Геннадий Красухин – Мои литературные святцы. квартал 2 (страница 10)

А настоящую первую книгу стихов «Тексты» издал в США в 1978 году. После перестройки издал в России ещё 3 книги стихов. И книгу прозы «Если Бог пошлёт мне читателей» (2000), за которую автор награждён премией Сергея Довлатова.

Но он не бедствовал. Постоянно писал стихи для детей и детских театров. Написал стихи к либретто «Волшебник страны Оз», к либретто по книге Корчака о короле Матиуше. Много переводил для дубляжа фильмов.

Умер Владимир Иосифович 14 апреля 2007 года. Родился 22 января 1937-го.

15 апреля

Пожалуй, первым поэтом Серебряного века, которого я прочитал в Ленинке (конец 50-х годов) много, много списал в тетрадку и многое выучил наизусть, был Николай Степанович Гумилёв (родился 15 апреля 1886 года).

Одно время это был мой любимый поэт.

Уже по стихам было видно, что он – большой любитель путешествий. Мне поначалу Гумилёв показался близким Киплингу с его воспеванием суровых боевых буден, с его отношением, так сказать, белого человека к миру.

«Господин президент, ваш слуга!» — Вы с поклоном промолвите быстро. Но взгляните: черней сапога Господин президент и министры. «Вы сегодня бледней, чем всегда!» — Позабывшись, вы скажете даме, И что дама ответит тогда Догадайтесь, пожалуйста, сами.

Или о добродушном вожде племени – хорошо отнёсшемуся к поэту – «жирном негре»:

Я бельгийский ему подарил пистолет И портрет моего государя.

Или – и вовсе. Из стихотворения «Либерия»:

Европеец один уверял, Президентом за что-то обижен, Что большой шимпанзе потерял Путь назад средь окраинных хижин. Он не струсил и, пёстрым платком Скрыв стыдливо живот волосатый, В президентский отправился дом, Президент отлучился куда-то. Там размахивал палкой своей, Бил посуду, шатался, как пьяный, И, неузнана целых пять дней, Управляла страной обезьяна

Я с детства обожавший гитару, готов был предать и её, читая чеканные строки Гумилёва:

Да, я знаю, я вам не пара, Я пришел из другой страны, И мне нравится не гитара, А дикарский напев зурны

Хотя не «дикарский напев зурны» мне нравился, а то, как величественно он подан в стихотворении Гумилёва.

Значительно позже я узнал его биографию. И зауважал не за придуманную в стихах, а за самую что ни на есть настоящую храбрость.

В Первую Мировую он был вольноопределяющимся в Лейб-гвардии Уланском полку. За ночную разведку перед первым же сражением в Польше он был награждён знаком отличия Георгиевского креста 4-й степени и повышен в звании до ефрейтора. А ещё через несколько дней он был произведён в унтер-офицеры.

В 1915-м он воевал в Западной Украине. Здесь получил новый знак отличия Георгиевского креста.

И в третий раз он получил знак отличия Георгиевского креста 3-й степени в том же 1915 году. Произведён в прапорщики.

В 1917-м он воюет в Европе: в Англии, во Франции, где проходил службу в качестве адъютанта при комиссаре Временного правительства.

10 апреля 1918 года Гумилёв уезжает в Советскую Россию. Отговаривающим его от этого шага друзьям он отвечает: «Я думаю, что большевики не опаснее львов». А львов Гумилёв насмотрелся в двух своих обширных поездках по Африке. На львов он охотился. Знал их повадки.

Но он не знал повадок большевиков. И потому оказался не прав.

Он пытался быть абсолютно честным и в большевистской России. Был верен своему девизу: всегда говорить только правду. Поэтому на записку «каковы ваши политические убеждения?», переданную ему из зала на одном из поэтических вечеров, ответил: «Я – убеждённый монархист».

Его арестовали в 1921-м по подозрению в участии в заговоре «Петроградской военной организации В. Н. Таганцева». Друзья хлопотали за него. М. Лозинский и Н. Оцуп всё делали, чтобы выручить поэта. Говорили, что Горький пытается по этому поводу связаться с Лениным. Но всё было напрасно. 24 августа 1921 года он был расстрелян. Ему было 35 лет.

Есть у него стихотворение «Рабочий». Считается, что в нём он предсказал свою смерть. Хотя написано оно было ещё до большевистского переворота – в 1916 году:

Он стоит пред раскалённым горном, Невысокий старый человек. Взгляд спокойный кажется покорным От миганья красноватых век. Все товарищи его заснули, Только он один ещё не спит: Всё он занят отливаньем пули, Что меня с землёю разлучит. Кончил, и глаза повеселели. Возвращается. Блестит луна. Дома ждёт его в большой постели Сонная и тёплая жена. Пуля, им отлитая, просвищет Над седою, вспененной Двиной, Пуля, им отлитая, отыщет Грудь мою, она пришла за мной. Упаду, смертельно затоскую, Прошлое увижу наяву,