Геннадий Ищенко – Выброшенный в другой мир. Книга первая (страница 40)

– Сколько у нас людей ушло за помощью?

– Пятнадцать групп, не считая тех, кого вы направили на север. Это около трёхсот человек. Дня за три должны собраться, и больше уже не стану никого посылать. Ближние оповещены, а посылать к дальним нет смысла: они не успеют добраться. Нам бы превратить в подобие войска тех, кого уже собрали.

– Золото ещё есть?

– Золото доставили из городов, куда ездили с вербовкой, да и столичное мы израсходовали только наполовину. А почему вы спрашиваете?

– Его нужно вывезти из города перед сражением и хорошо спрятать. Если проиграем, оно не должно попасть в руки Мартину.

– Ваша светлость! – заглянул в кабинет секретарь. – В приёмной солдаты, которые привезли пленного.

– Какого пленного? – удивился Сергей. – Скажи, пусть заходят.

– Милорд! – обратился к нему вошедший первым офицер. – Я командовал разъездом на восточном тракте. Три свечи назад мы увидели всадников, которые ехали в сторону города. По нашивкам это солдаты Мартина. Они отказались сдать оружие и ехать под конвоем, и мы были вынуждены применить силу. Трое из них убиты, а восемь человек захвачены в плен. Сюда доставили офицера.

– Спасибо за отлично проделанную работу! – поблагодарил Сергей. – Давайте его сюда.

Двое солдат ввели офицера со связанными руками и большим синяком под левым глазом.

– Я так и знал, что это ваша работа! – увидев Джока, с яростью сказал пленный. – Так действуют только разбойники! Извольте поступать, как это положено с пленным и дворянином!

– Как вы думаете, ваша светлость, – лениво сказал Джок, не глядя на офицера. – Нам его сразу повесить, или сначала допросить?

– А для чего нам тратить время, которого и так немного, – поддержал его игру Сергей. – Моим указам они объявлены мятежниками, поэтому отдадим его палачу, а уж он пусть сам выбирает, вешать его или проще отрубить голову.

– Как это вешать? – побледнел пленный. – Благородного дворянина?!

– За шею, – любезно объяснил Сергей, – и не благородного дворянина, а подлого мятежника, человека, который предал своего герцога, короля и народ. Но может, пойдём навстречу молодому человеку и отрубим ему голову? Всё равно виселиц не хватит на всех.

– Вы это серьёзно? – не поверил офицер. – Герцог будет...

– Послушайте, милейший, – холодно сказал Сергей, – вы идиот? Неужели думали, что будете верой и правдой служить человеку, пошедшему против воли короля и позвавшему врага на родную землю, и к вам отнесутся по-благородному? Тот, кого вы зовёте герцогом, не только не герцог, он уже даже не граф, а те, кто не покинет его до конца месяца, будут повешены, а их семьи выгнаны из имений. Всё ещё не понятно? Я новый герцог, назначенный королём вместо подло убитого вами Олиманта.

– Ваша светлость! – на лице пленного офицера не было ни кровинки. – Кто же знал?!

– Я могу допустить, что вы не видели моего указа, – сказал ему Сергей. – Могу даже принять ваше незнание того, что Мартин обратился за помощью к Мехалу. Но голова у вас на плечах пока есть! Вы могли ею подумать? Герцогство не баронство и даже не графство! Это там можно зарезать родного брата, занять его место и никто не скажет ни слова против. А герцога утверждает король, и правит он волей короля! И поднимая на него руку, вы тем самым нарушили королевскую волю. Ну и кто после этого утвердил бы вашего Мартина?

– Я связан присягой...

– Присяга, данная тому, кто сам нарушил присягу и законы королевства, не имеет силы. Отвечайте, кто и зачем отправил вас в Ордаг?

– Герцог... граф... простите, Мартин. Он хочет узнать, почему три дня нет посыльных.

– Где вы с ним расстались?

– Лагерь стоял возле Лардуи.

– Небольшой городок на востоке, – ответил Джок на вопросительный взгляд Сергея. – Отсюда до него три дня пути.

– Сколько вас? – продолжил допрос Сергей.

– Около пяти тысяч, ваша светлость! В последнее время почему-то перестали подходить подкрепления. Мало того, начали пропадать отряды фуражиров. Да и города не поставили обещанного, поэтому герцог... простите, Мартин хотел сменить лагерь.

– Два дня посидите под замком, – сказал пленному Сергей. – Потом вам дадут коня и стопку моих указов. Найдёте лагерь Мартина, раздадите указы офицерам и грамотным солдатам и исчезните, прежде чем Мартин отдаст приказ вас повесить. Если выполните, снимем с вас обвинения, а ваша семья сохранит имение. И поможете своим товарищам избегнуть виселицы. Возражения есть? Уведите.

– Значит, у нас восемь дней, – сказал Джок, когда они остались вдвоём.

– Скорее, шесть. У Мартина могут сдать нервы. Даже дураку ясно, что здесь что-то случилось, если до сих пор никого не прислали. Я вообще не понимаю, почему он оставил жену и детей.

– А что ему оставалось делать? – пожал плечами Джок. – Объявить себя герцогом и исчезнуть из столицы со всей семьёй? Да и уходил он не на прогулку, а в бой только с пятью сотнями солдат. С его точки зрения, было безопасней оставить их под охраной полутора сотен бойцов в мирном городе. Если бы не вы, ничего с ними не случилось бы. Король до сих пор не прислал бы войск, нет даже обещанного вам полка. Вам повезло с подземным ходом и гвардией, у другого не вышло бы так гладко.

– Поднимайте армию, Жерар, – мрачно сказал герцог. – Уже восьмой день, как мы отправили Роба в столицу, и до сих пор от него нет известий. Я сделал глупость, оставив там семью, и теперь должен спешить в надежде, что можно хоть что-то исправить.

– Ваша светлость, армия не готова! Если не считать ваших солдат, людей графа Ротхама и дружин нескольких баронов, это пока сборище вооружённых людей, которыми от нас откупились! Нужно проводить тренировки на слаженность, а многие до сих пор путают правую ногу с левой! И как быть с наёмниками? Мы заплатили аванс, и они должны вот-вот подойти! Это полторы сотни первоклассных воинов!

– Я всё понимаю, но не могу больше ждать! Раскройте глаза, Жерар! Нас переиграли, и не будет никаких наёмников. Король каким-то образом заслал сюда своих людей. Отказ выполнять обещанное, пропавшие фуражиры и не пришедшие наёмники – это звенья одной цепи. Чтобы прокормить армию, скоро придётся разграбить все окрестные деревни. Уже второй день к нам не пришёл ни один человек, мало того, из неё уже начали бежать! Поднимаем армию и идём к столице. И вышлите сильное охранение, чтобы не нарваться на засаду.

– Милорд! – сказал вошедший в шатёр герцога барон Лораш. – Я взял у своих людей вот это. Почитайте, это о вас.

– Мне незачем больше спешить, – помертвевшим голосом сказал Мартин, прочитав бумагу. – Король казнил мою семью. Ладно, Глая заслужила свою судьбу, но в чём виноваты дети?

– Вам не говорили, милорд, – нерешительно сказал Жерар, – но ваш сын по наущению матери рубил мечом тело своей тётки.

– Стерва! – выругал покойницу Мартин. – Как же ослепляет любовь! Но теперь у меня нет обратного пути. А вы можете уйти, по указу у вас есть время.

– Я с вами до конца! – сказал Жерар. – Мой сюзерен не король, а вы.

Барон поклонился и, не сказав ни слова, вышел из шатра.

В армии, которая через два часа свернула лагерь и вышла на тракт, не досчитались шестисот человек.

– Подонки! – ругался едущий рядом с герцогом Жерар.

– Ничего, барон! – сказал ему Мартин. – Пусть лучше они сбегут сейчас, чем побегут на поле боя. Там от их бегства было бы гораздо больше вреда. Нас больше, и в армии много настоящих солдат. Король не даст новому герцогу армию, а что смогут крестьяне и горожане? У них даже городской гарнизон ни разу не участвовал в битвах.

– Садитесь, барон, и рассказывайте. Вы их видели?

Второй сын барона Дарга, пришедший в армию герцога пять дней назад и посланный с небольшим отрядом следить за трактом, упал в предложенное Сергеем кресло.

– Не верите, ваша светлость, ноги не держат! Проклятый жеребец сломал ногу о валежину, и мне пришлось полдня бежать по редколесью! Хорошо, что, когда выбежал на тракт, столкнулся с нашим разъездом.

– Едут?

– И едут, и идут. Их там тысяч пять. Сами понимаете, что я не мог считать. Если учесть, сколько я бежал... – он задумался, потом закончил: – Свечей через семь-восемь будут у ворот. Я уже сказал Фару, так он побежал поднимать людей. Хотя зачем тревожить их так рано? Колья вкопаны, рвы прорыты, а чтобы завести бойцов на позиции, не нужно много времени.

Сотни лет жители столицы сводили леса вокруг города, и теперь до ближайшего нужно было добираться полдня. Двенадцать дней жители окрестных деревень рубили и возили к городу жерди, которые горожане заостряли и вкапывали в землю, закрепляя булыжниками. Стена в Ордаге была построена полторы сотни лет назад, а город за это время увеличился в два раза. Поэтому, чтобы не допустить в него врага, на протяжении четырёх лер* были установлены пятнадцать тысяч кольев.

(* лера – мера длины равная тысяче шагов )

– Надеюсь, что они не решатся на обход, а будут атаковать в лоб прямо с марша, – сказал Сергей Фару. – Хоть мы предусмотрели и такой вариант.