе: одни читали, другие играли, дремали, вели беседы, прогуливались.
Неподалёку от стола, на широком уютном диване – несколько человек просматривали старый фильм Джона Карпентера «Нечто», снятый на Земле в невообразимо далёком тысяча девятьсот восемьдесят втором году двадцатого века. В фильме рассказывалось о судьбе двух полярных станций – американской и норвежской, обитатели которых столкнулись в арктических льдах с шайтаном.
Это произошло по вине норвежцев, которые сначала обнаружили огромную летающую тарелку, провалившуюся под лёд, а затем – и замороженного пилота, не имеющего своей постоянной формы: вместо этого он заражал и ассимилировал окружающих, делая их частью себя, а затем – получал их знания и способности, возможность использовать их внешность.
Достаточно было одной молекулы, для того чтобы захватить целое тело, подобно тому как одна пагубная мысль может захватить душу, а пагубная идея – державу. Люди не доверяли друг другу, подозревали, видели в каждом возможного врага, и ситуация накалялась.
Конечно же, им было страшно, конечно же, они были слабее, но когда те из них, кому удалось протянуть больше других, поняли, что если они упустят тварь, то она погубит всё живое на планете, – без колебаний приняли решение остановить его даже ценой собственной жизни. На первый взгляд, фильм был нудным, жутким, некрасивым и затянутым, однако же – в нём содержалась и мораль: человек слаб, его тело обречено, но дух должен бороться до последнего; и хотя эта борьба может продолжаться бесконечно и для окончательной победы человеческих сил недостаточно, отступать нельзя. Даже ценой собственной жизни. Банальность, о которой необходимо регулярно напоминать.
Иногда, при определённых обстоятельствах, в душе каждого может проснуться воин: самые заурядные личности порой просто не догадываются, насколько они могут быть сильны.
Могло показаться странным то, что, находясь среди мерзлоты и холода, братья по оружию смотрели фильм про мерзлоту и холод, а не, скажем, про тепло и уют, которых здесь так не доставало, но – так уж им захотелось.
– Пяндж-ду, – произнёс Тахир, составлявший Абубакару кампанию за игровым столом. На костях выпало «пять» и «два».
– Завтра ожидается новый наряд на экспедицию, – передвигая свои коричневые шашки, между делом произнёс он.
– И что с того? – дождавшись завершения его хода, Абубакар взял кости и, хорошенечко встряхнув их, совершил бросок. «Два» и «шесть».
– Шешу-ду, – произнёс он, взявшись за белые.
– Хотя сейчас и не моя очередь, собираюсь записаться добровольцем. Всё равно – хоть какое-то разнообразие, – тем временем ответил Тахир. – Эти стены просто действуют на меня угнетающе. Когда я занят делом, меньше лишних мыслей приходит в голову, время летит быстрее.
Абубакар промолчал, наблюдая, как он берёт игральные кости снова. Наряды на экспедицию включали в себя довольно длительное пребывание вне нашей базы со сравнительно широким спектром задач. Довольно рискованно, довольно сложно, но для специально обученных людей – привычно. В составе группы будут инженеры, учёные – опять же, из числа янычар; и для подстраховки им могут понадобиться различного рода помощники и сопровождающие, как того велит инструкция: водители, техники, специалисты по связи и так далее.
Приходится передвигаться в специальном транспорте, пока производят различные замеры и прочие исследовательские работы, выходить на лютый мороз в гермодоспехе, без которого любой человек в считанные секунды превратился бы в окоченевший труп, останавливаться в специально отведённых перевалочных пунктах – небольших станциях, где производится дозаправка, осуществляется связь с основной базой, ремонт, проверка оборудования.
С другой стороны – для многих полноценный отдых включает в себя смену деятельности, потому как первое время в экспедиции после рутины на базе, как и первое время на базе после экспедиции – ты чувствуешь себя каким-то иным: обновлённым, свежим, вырвавшимся из череды привычного.
– Шеши-ду, – объявил Тахир, когда кости остановились после падения и удара, продемонстрировав «шесть» и «два». – Ну, так что, составишь мне компанию?
Не имея определённого желания, Абубакар пожал плечами:
– Пока не знаю. Там видно будет.
Сигнал, вызывающий на построение, прозвучал неожиданно, опережая время поверки. В последнее время – подобное происходило редко и, стало быть, янычар ожидало какое-то безотлагательно срочное объявление.
– Кхм, – дождавшись, пока янычары пробегут мимо, человек в цилиндре осторожно прошёл через зал. – Канатоходцы, янычары, монстры в детском шкафу… Что за бардак в голове у этого автора? А вообще интересно. Если, совершая намаз, на Земле они должны обращаться к Мекке, то как быть в космосе? Обращаться к Земле? А если они находятся вне Солнечной Системы? Значит, искать среди звёзд Солнце…
Как бы там ни было, оставаться здесь и дальше казалось небезопасным.
Глава 12: Клуб фантастов
Сначала был свет. Яркий, как первозданная чистота. В этот короткий миг – мир снова обрёл свои насыщенные краски, тотчас же вновь погрузившиеся под ночную вуаль. А вскоре раздался раскат. Небеса более не сдерживали свой гнев. Пророкотав от края до края звёзд, они разразились безудержным рыданием.
Всадник в чёрной треуголке вознёс к небу сокрытое белоснежной баутой лицо, незримо улыбнувшись этому неожиданному ливню.
В этот знойный четверг – остужающие струи стоили вымокшего плаща.
Ударив шпорами кибермула, мужчина, не в пример своей обычной солидности, с юношеским озорством понёсся во весь галоп.
Его искусственный скакун – точная имитация животного – не знал усталости, беспрекословно выполняя приказы своего таинственного владельца просто с полумысли.
И это вовсе не было красивой игрой слов: встроенная пара аугментаций (мыслепередатчик-мыслеприёмник) позволяла седоку отдавать молчаливые приказы. В случае необходимости – даже на расстоянии и без прямой видимости.
Разумеется, подобная экстравагантная роскошь требовала немалых средств, в то время как странник мог позволить себе более комфортабельное и быстрое средство передвижения: к примеру, какой-нибудь грависедан.
Но, тем не менее, что есть тайное общество без древней истории, таинств и ритуалов, символизма и аллегорий, традиций и обрядов! Оно сделалось бы подобным грубой железке, которая тоже может быть оружием в умелых (и не очень) руках, однако же – перекованная в боевую рапиру, обладающая эфесом, гардой, насечками, ножнами и перевязью – она не только лучше подходила бы для воинского ремесла, но и подчёркивала бы особый статус владельца.
Рыцарь Кадош, почётный командор Востока и Запада, кавалер Ордена Рыцарей-Масонов Защитников Человечества, прекрасно осознавал значимость подобных нюансов.
Разумеется, ландмарки ландмарками, но время, место и обстоятельства вносили свои коррективы в уклад жизни братства вольных каменщиков.
К примеру, если в ранние времена в масонство не принимали евреев, то позднее выражение «жидомасон» просто укоренилось у всех на слуху; если ранее в масонство не принимали женщин – то в последние века некоторые из представительниц прекрасного пола даже бывали удостоены почётного тридцать третьего градуса «Державного Верховного Генерального Инспектора», что в свете обилия в современном масонстве существ, вообще не принадлежащих к человеческому виду, не выглядело чем-либо из ряда вон выходящим. Чего уж там – в ряды масонов затесались даже искусственные интеллекты, так называемые «кибермасоны».
От традиций обязательной принадлежности к монотеистическому вероисповеданию давно отошли многие Великие Ложи, и теперь в их рядах находилось немало светских гуманистов, которые, даже будучи атеистами, агностиками, либо придерживаясь нетрадиционных воззрений, при этом были едины в своей верности принципам и идеалам сообщества: прагматичным и далёким от религии или эзотерической мистики.
Равно как давно не существовало и лицемерных утверждений об аполитичности масонства: начиная с периода войны колоний с Землёй, когда Великая Ложа Марса сыграла особую роль в освобождении миров от власти метрополии, влияние масонства сделалось наиболее явным, чем когда-либо. После чего при создании Альянса Человечества Марс сохранил за собой ведущее положение, а Марсианский Устав – широкое признание, став впоследствии Древним Принятым Марсианским Уставом, поддержанным большинством Великих Лож, включая Великую Ложу Земли.
Масоны основали межпланетную ассамблею, поделённую на две палаты с председательствующим Генеральным Инспектором во главе, который при этом совершенно не обязательно должен был принадлежать к политическому большинству.
В состав верховной палаты, представляющей собой Высший Совет, входили президенты, монархи, бургграфы, генерал-губернаторы, религиозные лидеры и прочие фактические правители миров, входящих в состав Альянса Человечества; в то время как нижнюю палату, представлявшую собой Исполнительный Комитет, составляли региональные руководители единых общественно-политических и военных структур Альянса, таких, как Военная Жандармерия Альянса Человечества или Экспедиционный Корпус Института Объединённых Планетарных Исследований.