Колесо по руке, поцелуй палача.
Топором по плечу. Полечу к палачу.
Смешалося всё, румынка с ребёнком
И кровь, и рябина, и выстрел, и филин,
И ведьма двуперстая вместе с телёнком,
И мама, и ястреб безумьем намылен,
И брюхо, и ухо, и барышня – срам
С тоскою, с доскою, с тобой пополам.
Я море прошу, но море – молчальник.
Я ухо держу, но ухо – начальник.
Я маму хватаю, но мама кипит.
Я папу за лапу, но папа сопит.
Подушкой у чёрта, убитый клюкою
Я с Вием, я с Ноем, я вместе с тобою.
Я с дедушкой в яме, с женой на краю,
Я в щёлке, я в дырке, в лохматом раю.
Я – сап, я кукушка, чахотка и сон.
Я – веник, я – баня, я – тыква, я – сом.
Я пень королю. Я помощник тюрьме.
Я поп без ноги, я помещик в суме
С доскою, с тоскою с лягушкой в уме.
12. «Лист не играет на дудке. И речка…»
Лист не играет на дудке. И речка
Струится. Папа в гости идёт.
В испуганном доме нету ответа.
И девичьи ноги растут,
И девичьи груди трясутся.
Но Гойя уж тут.
Людоеды корову едят не умея.
И ведьмы насилуют папу.
Природа повернулась трамваем,
Где кости стучат и кричат,
Где ноги тоскуют по Оле.
Но Гойя уходит и реки навстречу ему.
И мир оглянулся корзиной
И воды к водам на спину,
Ивы на ивы, сосны на сосны.
Деревья как люди, как дёсны
Без стыда.
И дождик о речку, как небо о небо,
Как мы друг об друга, как муж о жену,
Змея о змею, жеребец о кобылу, козёл об козу.
И трутся, и пляшут, и бьются,
И прыгают как под ножом,
Пронзённые страстью на вылет.
13. «Кошачье жаркое. И гости сидят…»
Кошачье жаркое. И гости сидят
За тем же столом.
На хлеб я гляжу, кости считаю
И жду, когда гости уйдут.
Но вот входит тесть (смерть, сон).
Гостей на салазках везут.
Меня на салазки кладут и везут.
Навстречу идёт почтальон.
Телеграмма от жены: «жду».
Стекла сияют. Солнце кричит.
Деревья стоят, утонув навсегда.
Дома утонули. И люди в подштанниках
В пустоте, где воздух съедят.
И сердце стучит и зовёт к жене,
А санки скрипят, всё скрипят и скрипят.
И вот уж… но тёща устала и сбросила в снег
На дороге я синий лежу.
14. Тоня-река
Белые ноги в траве. 
