Геннадий Добряков – S-T-I-K-S. Водила книга 9 (страница 6)

Фаркоп вёл необычное воздушное судно над озером в юго-восточном направлении. Оставив левее заросший камышом и прочей растительностью берег, он повернул дирижабль на юг, держась границы уреза воды. Вскоре впереди чётко обозначился соседний кусок Улья. Часть его занимал фрагмент водоёма, а часть – территория, покрытая лугами, перелесками и берёзовыми рощами. Небольшая коррекция курса и вот под грузовым модулем уже проплывает знакомая грунтовка, вышка связи и небольшая деревня, в которой на фоне двух десятков деревянных домиков выделяется двухэтажный кирпичный особняк, отгороженный высоким забором. Повторяя путь, проделанный ранее не раз на квадролётах, лесники достигли места, где река, берущая начало из большого озера, проходила под криво состыкованными, частично обрушенными железнодорожным и автомобильным мостами. Местность на обоих её берегах была безлюдной и неприятных сюрпризов не преподнесла, впрочем, как и оставшаяся часть пути до войсковой части ПВО. Зависнув над огороженным объектом военных, Фаркоп проверил своими способностями ситуацию на земле и под её поверхностью.

– Что там? – нарушив возникшую паузу, спросил Кардан, заметив, что старший экипажа вернулся в обычное состояние.

– Много рутины и тяжёлой работы для нас, – отозвался Фаркоп.

– Перерождённых сколько? Что с блокировкой дверей бункера? – решил уточнить Радист.

– Всего выявил тридцать одну тепловую засветку, характерную низшим заражённым, блокираторы дверей активированы только электрические, – сообщил Фаркоп. Выдержав небольшую паузу, добавил. – Короче, действуем по ранее отработанной схеме. Сейчас я опущу грузовой модуль, крепим за массивные объекты наш транспорт. Дальше действуем по отработанной схеме: вскрываем вход в подземную дежурку, выносим пустышей, собираем и грузим трофеи.

Если сам перелёт от острова робинзонов занял около полутора часов, то сбор и загрузка растянулись почти до двенадцати дня. И это притом, что проникнуть в скрытые под поверхностью помещения получилось сходу, а упокоить переродившихся удалось минут за сорок. Основными причинами этому стали количество лесников, грузоподъёмность воздушного транспортника и полученные от рейдлидера инструкции, что следовало брать с собой помимо оружия и боеприпасов. Радист закинул последний принесённый свёрток в грузовой каркасный модуль, в котором на платформе с горкой были сложены коробки, тюки и ящики. Смахнув рукой пот со лба, он взгромоздился на край борта и обратился к Фаркопу, приложившегося к пластиковой бутылке с водой:

– Скажи, нахрена нам столько масксетей, обмундирования, консервов и прочего?

Ответом ему было только бульканье ритмично переливающейся в горло жидкости, и жест руки крёстного, предлагающий немного подождать.

– Не знаю, как вы, но я себя чувствую вьючным животным, – пробурчал Кардан.

Фаркоп наклонился вперёд, вылил остатки воды себе на голову, и лишь потом сказал:

– Все вопросы к Ворону.

– Сейчас на тройник со старым парком отправимся? – поинтересовался Двигун.

– Нет особой нужды в этом, да и времени. Сейчас двинем обратно на остров робинзонов, – сообщил Фаркоп.

– Что, вместе со всем собранным барахлом, хавчиком, стволами и боеприпасами? – удивился молодой рейдер.

Старший экипажа молча кивнул в ответ.

– Ничего не понимаю, а с обедом как быть? – встрял Кардан.

– Перекусим по пути, нормально поедим в коттедже, ну а про остальное у кого спрашивать я уже сказал. Бронемашины и чего-то типа передвижной пусковой установки зенитчиков нам не встретилось, поэтому действуем согласно инструкции Ворона. Я деталей, что и почему, сам не понял, так что завязывайте со своими вопросами. Короче, пять минут на отдых и грузимся.

Перед отправлением Фаркопу пришлось слить около шести тонн воды из балластных цистерн, закреплённых вдоль нижней части хребта транспортника, чтобы обеспечить необходимую плавучесть дирижабля. В процессе у него промелькнула мысль: «Не удивительно, что мы так умотались, таская припасы на подвесную платформу». Как только необходимый баланс был достигнут, и поверхность земли стала медленно отдаляться, «Технолог-23-1/2» неспешно развернулся и лёг на обратный курс. До острова робинзонов рейдеры добрались спокойно. К моменту, когда воздушный грузовик приблизился к наплавному пирсу, их уже встречали. Фаркопу пришлось применить свои таланты, чтобы правильно расположить над свободным пространством грузовой модуль и точно опустить подвесную каркасную платформу на свободное от бронемашин место.

– Как прошло? – ожидаемо поинтересовался у него Ворон.

– Могло быть и лучше, но в целом, нормально, – ответил уникум группы.

– Есть список трофеев?

– По основным позициям, – сообщил Фаркоп, достал свой смартфон и добавил. – Давай скину тебе на гаджет.

Лидер в ответ кивнул и извлёк из кармана своё устройство. Получив файл с описью, он внимательно посмотрел переданную информацию, потом подошёл к грузовой платформе, заглянул за занавес из масксети и обернулся к членам группы. На лицах рейдеров застыл невысказанный вопрос, зачем это здесь. Рейдлидер не стал тянуть:

– Нам может понадобиться запас стрелковки на Плотине плюс с атомитами вопрос не закрыт.

– Командир, поясни, о чём ты? – спросил Краб.

– Кое-что из собранного хабара нам имеет смысл пустить на усиление дружественных нам групп иммунных, а большую часть убрать в схрон на старой ГЭС, – ответил лидер.

– С заначкой на тройнике, откуда предстоит сделать ещё не одну вылазку, понятно, но причём тут облучённые? – поинтересовался Шмель.

– Меня не покидает мысль, что без конфронтации с иммунными, подвергшимся воздействию радиации, не обойдётся. При этом пострадают лояльно настроенные нам поселенцы, а это никуда не годится, – сказал Ворон.

– Так, может проще самим нанести удар и загнать атомитов в их подземелье? – спросил Двигун.

– Дадут повод, придётся так и сделать, но сейчас мы с ними никак не пересекаемся. Знаешь, иногда проще и дешевле обеспечить баланс сил, чем пытаться перекраивать всё под свои удобства.

– Тебе виднее, ты у нас стратег, – пробурчал Краб.

– Так понимаю, принципиальных возражений по моему предложению нет? – Ворон обвёл членов группы внимательным взглядом.

Возражений не было. Рейдеры знали цену оружию и прочим полезностям, позволяющим выживать в Улье, и отлично понимали, что разумное и взвешенное усиление дружественно настроенных иммунных пойдёт им только на пользу. Лидер выдержал небольшую паузу и сообщил, что завтра утром группа отправится обратно на Плотину, затем дал указания, что следует выгрузить из привезённого для передачи робинзонам, а что стоит сразу перекинуть в БТРы, для поселенцев Путяги. В частности для островитян лесники сложили на причале небольшую кучку из упакованных продуктов, тюков с масксетью, вещмешков с армейским обмундированием и амуницией. В довершении ко всему шло оружие: один автомат АК-74 с подсумком, тремя запасными магазинами и двумя сотнями патронов 5,45х39 мм, а так же один ручной пулемёт с пристёгнутым к нему коробом, вмещавшим ленту на сто патронов и ещё одним, запасным. Вызывать приёмщиков от робинзонов по рации или ходить за кем-то из них не пришлось. Ворон окликнул Стопаря, пришедшего на пирс, чтобы подготовить моторную лодку перед выходом на рыбалку. Когда иммунный понял, что собираются передать их маленькой общине рейдеры, он весьма бурно выразил свою благодарность и быстро разыскал Вертела с Фрамугой. Втроём они занялись переноской ценного имущества. После обеда лидер в компании Маэстро отправился поговорить с Анастасьей и Жнецом, а остальные лесники пошли на берег озера купаться и отдыхать. Недалеко от пирса имелось подходящее место для этого, так что оставлять дежурного наблюдателя на понтоне с техникой не требовалось.

Фаркоп, сделав очередной заплыв, растянулся на тёплом песке и потягивал охлаждённую крестником газировку. Нагоняемый ветерком лёгкий прибой лениво облизывал сушу. В зарослях кустов и стоящих неподалёку деревьях не замолкали суетливые птахи. Большая стрекоза пронеслась над водой и скрылась за растительностью. Наблюдая за окружением, мужчина вполуха слушал трёп товарищей и старался ни о чём не думать. Через некоторое время к пляжникам присоединились лидер и шустрый рейдер. Ворон сообщил, что у Птахи появилась крестница. Спасённая из Марьино иммунная пожелала называться Нюшей, при этом до сих пор не могла понять, что с ней случилось и куда её угораздило попасть. Фаркопу было интересно, сообщила она хоть что-нибудь полезное про мир, с куском которого её закинуло в Улей. Прислушиваясь к рассказу лидера, он вскоре понял, что ничего полезного у девушки узнать не выйдет. Слишком далека она была по роду своих занятий и интересов от техники. С ней вообще вышла странная история. Когда робинзоны привезли свежачку на остров, то сначала дали ей просто немного придти в себя, и лишь потом Птаха стала с ней разные разговоры вести. Нюша сообщила, что работала над заказом богатого клиента, связанного с изменением дизайна в его коттедже. Так вышло, что во время вчерашнего визита Ворона, Маэстро и Краба в ресторанчик базы, крепыш спросил спасённую о её прежнем роде деятельности в нормальном мире. Разумеется, она повторила тоже, что наплела Птахе. Глава группы лесников своим талантом определил, что девица сказала неправду, и предупредил об этом Анастасью перед своим уходом. На ночь глядя разбираться не стали, зато сегодня с помощью одарённого с талантом ментата выяснили, что девушка была эскортницей. Возникла неловкая ситуация и с ней ещё предстояло разбираться. Чем жила до попадания в Улей Нюша в крупном жилом стабе вообще не слишком бы кого заинтересовало. Считалось, что сохранивший разум человек начинает жизнь после переноса, словно бы заново. Интересоваться прошлым у посторонних было не принято. Те же стабовские ментаты задавали вопросы, касающиеся только статуса и намерений новичка по отношению к жителям поселения, в которое прибыли. С малыми общинами иммунных, готовых принять в свою семью, всё было сложнее, поэтому к собеседованию отношение было иное. Помочь свежаку это одно, а принимать в свою группу, это уже совсем другое. Всплывший обман довольно резко поменял отношение со стороны робинзонов к Нюше, и чем это закончится оставалось не ясно.