Геннадий Климов – Концерт на краю (страница 17)

Время шло, толпа постепенно рассасывалась. Снова вышла женщина и обратилась к Геннадию по-испански:

– К сожалению, я не говорю по-испански, – ответил робко уже заученной фразой.

– Говорите по-английски? – перешла она на другой язык.

– Да, – обрадовался он.

– Вы откуда?

– Я русский.

– Хорошо, у нас есть переводчик. Заходите.

В огромном помещении, по размерам сравнимом со спортивным залом, середины которого едва достигал солнечный свет, а висевшие над беспорядочно стоящими столами лампы создавали впечатление цеха трикотажной фабрики, сидели люди. Никто ни на кого не обращал ни малейшего внимания, каждый был поглощён лишь своими проблемами: кто-то покусывал ногти, кто-то плакал, то и дело срываясь в истерику, кто-то просто молчал, уткнувшись в одну точку.

Их принял адвокат. Рядом с ним сидела девушка и, внимая каждому слову, пыталась переводить как можно ближе к тексту. Выслушав историю Геннадия, он покряхтел и с неуверенностью в голосе произнёс:

– Мы вас запишем на прием. Изложите, пожалуйста всё, что вы рассказали на бумаге, а дальше посмотрим.

*******

Сергей с сыном ждали на улице.

– Ну что? – спросил он, едва Геннадий показался в дверях.

– Нас выслушали, записали на прием. Сказали, описать всё на бумаге. Приятные люди, как оказалось, – он добродушно улыбнулся. – А вы тут какими судьбами?

– Давай сядем на террасу и поговорим спокойно.

Они присели за столик у ближайшего кафе. Десятилетний сын Сергея сидел молча. Диана взгромоздилась на металлический стул и, взяв со стола салфетку, увлечённо пыталась сваять из неё какую-то фигурку.

– Я не могу тебе сейчас рассказать, – он опустил голову, закрыв ладонями лицо.

– Ладно, – взволнованно ответил Геннадий.

Сергей продолжал сидеть в той же позе.

– Да, не сейчас… Извини, не хочу снова вспоминать то, что нас заставило уехать из родного города.

Немного помолчав, Сергей поднял голову и резко сменил тему:

– А вы с чем сюда пришли? Откуда вы?

Пока Геннадий рассказывал о трагедии своей жизни, Сергей не проронил ни слова. Потом, подумав немного, сказал:

– Боюсь, статус беженства вы не получите?

– Почему так думаешь?

– Знаю точно, по каким критериям определяют беженцев. Ваша история не под один не подходит. Но, я могу ошибаться. Не расстраивайтесь раньше времени.

Они ещё долго общались. Потом, обменявшись номерами мобильных, разошлись.

*******

После очередного приема, Геннадий с дочкой ещё неделю ездили по разным инстанциям. В конце концов, документы были приняты и их определили на три месяца в хостел с трехразовым питанием. По соседству вселился Сергей с сыном. Очень быстро приятели стали друзьями и проводили много времени вместе. В принципе, и делать-то было нечего, но уже через месяц карман был пуст, а деньги на мелкие расходы были нужны. Геннадий всё больше осознавал величину ответственности, которую возложил на себя в качестве отца-одиночки.

У мамы просить денег не хотелось, он ведь фактически оставил бизнес. Она, конечно же, не задумываясь помогла бы, да он не рассказывал о текущих проблемах, всячески вуалируя ситуацию. Пришлось просить у Виталика. Он, как всегда, выручил.

Но, было ясно, что пояса придётся затянуть надолго.

*******

Очень скоро похолодало, но в целях экономии, отопление в хостеле не включали. Несмотря на многочисленные мольбы беженцев, хозяин «приюта» под любыми предлогами оттягивал отопительный сезон, хотя оплату от государства получал регулярно.

Тонкие, в полкирпича стены, были не способны сохранять тепло дня. По ночам дубарь был такой, что Геннадий проклинал день, когда согласился на эту авантюру. Холод бережно укутывал всё, пронизывая до кости. Казалось, он уже исходил изнутри тебя, из сердца.

Одно его беспокоило: как бы Дианка не заболела. Каждый вечер он рассказывал ей сказку, потом тихо напевал её любимую колыбельную. Она засыпала, а он ещё долго сидел подле неё, гладя её густые волосы.

*******

– Почему бы тебе не попробовать поиграть в метро, – спросил однажды Сергей. – Ты прекрасно владеешь гитарой. Помнишь, мы видели гитариста в прошлый раз на станции Кватро Каминос?

– Серега, ты извини, но я никогда до этого не опущусь, – произнёс он с презрением. Сказанные им слова вдруг насторожили его. Но, он тут же отмахнулся от скверных мыслей.

– Почему? – удивился Сергей. – А как же «Бременские музыканты?» – добавил он шутливо, – ничего в этом позорного нет.

– Ну, это как-то не для меня, – сказал не совсем уверенно.

– И всё же, подумай над этим. Усилитель ты купил раньше, гитара есть, аккумулятор попросим у соседа.

– Да мне стыдно! – возмущение захлестнуло. – Я никогда не просил милостыню!

– Какая же это милостыня? – удивился друг. – Ты музицируешь, те, кому нравится, платят тебе за это. Я бы это не назвал «милостыней». Скорее – работа.

– Ну, не знаю, – Геннадий немного смягчился, – подумаю, но я не представляю себя в этом амплуа.

– Давай я тебя поддержу. Сходим вместе. Ты будешь играть, а я сяду рядом и буду слушать.

– Ну, разве что так. Ладно, подумаю.

*******

Следующим вечером, взгромоздив на тележку одолженный у соседа автомобильный аккумулятор, а поверх огромный гитарный комбик, они с Сергеем и Дианой отправились к ближайшей станции метро.

На Кватро Каминос музыкантов не было. Геннадий медленно разложил аппарат, подключил гитару и сел на раскладной стульчик, что Сергей выпросил у кого-то из соседей.

– Как же стыдно. Хорошо, что меня не видит моя мама.

– Думаю, это не хуже, чем оказаться без денег на улице однажды, – Сергей грозно посмотрел на друга, – начинай. Я рядом, ничего не бойся. Мы тебя с Дианой поддержим. Правда, Дианка? – он улыбнулся.

Дочка одобрительно кивнула.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.