Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 52)

Лена активировала амулет и в трубу ударила сильная струя воздуха. Турбина загудела, набирая обороты. Скоро гул перешел в визг, запахло горелым машинным маслом, и Лена прекратила демонстрацию.

— Я боюсь, что турбина развалится, — объяснила она. — Это все‑таки модель, а не рабочий образец, да и крутится без нагрузки. А на такие обороты она вообще не рассчитана. Ребята пытались балансировать, но не в наших условиях такое делать. Если сможем достать или заказать на Земле нормальную турбину с генератором, то можно будет всю солярку оставить тракторам. И это только то, что касается электроэнергии. Поставьте такой агрегат на колеса, и он будет двигаться без всякого топлива только за счет ветровой отдачи. Думаю, что можно построить даже летательные аппараты. Но в них надо что‑то делать с накопителями, а то далеко не улетишь: слишком тяжелы нынешние. Но к накопителям я пока даже не знаю, как подступиться. С этим я закончила. А теперь очередная демонстрация!

Она отсоединила накопитель и поместила его в брезентовую сумку, которую перебросила через плечо. Потом взяла в руки что‑то длинное, обмотанное тканью.

— Демонстрируется мобильный портал! — с этими словами она быстро развернула ткань, которая оказалась намотана на обыкновенную палку, и расстелила на полу.

— Как видите, на ткани уже расчерчена схема портала и нанесены руны привязки, в нашем случае это привязка к одному из порталов связи с Землей. Выбрала тот, который будет заведомо свободен. А теперь фокус-покус!

Лена встала в центр рисунка, стараясь не мять ткань, активировала портал и исчезла, чтобы через минуту появиться обратно.

— Ну как? — спросила она, немного дурачась. — Что это с вами? Здесь что‑то случилось, пока меня не было? Петр, отвечай! Что с вами со всеми?

— И она еще спрашивает! — Петр поднялся из‑за стола, подошел к Лене и при всех крепко ее поцеловал. — Ты сама‑то понимаешь, что сделала? Только что ты повернула историю этой планеты!

— Сколько громких слов. Все, что я сделала, лежит на поверхности и требует только знания физических законов и основ магии на уровне элементарных форм. При желании можно много чего придумать.

— Ты думай, думай, — Петр обнял жену и как ребенку стал гладить ее волосы, — а мы будем тебя много и вкусно кормить!

— Да ну тебя! Так я скоро стану толстой и ленивой, и ты меня разлюбишь.

— Никогда! — клятвенно заявил Петр. — Хочешь, потолстею вместе с тобой?

— Я как‑то говорил, что когда‑нибудь буду гордиться знакомством с тобой, — сказал Лене пришедший в себя после ее демонстрации Фотий. — Теперь я думаю, что это время пришло! Твои решения, как всегда, предельно просты и эффективны. С тех пор, как ты появилась в доме, ко мне вернулся начавший уже угасать интерес к жизни.

— Да ну вас, совсем захвалили. Все, что хотела, я вам уже показала. — Всеобщее восхищение смущало и вызывало желание куда‑нибудь исчезнуть. Лена взяла за руку Элору и потянула к выходу: — Пойдем, поможешь кое с чем. Надо пользоваться выходным днем, а то завтра в школе опять оседлает молодняк.

— Знаешь, — сказала Элора, — когда‑нибудь будет создана Большая Энциклопедия пусть не всей Алкены, а только Исмаила. И в ней на букву Э будет скромно написано: «Элора Розейн — лучшая подруга и одна из помощниц великой ученой и реформатора Ларессы Лавр. Умерла в возрасте…» Я надеюсь, что там будет достаточно большое число.

— Я тоже на это надеюсь, — засмеялась Лена. — Мне завтра может понадобиться твоя помощь. Я после занятий буду проводить инициацию группы, а ты меня подстрахуешь. Я этим еще не занималась. Поможешь?

— Конечно, помогу, только за место в Энциклопедии.

На следующий день она быстро обработала всю группу учеников. Дело наложения печати оказалось нетрудным и достаточно нудным. В заключении Леной было сказано несколько прочувственных слов, и все довольные расстались до следующего дня. Дома, где уже три месяца жили вшестером в двух комнатах и кабинете, Лену встретила счастливая мама, которая поспешила поделиться с ней известием, что закончена отделка нового спального корпуса для семейных, и завтра они туда переезжают.

— Я уже ходила смотреть квартиру, — рассказывала она. — Две комнаты двадцать и тридцать квадратов и совмещенный санузел. Жаль, нет кухни. Я понимаю, что все питаются в пищеблоке, просто привыкла…

— А где ребята?

— А они пообедали в школе, побросали дома портфели и убежали с друзьями на новую территорию играть в футбол. Они все поголовно им увлеклись от мала до велика, даже девочки, — мама вздохнула. — Я в свое время больше шила куклам платья, а Аленка растет, куда там мальчишкам! Ты была совсем не такая.

— Может, это и не плохо? Что хорошего в том, что одна дочь повторяет другую? Ты еще не надумала работать?

— Отцу предлагают должность зама по научно-техническим средствам при здешнем шефе ГБ, а он мне предложил работать лаборантом. Будет малое семейное предприятие. Только техники почти нет, да и забыла я много, а многого по новой работе совсем не знаю. Но Петя обещал, что техника скоро будет, так что, считай, устроилась. А завтра еще переедем и освободим вам квартиру.

— Я тоже завтра помогу.

Но помочь у Лены не получилось. На следующий день произошло долгожданное событие: через давно готовый и три месяца пустующий портал пришел первый караван из Археи.

Утром, когда Петр с Леной завтракали в пищеблоке, появился посыльный от Фатеева, который просил их сразу после завтрака подойти к портальному залу, отставив на время все прочие дела. У зала их встретили Егор Кузьмич и Макарус.

— У нас новости по Архее, — сказал Фатеев. — Около часа назад через портал дома Хааб пришел один из бойцов Анхеля. Добрались они не без приключений, но без потерь. Встретили ребят хорошо, под портал выделили отдельное здание. Малик эз Саад первый караван хочет направить в наш дом с грузом подарков. Цели такой посылки — это проверить возможности портала, сделать нам приятное и, получив серебро в оплату по прежним поставкам, вернуться обратно. Надо полагать, что если все пройдет нормально, они отправят первый караван во Фламин.

— А мы вроде делегации по приему подарков, — пошутил Макарус. — Серебро по долгам в Архею уже приготовили и сейчас доставят. Посмотрим, сколько останется свободного места в караване и погрузим еще дополнительно серебро в обмен на золото.

— И когда их ожидать? — спросил Петр.

— Олег сказал, что примерно через полтора часа. Осталось минут сорок, — ответил Фатеев. — Сейчас должна пройти новая смена в имение Гром, и вернуться отдежурившие. До прибытия каравана должны успеть, так что зал будет пуст, что и требуется.

— Да, по имению, — Лена повернулась к Макарусу. — Я с этой школой совсем замоталась и не в курсе многих дел. Как там дела у Ани?

— Плохо, — нахмурился Макарус. — Она потеряла дочь, которую сильно любила и долго готовила себе в преемники, и находится в депрессии. И выходить из нее не то что не может, просто не хочет. Потеряла интерес к жизни, и даже дела дома ей уже безразличны.

— И вы молчали!

— А что здесь можно поделать?

— Макарус, когда женщине так плохо, помочь ей может только мужчина, а не та толпа баб, которые ходят вокруг нее со скорбным видом. Я заметила, что она неравнодушна к нашему главе, да и Фотий о ней уж больно сильно беспокоился для шапочного знакомства. Он знает?

— Конечно. Но боится показаться назойливым и тем ее оттолкнуть.

— Ну мужчины! Ему сейчас не назойливым надо быть, а настойчивым. Я не знаю, дружба у них или взаимная симпатия, но пусть немедленно идет в Хелис, забирает Ани и тащит сюда. Ей нужно срочно сменить обстановку. Надо встряхнуть ее и занять делом. Пусть покажет дом, а потом у Петра есть к Ани разговор, который должен ее заинтересовать. Поговорите с Фотием, или это сделать мне?

— Попробую.

В зал вбежали два десятка бойцов и несколько магов, один из которых активировал портал в имение, куда все и вошли. Через несколько минут из него же вышли уже отдежурившие.

Петр тренировал своих бойцов и магов на службе двигаться бегом, и теперь многие в доме по территории не ходили, а бегали. Лене это напоминало штатовские фильмы о спецназе, в которых тоже все постоянно бегали.

Минут через десять открылся архейский портал, и из него одна за другой выехали двенадцать крепких, загруженных с верхом повозок. На передней рядом с извозчиком сидел богато одетый мужчина лет сорока, который соскочил с повозки и направился к встречающим.

— Приветствую славных и могучих представителей дома Раум! — поздоровался он, сопровождая слова традиционным кивком. — Позвольте представиться! Аврас эз Махаб, старший вожатый одного из караванов торгового дома Хааб. Уважаемый глава дома Малик эз Саад шлет вам свой привет и скромный подарок. В этих телегах засахаренные фрукты. Где мы можем оставить груз?

— Уважаемый Аврас эз Махаб, пусть ваши повозки движутся за этим человеком, — ответил Макарус, показав рукой на дежурного. — Он покажет, где можно будет разгрузить товар и вам погрузят серебро. Вас же прошу на это время быть гостем дома.

— Знал этот Малик, что прислать, — говорила Лена Петру, когда груженный серебром караван Хааб, скрылся в портале. — В империи вообще не возделывается ни одной культуры, из которой можно было бы получить сахар. У соседей, насколько я знаю, такого тоже не выращивают, только вялят сладкие сорта фруктов и варят патоку. А мы уже давно съели все сладости, которые привезли с Земли.