Геннадий Ищенко – Приёмыш. Книга вторая (страница 12)

Вождь народа рахо Кард деш Кардек смотрел на своего Первого воина и думал, что делать с вестью, которую тот ему сообщил. Четыре сотни лет назад рахо были вынуждены покинуть свой архипелаг, бросив почти всё имущество и перебив лишних детей. Тогда им удалось в очередной раз отбиться от имперского флота и уйти, причём так, что ищейки императора даргонов не смогли проследить за сбежавшими. Они нашли новую родину здесь. Прошли сотни лет, но рахо не забыли, что где-то на севере скрывается враг, который рано или поздно может появиться и у этих берегов. Поэтому они продолжали держать сильный морской флот, охранявший подступы к трём портовым городам и проводивший постоянное патрулирование побережье от леса дикарей на западе до великой пустыни на востоке. Вот один из таких кораблей и принёс весть, пересказанную ему Первым воином. На их побережье побывали чужие. Они убили или увезли с собой семью рыбаков, живших недалеко от границ с лесом. Дом был разграблен, животные исчезли. Если пришельцы хотели приписать это нападение лесовикам, они просчитались. Как раз в это время между лесом и землями рахо находились их военные отряды, и лесовики не могли пройти незамеченными. Да и не так они грабили прибрежные поселения. Значит, это был кто-то другой, пришедший морем. Неужели старые враги разнюхали дорогу в эти земли? Война была нужна. Она была нужна ему, потому что только во время войны вождь рахо приобретал всю полноту власти, которая в иное время не сильно отличалась от власти старейшин кланов. И она была нужна его народу. Они слишком быстро размножались, и с этим ничего нельзя было поделать. На архипелаге лишних девочек продавали в империю, меняя никому не нужные рты на имперское зерно. Продавать их здесь было некому. У степных племён было много своих женщин, и если бы они даже захотели купить девочек рахо, платить за них было нечем. Тощий степной скот был не нужен, а золото не имело цены. У кого и что на него покупать? Когда сюда пришли рахо, людей было мало, а земли – сколько хочешь. Тогда они ещё не знали, что с ней делать. На архипелаге рахо кормили океан и фруктовые рощи островов. Они не знали земледелия, да и не было на островах хорошей земли. Здесь посчастливилось захватить много кайнов, которые не успели убежать с остальными. Часть пленных принесли в жертву богу моря, остальные стали рабами. Именно они научили рахо возделывать землю и выращивать зерно. А теперь людей стало так много, что на их прокорм уже не хватало ни даров моря, ни собираемого зерна. Нужно было воевать, вот только с кем? Народ степи тоже численно вырос, и недавно мелкие племена слились в одно большое. Учитывая силу и проворство степных воинов, из них получился бы неплохой противник, вот только дохода от такой войны не будет. Всех кочевников не перережешь, а потом нужно охранять свои границы от набегов мстительных дикарей. От них узнали, что разбитые кайны прошли степи и осели на ничейных землях, создав почему-то несколько королевств вместо одного. Вот эти противники и притягивали к себе мысли вождя. Узнав, что хан Урнай собирается летом в набег на кайнов, вождь встревожился. Если хан не разобьёт их, а только сильно ослабит, этим можно воспользоваться, а если захватит и ограбит? Лишние земли – это хорошо, но он хотел сам ограбить набравших жир кайнов, а не отдавать всё жадному Урнаю. Неведомые враги с моря путали планы и рождали тревогу.

– Сделаем так, – медленно сказал вождь. – Усилим патрулирование той части суши, где побывали чужаки, и выдвинем в океан корабли. Ставь их в линию один за другим в пределах видимости. В случае опасности крайний корабль подаст дымовой сигнал, а остальные передадут его на сушу. Патрулирование берега тоже усилим и подтянем к портам дополнительные силы. Я больше ничего не могу сделать своей властью, а старейшины тебе не поверят. Скажут, что я сам организовал убийство рыбаков, чтобы захватить власть.

– А если они вернутся? И что если это империя?

– Значит, будем драться. Сейчас нас намного больше, чем когда-то было предков, а морякам империи плыть сюда от своих портов во много раз дальше, чем до архипелага. Они не смогут быстро получать помощь, а летом в этой части океана часто штормит. Предки доплыли только потому, что шли в сезон дождей. Мокли, постоянно вычерпывали воду, но дошли. Войска мы подтянем, так что сходу они города не возьмут, а когда завязнут в сражении, ударим по ним флотом. При опасности нападения его нужно убрать в сторону лесов, где меньше рифов. Иди, распоряжайся. И скажи, чтобы прислали моего жреца.

У народа рахо никогда не было магов, и вся магия, которой они владели, была сосредоточена в руках жрецов бога моря. Раньше этот бог был главным богом рахо, на этой земле он стал единственным.

– Ты звал? – спросил Тал Улас, заходя в покои вождя не по возрасту стремительной походкой. – Случилось что-нибудь, или просто скучаешь?

Кард и Тал были родом из одного клана, с детских лет жили рядом и дружили, несмотря на то, что Тал подался в жрецы, которых рахо не любили и старались избегать.

– Случилось, но я позвал не по этому вопросу. Как наш кайн?

– Я думаю, что он уже готов. Мечом владеет на удивление, да и остальным тоже. Если бы его предки были хоть наполовину так хороши, нас здесь не было бы.

– В его общине многие помнят язык предков?

– Помнят многие. А зачем тебе их язык?

– Возможно, с кайнами будем не драться, а договариваться, тогда понадобятся переводчики. Я предпочёл бы видеть их рабами, а не союзниками, но никто не знает, куда может повернуться колесо судьбы.

– Ты это серьёзно? И что же случилось?

– Кто-то чужой скрытно подошёл с моря, похитил семью рыбаков, разорил их хозяйство и исчез. Я склонен полагать, что это был разведывательный корабль империи.

– Даргонов или ланшонов?

– А я знаю? Даргоны ближе, хотя для нас нет разницы, чья армада закроет горизонт.

– Может, тогда отложить отправку этого Колина?

– Наоборот, отправку нужно ускорить. Выдели ему в сопровождение сильный отряд, чтобы не сгинул в степи. Мне сейчас очень нужен свой человек в королевствах кайнов. Неважно, будут они нам врагами или союзниками, о них в любом случае нужно больше узнать. И вот ещё что... – вождь заколебался, но потом всё же принял решение. – Выдели ему «Ухо моря». Знаю, что ты можешь сказать, но лучше помолчи. Какая мне польза от разведчика, если я узнаю нужное с опозданием в полгода? И надо кого-нибудь послать к Урнаю. Важно оттянуть начало их похода. Самим говорить об этом с ханом бесполезно, только вызовем подозрение и добьёмся того, что он, наоборот, ускорит выход войска. Поэтому задобрим подарками одного из тех лизоблюдов, которых у них называют советниками. И пусть эти тоже возьмут «Ухо». Я должен своевременно знать о планах Урная.

– Может, поговорить со жрецами в Гузле? Там есть умные рахо. Если всё рассказать, можно добиться того, что они отправят в порты запасы негасимого огня. Если будем ждать прихода врагов, потом собирать старейшин, а после вести припасы в города, можем не успеть. Нас победят точно так же, как мы когда-то победили кайнов, которые тоже не могли договориться и собрать силы в кулак.

– Поговори, но основное для тебя – это своевременно доставить в королевства нашего кайна. Я не исключаю того, что нам придётся всё бросать и уходить, и хочу знать, куда идти и что нас там ждёт.

Жрец ушёл, а к вождю приблизилась его пятая жена, ритуальным жестом приподняла юбку и вопросительно посмотрела на мужа. Сейчас была не её очередь, но предприимчивая женщина воспользовалась тем, что третья жена отлучилась в гости, и наверняка ещё что-нибудь дала охране. Она проделывала это уже не в первый раз, но остальные жёны ни о чём не догадывались. Раздевшись, Кард обнял довольную женщину, и на время тревожные мысли были забыты.

Глава 5

– Почему мы так спешим? – спросил Колин у жреца Сади.

Этот жрец был единственным рахо в отряде, который общался с Колином, как с человеком, для остальных он остался рабом, причём рабом, из-за которого их гнали в непогоду на другой конец света, да ещё обещали с живых снять шкуры, если с ним хоть что-нибудь случится. Ну и как вы будете с таким общаться? То, что он так же, как и остальные, мок под дождём и мог немного отдохнуть лишь на коротких ночёвках, никто в расчёт не брал. На то и раб, чтобы молча терпеть.

– Приказ вождя, – равнодушно ответил жрец. – Ты должен быть в королевствах до окончания дождей. Да и не такое у нас приятное путешествие, чтобы его растягивать.

Они выехали пять дней назад и благодаря спешке и тому, что двигались без дорог, напрямую, уже приближались к границе со степью. Лошади в отряде тоже были степные, низкие и неприхотливые, но на удивление быстрые и выносливые. Непонятно, как это у них получалось, но при скачке по заросшей травой степи ни одна не оступилась на неровностях почвы и не угодила копытом в нору грызуна, которых здесь было немало. Каждому взяли двух заводных лошадей. Весь день ехали рысью, иногда переводя лошадей на шаг и пересаживаясь с уставших на свежих. Обедали на ходу чёрствыми лепёшками и разваренным вяленым мясом, оставшимся от завтрака. На это время лошадей пускали шагом, и они тоже подкреплялись, хватая пучки пожухлой после зимних морозов травы. На ночь ставили два шатра из парусины. Всё необходимое для них везли на трёх заводных лошадях. В одном шатре ночевали сами воины, а в другом – Колин с жрецом. Рахо дежурили в три смены, и как они определяли время дежурства при затянутом тучами небе, осталось для Колина секретом. Иногда они вспугивали зайцев, которых рахо били без промаха из своих чудовищно сильных луков. Через степь скакали двенадцать дней. За всё это время с кочевниками встретились только один раз. Хозяева, которых было раз в пять больше рахо, решили разобраться с непрошеными гостями и поживиться их имуществом. Они приготовили луки и со свистом и воинственными криками поскакали наперерез отряду, охватывая сгрудившихся чернокожих широкой дугой. Спас жрец. За его спиной взлетел небольшой дракон, который с шипением бросился навстречу нападавшим. Азартные крики сменились воплями ужаса, и кочевники, вздыбив лошадей, развернули их и погнали прочь, нещадно подгоняя плетьми. Они не оборачивались, поэтому не увидели, как тварь растаяла в воздухе.