Я шагнул ближе. Так и есть. Рана затягивалась. Да и чему удивляться? Регенерация, пожалуй, единственное, чего я не видел в этом цирке уродцев. Я выстрелил еще раз, снова в голову. Они же не бессмертны, иначе прошлый Владыка все еще пытался бы править этим миром, а я сейчас сидел бы на паре, или за компьютером, или прогуливался с друзьями по парку.
Я разрядил в Аларию всю обойму. Взял пистолет в зубы, даже не обратив внимания на сломавшийся клык, перезарядил и продолжил стрелять. До тех пор, пока от головы неудавшейся Владычицы не осталось практически ничего. Только тогда упрямая плоть перестала шевелиться и срастаться.
Я отбросил пистолет и пошел дальше по коридору. Такому знакомому коридору…
И он начал оживать.
Свет разгорался медленно, освещая все убогие детали интерьера, жуткое месиво, которое минуту назад было головой Аларии. Меня.
Нового Владыку.
Последней открылась дверь. Невзрачная дверь с табличкой, гласящей «Вход запрещен! Только для служащих!».
Я рассмеялся. Наверное, я давно так не хохотал. Судьбы мира решаются не изящными убийствами, а дверь от дворца Владыки — лишь вход в чулан, где стоят швабры и ведра.
Но ни швабр, ни ведер за дверью не оказалось. Жертвами не изящных убийств оказались сильнейшие мира сего — Продавцы грез. А дверь вела в зал Владыки, который был лишь верхушкой айсберга, уходящего вглубь на сотни метров.
Продолжая хохотать, я, покачиваясь, зашагал к двери. Когда я переступил через порог, мир не сгорел, небеса не рухнули.
Прямо как в прошлый раз.
Я хохотал, шагая к обычному компьютерному креслу, стоящему напротив двух дюжин экранов. Вот он — Трон. Таков он. Символы не нужны. Не нужны короны, мантии и огромные кресла, в которых так удобно греть задницу. Или наоборот, сидеть, чувствуя бремя, легшее на плечи. Я никогда его не чувствовал.
Я…
Я?
Я!
Мой утихший было смех вновь стал громогласным.
Память возвращалась. И смех становился все более и более искренним. Я рухнул в кресло.
Да, я бродил по чужим Отражениям не просто так. Мой Слепок действительно был в каком-то роде поврежден.
Если говорить точнее — два моих Слепка…
* * *
Я стоял посреди полянки и, рассеянно смотрел на голубоглазую девочку. Моя одежда была залита кровью, на сочную зеленую травку под моими ногами натекла целая лужа.
— Я знала, что тут какой-то подвох, — угрюмо произнесла девочка, глядя куда-то мне за спину.
Я не поворачивался, уже точно зная, кто стоит за моей спиной.
— Мне нужны объяснения, — сказал я.
— Ничего я не буду объяснять, — угрюмо проговорила девочка. — Спроси у него, если он скажет. А я ухожу. Не хочу смотреть на то, как вы друг друга убиваете.
Она действительно ушла. А мне не оставалось ничего другого, кроме как повернуться к нему лицом.
— Объяснения, Ариол.
Владыка выглядел как крепкий мужчина лет пятидесяти. Непомерно уставший и забитый. Буквально истерзанный глубокими переживаниями. Он прятал руки за спиной и смотрел на мою обувь, будто боялся, что я его ударю. Но я чувствовал опасность, исходящую от него.
— Все просто, — пожал он плечами. — Я срастил два Слепка. Твой и свой. В моем теле осталась лишь копия… но он справился. И ты справился.
Ариол развел руками, и тогда я увидел пистолет, который он нервно тискал в правой руке.
— Я все еще не понимаю.
— Ладно, — Владыка вздохнул, — давай сначала. Когда случилась война… по моей вине случилась… ко мне пришли Продавцы грез из нескольких кланов. Просили убежища. Убежища такого, где их никто не достанет. Где их не коснутся последствия войны. И я дал им его. У тебя на планете. Выгрузил Слепки из их тел… В общем, они оставались Продавцами грез, но их дети бы уже никогда не стали ими. Я считал, что это будет вроде проклятья для них… Хотя настоящее проклятье — это жить здесь и участвовать в этой проклятой Игре… И… — Ариол судорожно сглотнул, — одной из попросившей убежища была моя жена. Она забрала с собой мою дочь. Твою бабку. Поэтому здесь именно ты.
— Плачу за грехи не отца, но прадеда? — фыркнул я.
— Да. Именно так. Однажды я нашел вас. Случайно. Или… не помню. Большую часть времени после войны я провел в наркотическом угаре. Я нашел вас… И понял, что мне нужен второй шанс. Не как человеку. Как Владыке. Что я должен загладить свою вину перед этим миром. Исправить все, что натворил. Для этого мне нужен был Представитель, который выступил бы за Аларию. Чтобы загрузить в него двойной Слепок. Один — со способностью, второй — со мной. Но я уже не мог терзать Потребителей иллюзий… И тогда я, проклиная свою предательницу-жену, сделал это с тобой. Знаешь, в тот момент мне казалось это актом высшей справедливости. Она бросила меня ради спокойствия, отказалась от чести быть Продавцом грез, а я… сделал им тебя. Почти сделал. Ведь ты спал… Но сейчас ты пробудился… И стал истинным главой второго клана.
— Ну и говно же ты, — процедил я сквозь зубы.
— Так и есть, — кивнул Ариол. — Я слабый человек. Всегда им был. Мной пожертвовали в свое время, а я… взял и выиграл. Вернее, выиграл мой Представитель, пусть и по чистой случайности: никто в пылу сражения не догадался проверить жив он или мертв. Я не заслужил чести быть Владыкой, но я стал им. И сейчас я хочу все исправить, понимаешь? Сделать все возможное для людей. Все, чего бы они хотели…
— В очередной раз накормить их иллюзиями?
Ариол направил пистолет мне в лицо. Его рука тряслась.
— Ты трус, — сказал я. — Но не выстрелишь ты по другой причине. Трус-то как раз бы и выстрелил. Тебя сожрала совесть ведь так? Ты понимаешь, что не достоин, пусть и думаешь, что сможешь все исправить, и хочешь этого всем сердцем. Но ты не хочешь снова брать власть в свои руки, я прав?
Владыка разрыдался. Пистолет выпал из его руки. И почти сразу на траву рухнул сам Ариол.
— Я пытался их остановить… пытался… хотел не допустить трагедии… А потом… потом осталось только пожертвовать большинством, чтобы спасти хоть кого-то. Понимаешь?
Я подошел к Ариолу вплотную и подобрал пистолет.
— Убей меня…
— Нет.
Я наклонился над Владыкой.
— Ты — дерьмо. Как человек и как Владыка. Но сейчас я чувствую, что у тебя не было возможности вырасти нормальным. Как у Аларии. Как у большинства детей этого проклятого мира. Иди. Иди к ним. Я даю тебе второй шанс.
— Но…
Ариол всхлипнул совершенно по-детски. Уставился на свои закапанные слезами короткие штанишки.
— Я…
— Иди играй. Иди отстраивай дом вместе с ними.
Мальчик утер залитое слезами лицо локтем, неловко улыбнулся и побежал к белому домику.
— Ему придется не сладко в первое время? — спросил я.
— Возможно, всегда, — ответила мне голубоглазая. — Но вдруг у него что-то получится?
— Ты же ему поможешь?
— Что я могу, — фыркнула моя постоянная собеседница.
Система.
— Можешь все. Мухлевать точно можешь.
— Только немного. Ариол бы моей ошибкой. Возьму-ка себе нового Владыку, думала я тогда, пусть, наконец, им станет интеллигент, а то уже надоели эти очумевшие от собственного всесилия убийцы. Нейя стагнировала… вернее, катилась в тартарары. Наверное, этого и хотел Предтеча. И я решила рискнуть. Немного помогла…
— А потом помогла мне. Девчонка добила бы меня, пока я валялся в отключке, а потом убила бы пацана.
— Если бы я знала, что внутри тебя сидит он, я бы не дала тебе ни шанса. Ты всего лишь должен был дотащить досюда Силию. Но когда девчонка убила себя… Представь, Алария стала лучшим выбором.
— А я?
— Я видела лишь тень твоего Отражения. Или, скорее, его зародыш. Даже я перепутала его со сном. В любом случае, сейчас у меня нет выбора. Придется работать с тобой. — Голубоглазая посмотрела мне в глаза и грустно улыбнулась. — Сейчас кажется, что хуже уже не будет, но мне казалось это в прошлый раз. Тебе придется как следует потрудиться, парень.
— Ты же знаешь, что я это умею, — сказал я и ободряюще улыбнулся.
Моя левая рука легла на клавиатуру.
Да, все верно. Алария думала, что я сделал это в Отражении. Очистил этот мир. И она, и Ариол действительно стремились к этому.
