Геннадий Кучерков – Синий конверт, или Немцы разные бывают (страница 25)
Георгий отдал должное найденному выходу из патовой ситуации, но не упустил случая немного поиронизировать над другом:
— Ну, ты, брат, силен! Я, конечно, догадывался, что Алгоритм способен на многое. Но здесь ты превзошёл все мои ожидания, — с немного насмешливой улыбкой говорил он Виталию. — Да, тебе цены бы не было в наших структурах, — пошутил он под конец. — Генерировать неожиданные решения, выкручиваться из безвыходных ситуаций не каждому дано даже у нас.
Георгий неожиданно для самого себя обрадовался продолжению, этой, как он уже привычно ее называл, «затеи Алгоритма». Он тоже с некоторых пор стал испытывать к Виталию чувство товарищеской симпатии и солидарности.
Виталию было приятно слышать мнение Жоры о нем, и он не стал распространяться о роли Тестя в этом его успехе. Он обрадовался предложению Георгия сопровождать его в последующих действиях. Они обсудили некоторые их детали, выразили надежду, что уложатся в отпускное время Георгия, заказали ещё эля и, как говорится, «хорошо посидели» до закрытия Бара.
Оговорённые в Вене документы, были доставлены Виталию в среду. К ним было приложено письмо Арнольда, в котором он просил, чтобы встреча с Екатериной Заикиной быть записана на видео или кинокамеру. Она же должна расписаться на прилагаемом бланке в получении запечатанного конверта в целости и сохранности.
В тот же вечер Виталий ознакомил с бумагами и письмом Тестя, попросившего подъехать с ними к нему домой. Тесть нашёл документы серьёзными с бюрократической точки зрения и по содержанию вполне убедительными. С позиции старого «служаки», как он сам о себе отозвался, он не видел препон для принятия их в госорганах для исполнения просьбы известной зарубежной адвокатской конторы.
Тесть пообещал Виталию завтра же сообщить, куда ему надо будет подъехать.
— Я тут пообщался кое с кем в МВД, пока ты ездил, — сказал он. — Где-то там, в недрах Центрального аппарате, есть УОБГЗ — Управление по обеспечению безопасности лиц, подлежащих госзащите. Такие подразделения могут быть и в других силовых структурах. Но там занимаются свидетелями по делам, связанным, в основном, с оружием, наркотиками и прочей дрянью. Так что, сначала тебе в МВД, а там тебя сориентируют.
Виталий отправился в Управление обеспечения безопасности и защиты свидетелей во вторник. Так ему посоветовал Тесть. Молодой человек, горевший нетерпением поскорее закончить дело и собиравшийся приступить к нему уже с понедельника, удивился. Тесть, давно идущий, по его словам, "по большой бюрократической тропе", объяснил Виталию почему в понедельник лучше не обращаться в государственные органы.
— Понедельник тяжёлый день для управленцев, ибо идёт сразу за выходными. Сам знаешь, какими мы бываем порой в этот день, — сказал он с усмешкой. А с другой стороны, по закону подлости в выходные дни сплошь и рядом происходят события, которые часто требуют оперативного разбирательства уже в понедельник. Особенно это относится к силовым структурам. Одним словом, в понедельник, может статься, им будет просто не до тебя, — подытожил он.
Но им было не до Виталия и во вторник. Пройдя череду дежурных, секретарей и помощников, он добрался, наконец, до заместителя начальника Управления. Тот его выслушал, просмотрел его «верительные грамоты» от адвокатской конторы, сказал, что вопрос решаемый, но не сейчас. Есть обстоятельства, которые не позволяют пока организовать его встречу с Екатериной Заикиной. Сроки неопределённые.
— Мы сами позвоним. Нам звонить не надо, — закончил Заместитель, поднимаясь и провожая Виталия до двери.
Действительно, Управление было сейчас очень занято. В определённом смысле, оно просто гудело совещаниями, вызовами на ковёр, распеканиями, угрозами наказания и т. п. Случилось то, чего боялись, чего не должны были допустить и чего давно в этом ведомстве не случалось. Исчезла подопечная Управления К.Г. Вильзен. Исчезла без следа. То ли сама куда-то скрылась, то ли была похищена. Никто из ее соседей по дому ничего не видел и не слышал. Старушка, которая несколько дней назад прогуливалась с Калерией Германовной в сквере и оказалась последней, кто ее видел, тоже ничего сказать не смогла, кроме того, что после прощания Калерия пошла к северному выходу, а она сама — в противоположную сторону.
Квартира Калерии была закрыта, следов взлома на двери обнаружено не было, в самой квартире все было в порядке. Там был свежий воздух, форточки открыты. На кухне в мусорном ведре обнаружили нарезанные овощи, видимо, для салата. Хорошие овощи, но почему-то в мусорном ведре. По их скукоженному, заветренному и вялому виду определили, что из них пытались готовить несколько дней назад. Но почему-то хорошие продукты выбросили. Может быть, это сделала хозяйка квартиры, вынужденная покинуть ее в спешке? Или это сделали похитители, зачищая свои следы?
Навели тайно справки, не появлялась ли Калерия Германовна у дочери. Нет, не появлялась. Ни в одной кассе общественного транспорта Калерия следов не оставила. Также, как и в полицейских сводках, больницах и моргах. Сотрудничающие с органами криминальные элементы, какими-либо сведениями поделиться не смогли.
Были веские основания полагать, что Калерия Вильзен была похищена. И проделано это было на высоком профессиональном уровне. Похитители не оставили абсолютно никаких следов.
Если это похищение, то в том, что за этим стоит Начальник охраны Банкира, почти никто не сомневался. По оперативным сведениям, он должен был сделать подарок Банкиру ко дню выхода того на свободу по УДО, чтобы тот лично с ней расправился. Но условно-досрочного освобождения не произошло. Тогда зачем было совершать похищение? Чтобы убить? Но почему не убили в квартире?
Кто-то из оперативников старшего поколения, с опытом девяностых годов, высказал такое предположение. Коль скоро Банкир утратил надежду когда-либо лично добраться до Заикиной, он мог доверить это подручным, потребовав заснять расправу на видео. В квартире осуществить мучительное зверство проблематично, вот и вывезли женщину куда-то в глухое место.
Кто-то, из досконально изучивших досье Начальника охраны, в том числе отзывы о нем тех сотрудников органов, кто знал его по совместной службе, засомневался в том, что тот допустит мучительные истязания женщины.
— Нет, это не его стиль, он на это не пойдёт. Он убийца, но не мучитель. У него голова — дом советов. Он задумал что-то другое, — возразил он оперативнику-ветерану.
— У него сейчас в голове может быть только одна мысль: как выбраться из России, — сказал, обобщая сказанное, начальник оперативного отдела. — Страшно рискуя, он приехал к освобождению Банкира, а того не выпустили. Что ему теперь остаётся? Возвращаться назад в Европу. И его «дом советов» должен думать о страховке на случай, если на границе его прихватят. А какая может быть лучшая страховка для него? Заложница. Она нужна ему живой и таковой будет оставаться, пока он в стране. Наша задача? Искать место, где он ее прячет. И ведь можем и не найти. Если мы возьмём его, он начнёт торговаться и мы, хочешь — не хочешь, выпустим его, ради сохранения ее жизни. Так что, все силы на выездные ворота России: аэропорты, вокзалы, пропускные пункты и т. п. и транспортные кассы. Возьмём его — спасём женщину.
Калерия Германовна обычно возвращалась с прогулки часам к одиннадцати, до наступления дневного пекла. Так было и этот раз и она уже начала подготовку к приготовлению обеда, когда услышала шум на лестничной площадке. В дверной глазок она увидела у дверей квартиры напротив трех мужчин и большую вертикально стоящую коробку, в каких обычно доставляют из магазинов новые холодильники.
— Обновка у соседей, что ли? — подумала она и вернулась на кухню. Но через минуту раздался звонок у двери. Она снова выглянула в глазок. У двери стоял солидный мужчина с усами и с бумагами в руках. Типичный бригадир грузчиков.
— Что вам нужно? — спросила Калерия Германовна
— Извините, — прокричал мужчина, — мы привезли заказ, холодильник вашим соседям в 32-ю квартиру, но не можем дозвониться. Может звонок не работает или их нет дома, вы не знаете? Мы с ними договаривались, но немножко опоздали. Пробки сегодня большие.
Калерия Германовна подумала, что соседи, наверно, не дождались своего заказа и ушли на работу. Собираясь сообщить грузчикам рабочий номер телефона соседки, она совершенно автоматически сбросила цепочку и открыла дверь. Но ничего не успела сказать. Большая нечистая рука усатого грузчика запечатала ей рот. Ее втащили в квартиру, липким скотчем залепили рот, посадили на стул. Ошеломлённая происходящим, Калерия Германовна успела с ужасом подумать, что сейчас ее привяжут к стулу и будут пытать, когда один из мужчин поднял ей левую руку и перетянул жгутом выше локтя. Откуда-то взявшаяся девушка в мини-юбке ловко ввела ей иглу в вену, а затем залепила место укола лейкопластырем. Теряя сознание, женщина успела заметить, как в квартиру втащили и открыли картонную коробку из-под холодильника. Она оказалась пустой.
Калерия Германовна уже не видела, как другой мужчина сгрёб в целлофановый пакет лекарства с ее тумбочки у кровати, прошёл на кухню, выключил электрический чайник и газовую конфорку. Открыл форточку. В последний момент зачем-то сбросил в мусорное ведро овощи, приготовленные ею для салата.