Геннадий Ищенко – Третий путь (страница 2)
Лена исчезает, оставив вместо себя магическую копию, сделанную из взятого в морге тела. Посетив свои похороны, она обнаружила на них и Элору Розейн. Их разборки заканчиваются для Элоры заключением в одно из подземных убежищ интерфекторов. Лена селится вместе с ней и продолжает усиленно тренироваться, готовясь к встрече с Маренсом. Постепенно девушки сближаются, и Элора начинает учить Лену ментальной магии, а та, в свою очередь, учит ее знанию основ магии. Вскоре Лена начинает искать подходы к дому Кайтаидов. В одной из таких вылазок она натыкается на отряд магов, и ее узнают. Завязывается бой, в котором девушка убивает всех своих врагов, но полностью расходует свои силы. Ей грозит смерть от магического истощения, но на помощь приходит Элора. После этого Лена осуществляет захват Маренса. Девушки пытаются вырвать у него координаты Земли, но архимаг отказывается им помогать. Приходится применить к нему считку памяти. Они сумели прочитать нужное, но при считке Маренс полностью потерял память. На Земле Лена узнает, что за время ее отсутствия (а это четыре года) у нее появились брат и сестра. Совместными усилиями закрывают дело о пропаже, а Лене нанимают репетиторов, с помощью которых она подготавливается и сдает экзамены за среднюю школу. Элору на два месяца помещают в детский дом, а потом оформляют удочерение. Девушка изучает новый мир и строит планы переделки своего. Вскоре она уходит на Алкену, оставив записку, что идет в свой дом и просит ее не искать. Лена бросается вдогонку, но не успевает. Она узнает, что подруга была в доме Влепос и ушла из него с боем. Лена осталась на Алкене, окончила школу учителей и получила направление в одну из сельских школ в отдаленном селении. Ее цель — обучение детей не только грамоте и счету, но и основам современных наук. Она полагала, что ее ученики рано или поздно помогут развитию застывшего в средневековье общества людей, что в конечном итоге приведет к уничтожению магов.
Через несколько месяцев, в это селение пришел маг, который оказался Элорой. Девушки снова были вместе. Прошло еще два года…
Пролог
— Проходи, моя дорогая. Петр Степанович очень занят, но ради тебя он отложит свою статью, — сказала пожилая, строго одетая женщина и открыла перед Леной дверь, на табличке которой было написано:
Девушка по широкой ковровой дорожке подошла к массивному деревянному столу, за которым сидел что‑то писавший профессор. Было видно, что работа у него не ладится. Петр Степанович что‑то черкал в своих записях, досадливо морщился и потирал лоб свободной левой рукой. Он не заметил появления Лены, и ей пришлось демонстративно кашлянуть, чтобы привлечь внимание.
— Это что еще за явление природы? Вы откуда, девушка? И кто вас пустил в такое время в Университет?
— Мне была очень нужна ваша помощь, профессор, а вы задержались на работе. Пришлось просить охрану проводить меня на вашу кафедру.
— И они проводили? — с сомнением спросил профессор.
— Я умею просить, — усмехнувшись, сказала девушка, и Петр Степанович понял, что ему в ней показалось неестественным: посетительница вела себя необычно уверенно для девиц ее возраста и не выказывала по отношению к нему того почтения, к которому он привык.
— Когда я прошу, мне очень трудно отказать. И можете не звонить своей секретарше: я отпустила ее домой. У нее заболел внук, а из‑за вас пришлось задержаться на работе.
Профессор убрал руку от телефона и внимательно посмотрел на девушку. Невысокая, с правильными чертами лица и густыми длинными волосами. Ее можно было бы назвать красивой, но впечатление портил неприятный пристальный взгляд, встретившись с которым, он непроизвольно передернул плечами.
— Ничего у вас не выйдет со статьей, — сказала девушка. — Вы ее не напишете с такой головной болью, да и мне не сможете помочь. Вы не будете возражать, если я ее уберу?
Не дожидаясь ответа от оторопевшего профессора, она на несколько секунд закрыла глаза и замерла, а Петр Степанович ощутил волну свежести, смывшую без следа сильную головную боль, которая мучила его последние два дня.
— Теперь вы можете со мной поговорить?
— Может, вы сначала представитесь? — предложил он. — А то вы меня знаете, а я вас нет.
— Я единственный настоящий маг на нашей планете, — улыбнувшись, ответила девушка.
— Ты не умрешь от скромности, — сказал Петр Степанович, переходя на ты. — И как же зовут единственного на всю планету мага?
— Зовите Леной.
— Что же ты умеешь, кроме снятия боли?
Лена не ответила, но лежавшая перед профессором толстая общая тетрадь перелетела со стола к ней в руки.
— Давайте, профессор, я не буду демонстрировать вам свои способности, а вы просто поверите в то, что они есть, — предложила она. — Мне действительно нужна ваша помощь, и если мы с вами не будем отвлекаться, то я не отниму у вас много времени.
— И какого же рода услуги от меня требуются? Если по поводу поступления в наш Университет, то набор закончен, и уже неделю идут занятия. Да и рановато тебе у нас учиться.
— Я уже сдала экзамены за среднюю школу, но не собираюсь набиваться к вам в студентки. Мне, Петр Степанович, нужен от вас всего лишь совет. Давайте я расскажу об одном мире и обозначу свою проблему, а вы проведете анализ рассказанного и подскажите правильное решение. Думаю, что уложусь в полчаса. А в благодарность я вас еще немного подлечу, иначе завтра опять будете страдать от головной боли.
— А из‑за чего она? Я пока из‑за недостатка времени не обследовался, а наши эскулапы ничего не скажут без анализов.
— У вас проблемы с печенью, а головная боль из‑за общей интоксикации. Мне это нетрудно вылечить. Вы удовлетворены? Мы уже можем переходить от ваших проблем к моим?
— Рассказывай, я внимательно слушаю.
Рассказ Лены длился минут пятнадцать, после чего Петр Степанович вынес свой вердикт:
— Ты меня извини, но такой мир не может существовать.
— Как же не может, если я сама недавно оттуда?
— Допустим, что ты мне не врешь из каких‑то своих соображений, а рассказываешь то, во что веришь. Ты сколько времени там пробыла?
— Шесть лет.
— И ты полагаешь, что можно узнать целый мир за каких‑то шесть лет, да еще сидя в подвале?
— Я не все время там сидела, да и книги…
— Ерунда! — отмахнулся от ее аргументов профессор. — Книги тысячелетней давности, написанные неизвестно кем. Пойми, что не может быть абсолютно статичных миров, которые заселены людьми, а твои маги — это те же люди, только обладающие дополнительными способностями. Такое возможно только в том случае, когда существует сила, которая целенаправленно сдерживает прогресс и среди людей, и среди магов, причем в масштабах всей планеты, а твои маги разобщены даже в пределах одного государства и такой силой быть не могут. Наличие магов и их политика могут сильно затормозить развитие государства, но не полностью его остановить. Пусть медленно, но количество домов будет уменьшаться, а остающиеся будут увеличивать силу и богатство. В конечном итоге это закономерно должно привести к созданию нормального государства, у руля которого станет руководство самого сильного дома.
— А люди?
— А что люди? Магам не нужно развитие человечества. Из‑за малочисленности им вполне хватает того, что они получают сейчас. Но ведь люди не пользуются магическими услугами, поэтому у них должны возникать те же проблемы, которые побуждали к развитию земное человечество. И если этого развития реально не видно, то объяснение здесь может быть только одно: маги сознают опасность технического прогресса и повсеместно ограничивают его развитие. Отсюда и полная бесперспективность твоего просветительства. Мало того что твоих учеников будут убивать маги, с ними то же самое будут делать и люди, после того как реализуют втайне их идеи. А твои ученики очень скоро поймут, что могут хорошо устроиться и безбедно прожить жизнь, если не будут повсюду светить новыми знаниями.
— И что же делать?
— Если нельзя изменить общество снизу, надо попробовать это сделать сверху. Ваши маги признают только силу? Значит, ты должна стать сильной! Создать свой дом или использовать уже имеющийся и сделать его самым сильным в государстве. И уже с позиции силы начинать менять порядки. Если ты не сможешь этого сделать, то лучше устраниться, предоставив все естественному ходу вещей, тем более что не так уж и плохо там живут люди. Войн нет, эпидемий нет, голода тоже нет, в связи с чем возникает вопрос: почему людей так мало? Я думаю, что маги каким‑то образом регулируют численность населения. Сама же говорила, что у них хорошо развита магическая медицина. И неудивительно, что об этом не пишут в книгах, у нас тоже в общей литературе не упоминают многие вопросы.
— Но как заставить магов признать людей равными себе?
— Никак. Маг — это искусственное создание, которое во всех отношениях выше человека, и равными они не будут никогда. Но можно заставить уважать право людей на жизнь и имущество. А дальше я бы в таком обществе просто начал постепенно переводить в маги все большее количество детей, пока обычные люди вообще не исчезнут. Естественно, что это займет не одну сотню лет. А если у тебя будут знания нашей цивилизации, то можно создать цивилизацию нового типа. Магию можно преобразовывать в другие виды энергии?