Геннадий Добряков – S-T-I-K-S. Водила книга 8 (страница 11)

Перебазирование

После раннего завтрака собранная с вечера группа Ворона, не задерживаясь дольше необходимого, покинула кубрики и направилась в сторону выхода на поверхность. Обмениваясь кивками с попадавшими навстречу жителями, экипированные и вооружённые для выезда на кластеры мужчины особого интереса ни у кого не вызывали. В транспортном ангаре рейдлидер попросил всех задержаться и провёл инструктаж, заодно распределив, кто и на чём поедет. Команде из восьми человек предстояло перемещаться сразу на пяти бронемашинах. Ворон решил, что с ним в «Рексе» останется Маэстро, с Карданом на «Вепре» – Шмель, «Зверобоя» поведёт Фаркоп в компании Краба, Радист сядет за руль «Крокодила», а «Черепахой» будет управлять Двигун. Получив необходимые указания, лесники поспешили к своим транспортным средствам. В отличие от броневика, запаркованного на стоянке под землёй, остальные машины располагались на поверхности, и их ещё предстояло освободить от масксетей. Местом сбора колонны Ворон определил старую асфальтированную дорогу тройника перед перекрёстком со стороны сосняка.

Компоновка и оборудование места механика-водителя ударного БТРа были идентичны тому, как технари Лесного обустроили всё в других восьмиколёсных амфибиях группы. Фаркоп бегло осмотрелся, пристроил за спинкой кресла рюкзак с клевцом, автомат с винтовкой в специальных держателях. Включив бортовое питание, активировал мониторы, проверил показания приборов и запустил двигатель. Тем временем, крепыш помогал Двигуну снять маскировочную сеть с «Черепа», зацепившуюся за шипастый обвес. Обычно при таких манипуляциях выручали шесты с «вилкой» на конце. Рейдеры давно завели себе привычку иметь такие под рукой, но в этот раз что-то пошло не так и пришлось повозиться. Вскоре Краб вернулся и занял место старшего машины. Надевая шлемофон, он спросил:

– Поехали?

– Угу, – ответил Фаркоп, включил передачу и плавно тронулся с места.

По мере готовности бронемашины выбирались на старую дорогу тройника и занимали место в колонне. «Рекс» приехал первым, за ним встали «Крокодил» и «Вепрь». Из-за заминки с «Черепом» Фаркоп на «Зверобое» оказался предпоследним. Камеры внешнего обзора исправно транслировали на экраны картинку хорошего качества. Оставалось дождаться бронетранспортёр под управлением Двигуна, и можно было отправляться. Наконец, из-за деревьев и кустов показался нос «Черепахи». В этот момент из другого проезда, ведущего к базе сквозь заросли, вынырнул рейдмобиль на основе пикапа и направился к головному броневику. Стоящая впереди техника заслоняла обзор Фаркопу. Применив свой талант, мужчина мог узнать, что там происходит, но посчитал это лишним. Не прошло и двух минут, как колонна тронулась. Около перекрёстка рейдер увидел Малого в компании Стрижа. Безопасники с озадаченными выражениями лиц провожали взглядом покидающую треугольник технику. Невольно закралось подозрение, что руководители общины до последнего не верили в намерение группы Ворона отправиться в длительный автономный рейд. Мало ли с какой целью их лидер накануне распорядился под пробку заправить все машины и выкупил прорву взрывчатки у Лесного. Смотаются на вылазку и вернутся. Вот только количество бронетехники, покинувшей места парковки, с обычным рейдом никак не вязалось.

Выбрасывая гарь выхлопа, бронемашины пересекли границу тройника и выехали на ухабистый грейдер. Фаркоп, выдерживая дистанцию, привычно нырнул в мир контуров и линий, чтобы оценить наличие угроз. С момента обновления прилегающей к Лесному соты прошло около двенадцати часов. Обычно это событие не доставляло проблем, но всё равно стоило периодически отслеживать ситуацию. Перегрузившийся кластер неприятных сюрпризов не принёс и в этот раз. Поднимая клубы пыли, бронемашины добрались до заброшенной деревушки и за ней свернули на полевую дорогу, ведущую к лесному массиву. От тройника со старым заброшенным парком путников отделяло ещё семь кусков Улья. Несмотря на сложные участки, существенно замедлявшие движение, все они обновились достаточно давно и представляли собой необитаемые или малозаселённые территории.

Гоняя в голове разные мысли, Фаркоп на «автомате» вёл «Зверобой», периодически следил за возможным появлением посторонних тепловых засветок и состоянием техники. Сидевший рядом Краб хранил молчание и не горел желанием общаться. Изредка мужчины перебрасывались фразами и то, по делу. Казалось, ничего непоправимого не произошло, да и вообще, особой нужды куда-то уезжать не было. Ну не совпали взгляды, так ведь никто ни с кем не ссорился. В тоже время, Фаркоп явственно осознавал, что между их группой и членами малого совета поселения, представляющих интересы оседлых жителей, разрыв взглядов на процессы и оценку возможностей существенно возрос. С развитием талантов рейдеров недопонимания становилось всё больше и больше. Руководство Лесного ставило во главу угла коллективные задачи всей общины выше того, к чему стремилась их команда. Совет опирался на поддержку большинства своих избирателей и формально основные положения поселения не нарушал, однако непрекращающиеся попытки вовлечь обособленную группу Ворона в свои планы, невзирая на её статус, рано или поздно могли привести к конфликту.

Около одиннадцати утра колонна из пяти бронемашин по щербатому грейдеру подъезжала к тройнику «Старый парк». Треугольник со сторонами примерно 400 на 550 и 600 метров вытягивался своим остриём на запад. Как только замыкающая «Черепаха» оказалась на маленьком стабе, Ворон по рации отдал команду двигать на поляну, где росли старые кряжистые дубы. Её размеры позволяли без проблем разместить транспортные средства, и именно на ней ночевала группа, когда в этом случалась необходимость. Фаркоп пристроил «Зверобоя» недалеко от въезда, заглушил двигатель и вместе с Крабом выбрался наружу. От расположившегося около старой беседки «Рекса» им рукой махал лидер. Когда все члены группы собрались, он сказал:

– В общем, так. Сейчас перекусываем, затем освобождаем центральный отсек «Черепа» от груза взрывчатки, после чего пять человек на нём отправятся обратно, чтобы перегнать сюда наши квадролёты. Авиаторов возглавит Фаркоп на «Пчеле», пилотировать «Осу» и «Шершня» предстоит Шмелю и Кардану. За руль БТРа сядет Радист, место старшего машины займёт Краб. Выезд и вылет из Лесного завтра утром. За это время мы с Маэстро и Двигуном переставим технику, освободив поляну для приёма летательных аппаратов, и заминируем часть подходов. Вопросы?

– Командир, если вы всё тут заминируете, как нам самим потом не вляпаться? – решил уточнить крепыш.

– На аллее и подъезде к этому месту фугасы закладывать пока не будем, ограничимся только сигналками. Вернётесь, закроем бреши и введём вас в курс дела. Основной упор будет сделан на периметр треугольника, – ответил лидер.

– Что говорить в Лесном, если с вопросами будут обращаться? – поинтересовался Шмель.

– Группа в рейде занимается своими делами с чего вдруг кого-то посвящать в них? Если кто-то из членов руководства базы начнёт расспрашивать о чём-либо, грубить не надо, просто переводите стрелки на меня.

Больше вопросов не последовало. Рейдеры принялись освобождать транспортно-десантное отделение БТРа от взрывоопасного груза. Часть его представляли собой увесистые ящики с уложенными в них фугасами для коптеров-бомбовозов. С виду неказистые полукилограммовые изделия не плохо себя зарекомендовали во время испытаний в Скобинске, но в основном это была либо взрывчатка, либо заряды направленного взрыва. Например, «лежачие стаканы» на треногах. Именно такими самопалами перекрывались подступы к «Старому хутору». Фаркопу не представился случай оценить каковы они в деле. Взяв одну из самоделок Лесного в руки, он посмотрел на неё особым зрением. Конструкция была проще некуда. Изготовленный из толстостенной трубы диаметром 100 мм «стакан» имел глубину 250 мм и отверстие для установки взрывателя. По сути это была своеобразная картечница, крепящаяся горизонтально в грунт при помощи трёх арматурин, приваренных к корпусу. Собственно всё это рейдер уже видел, поэтому его интерес касался только взрывчатки и поражающих элементов.

– Что-то не так? – спросил подошедший Ворон.

– Заряды рабочие, но эти штуки имеют весьма не большой угол разлёта осколков и эффективная дальность поражения не велика.

– Ага, – согласился лидер, – бьют мощно, но недалеко и в узком секторе.

– Надёжно перекрыть периметр такими картечницами будет сложно, – высказал свои соображения Фаркоп.

– Есть более мощные заряды в железных ящиках, самоделки похожие на МОН-90. Увы, их мне продали мало. В основном пришлось брать просто взрывчатку. Всё, что сейчас делает лаборатория Лесного, идёт на юго-восточную линию разграничения Лесного. «Стаканы», – Ворон кивнул на треногу в руках рейдера, – и тех удалось приобрести всего 72 штуки.

– Тогда придётся устанавливать эти штуки особым образом, как если бы ты хотел разместить стрелков с дробовиками для фланговых атак. Имей в виду, что они способны пробить лёгкую броню не дальше 20-25 метров, – поделился результатами изучения изделий Фаркоп.

Среди выгруженного имущества, как и сообщил рейдлидер, в основном оказались металлические ящики без осколочных оболочек. Им тоже могло найтись применение, но для защиты тройника в таком виде они не годились. Закончив с разгрузкой «Черепа», лесники устроились в тени деревьев на импровизированный обед. В качестве основного блюда была тушёнка и армейские индивидуальные рационы питания. Радист своим даром любезно разогрел консервы и охладил напитки в бутылках. Последнее было весьма кстати, солнце стояло почти в зените и ощутимо припекало. Как только покончили с едой, Ворон отдал распоряжение экипажу «Черепахи» выдвигаться в Лесное. Впереди было много дел, тянуть время не стоило.