Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 77)

— Возьму больше патронов, — вставил Петр, — и пусть вызывают на здоровье.

— По тому же Кодексу не положено вызывать на дуэль больше одного раза в день. В некоторых случаях могут наплевать и на Кодекс, но такое случается редко.

— А победа с помощью амулета не считается уроном чести?

— Допускаются и амулеты, и холодное оружие. Про ограничения вообще ничего не сказано. Может, кто и будет кривиться, но большинство магов здраво считают, что главное — это результат.

Императора никто специально не ждал, и гости прогуливались по залу и общались друг с другом, ожидая начала праздника. Как только появились Корнеевы, они сразу же приковали к себе взгляды всех присутствующих. При этом женщины ожидаемо уставились на Петра, а мужчины не сводили глаз с Лены.

— Дорогая Ларесса! — сказал подошедший к ним с женой Орен Фел. — Вы, как всегда, несравненны! Не представите нам своего спутника? Прошлый раз его с вами не было.

— Увидев один раз, такого мужчину уже не забудешь, — добавила Алисия. — А вы, дорогая, все оригинальничаете? Но, надо признаться, вам идет. Никогда не видела ничего подобного. Смотрите, как вас поедает глазами мужская часть зала. Сшить, что ли, что‑нибудь подобное для себя? Я еще в прошлый раз хотела вас спросить по поводу кулона, но как‑то вылетело из головы. Не скажите, где делают такую прелесть?

— Кулон подарил муж, который стоит рядом со мной, а этот обруч изготовил главный ювелир сатрапа Археи.

— Так вы вышли замуж? Ну что же, пара получилась на загляденье! Позвольте поздравить!

— Спасибо. Господа, это мой муж и член Совета дома Раум, корифей Петр Корнев. Петр, это глава Совета дома Оранью, архимаг Орен Фел и его жена корифей Алисия Морат.

Новость о ее замужестве мгновенно облетела зал, и к ним стали подходить с поздравлениями знакомые маги и те, кто, пользуясь случаем, знакомились с ней и мужем сейчас.

— Я поздравляю вас с браком, — сказал подошедший к ним пожилой маг. — Архонты не так часто образуют семьи, да еще по любви. Позвольте представиться! Глава дома Хель, архимаг Арман Хесс. Ларесса, вы не уделите мне несколько минут?

— Петр, нам с уважаемым Арманом надо переговорить. Это ненадолго.

Они отошли к столикам с фруктами и напитками, где было меньше магов.

— Вы хотели услышать о судьбе сына? — прямо спросила Лена, понимая, о чем будет разговор. — Мне не хотелось бы говорить то, что я скажу, и не хотелось делать то, что я сделала, но ваш сын не оставил мне выбора. Свою жизнь и свободу я, как и любой маг, ставлю выше жизни и интересов тех, кто на них покушается. А ваш сын, извините, несмотря на магический талант, оказался избалованным и не слишком умным. Мне и моим спутникам пришлось защищать сначала свою свободу, а потом и жизнь. Вашего сына и тех, кто его сопровождал, больше нет. Место захоронения я вам показать не могу, тела просто сгорели.

— Мой начальник службы безопасности провел расследование и сказал мне примерно то же самое, что и вы. Я не хочу осуждать своего сына, и у меня нет ненависти к вам, но я не могу вам обещать, что для вас все останется без последствий. Я любил сына и слишком ему во всем потакал. Его решение в отношении вас было ошибкой. Может быть, я и смирился бы с потерей, но моя жена переживает ее слишком сильно. Мне не советовали к вам подходить, но я решил, что так будет правильно. Прощайте.

— Что ему было нужно? — спросил Петр, когда жена оставила пожилого мага и вернулась.

— Это отец того жениха, которого мы убили на дороге, когда ставили порталы. А что ему нужно… Я не поняла, что он хотел сказать. Вроде понимает, что я права, а они совершили ошибку, но прощать не собирается из‑за жены. Только он это как‑то сумбурно изложил, и до меня не дошла цель разговора. Может, просто хотел со мной поговорить?

— Может быть. Смотри, это не император?

К ним, отвечая на приветствия, сквозь толпу магов пробирался Эртон Третий.

— Вас можно поздравить, Ларесса? — сказал он, подойдя к ним вплотную. — Это ваш муж?

— Да, ваше величество, — ответила Лена и представила императору Петра.

— Вы, как всегда, прекрасны и оригинальны. И мужа себе выбрали под стать. Поздравляю вас, Петр! Вам очень повезло, что встретили такое чудо, как Ларесса, раньше меня и успели украсть ее сердце, иначе я бы так просто не отступился. Берегите ее, если с ней что‑нибудь случится, этот мир станет намного бедней.

— Не надо каркать, и ничего не случится!

— Милая Ларесса, а при чем тут карканье?

— Это такое выражение, бытующее у меня на родине, ваше величество. Его смысл в том, что если не хочешь, чтобы что‑то случилось, то не нужно об этом говорить. Некоторые считают, что слово материально, и, говоря о плохом, можно притянуть беду.

— Сейчас начнутся танцы. Ваш вальс произвел на всех огромное впечатление. Во многих домах даже музыку подобрали, а некоторые уже танцуют. Мы сегодня тоже попробуем. У вас, кроме вальса, есть танцы?

— Много разных, — Лена повернулась к Петру. — Покажем что‑нибудь, дорогой?

— При первой же возможности, — подыграл ей Петр.

— Возможности надо не ждать, их нужно организовывать, — сказал Эртон и пошел к оркестру, который уже начал наигрывать одну из традиционных здесь мелодий.

— Господа! — его усиленный магией голос услышали все в зале. — На прошлом празднике наши гости из дома Раум показали один из танцев далекой страны Ларессы. Сейчас они нам подарят еще один танец!

Все поспешно освободили центр зала и заранее начали аплодировать.

«Вот странно, — уже не в первый раз подумала Лена, — миры разные, а способ выражения одобрения один и тот же».

— Включай плеер, — шепнула она мужу. — Я уже активировала плетение.

Благодаря магии волшебные звуки никогда не слышимой здесь Кумпарситы лились отовсюду, а не из‑под пряжки ремня Корнеева. И под эту музыку они шагнули навстречу друг другу, и внезапно все перестало существовать: и застывшие в желании запомнить каждое мгновение необыкновенного зрелища маги, и император, который следил за танцующей незнакомый страстный танец парой тоскливым взглядом, и сам зал. Никогда до этого Петр не испытывал от танца ничего подобного. Немного мешал все‑таки длинный подол платья Лены и отсутствие разрезов, но они вошли в ритм и такие мелочи уже не могли испортить настроение и впечатление от танца. Музыка стихла и несколько мгновений стояла тишина, а потом повторилось то, что уже было после ее танца с Фотием. Зал буквально взорвался аплодисментами, и маги, не жалея рук, долго выражали свой восторг и одобрение.

— А ты не хотел танцевать, — шепнула мужу Лена. — Готовься теперь до конца вечера быть нарасхват. Вон дамы уже подбираются. У магов очень бедная жизнь в части искусства и развлечений. На этом тоже надо сыграть. Не зря я испортила платье.

Праздник уже приближался к концу. Петр перетанцевал, наверное, с большей частью женщин. Учил их вальсу под довольно точно подобранную оркестром музыку, несколько раз опять включали запись танго, и они с Леной показывали схватывающим налету магам всю композицию танца. Не приходилось сомневаться, что скоро похожая музыка зазвучит во многих домах. Несколько раз мужчины забирали его у женщин, и тогда начинались интересные разговоры, взаимные прощупывания и расспросы. Петр давал заранее продуманные ответы, а когда спрашивали что‑то непредусмотренное, на что он не мог ответить правдиво, приходилось отшучиваться, или переводить разговор на другую тему. В самом конце, когда маги уже начали потихоньку расходиться, император на правах хозяина оторвал Петра от очередной компании, и они вышли в парк.

— Не пропадайте надолго, Петр, — сказал Эртон и сел на ближайшую скамейку. — Садитесь. Жена говорила, что я эмпат? Нет? Ну и зря, вам можно. Я ведь сразу почувствовал, что сердце Ларессы занято другим, но долго не мог смириться с очевидным. Если бы вы знали, как я завидую! Ваша жена — как глоток свежего воздуха в знойный день. Я не знаю ее планов в отношении себя, чувствую только, что они есть. Я предложил ей дружбу, потому что она не примет от меня ничего другого. То же я предлагаю и вам. У меня нет большой власти, но я и не марионетка, как думают некоторые. Возможно, когда‑нибудь смогу быть вам полезен. Берегите друг друга. Такая любовь, как у вас, — это величайшая ценность, но она может стать и величайшим проклятием, если один из вас погибнет. Она вашей смерти точно не переживет. Этот праздник для меня всегда был черным днем. У многих, кто собирается ко мне в гости, отсутствует уважение к хозяину. Во время других праздников на моей стороне традиции, которые в магах очень сильны. Сегодня иначе: балом правит сила. Каждый год в этот день в моем парке сходились выяснять отношения, а наутро садовники собирали и закапывали части тел. А сейчас все веселятся, и ни у кого не возникает желание помахать кулаками. А если и возникает, то они не дают себе воли. Настроение у большинства такое, что их надолго ославят, а маги при всей своей силе небезразличны к мнению о себе остальных. Как бы ни хотели некоторые, но не все меряется одной силой. Смотрите, все уже расходятся. И что мы слышим? Шутки и смех. Вы здесь впервые, а то поняли бы, насколько редко такое среди нас. Вон и ваша жена вас ищет. Пойдемте, я вас провожу. И знайте, что я всегда буду рад принять у себя вас обоих. Не пропадайте надолго.