Геннадий Алексеев – Неизданные стихотворения и поэмы (страница 101)
о муках унижения
и о равнодушии тупой толпы
ах не печальтесь! –
сказала Сюзетта –
нам было еще хуже!
ах не слушайте ее! –
сказал Гельдерлин –
нам было куда лучше!
до чего же вы оба хорошие –
сказал я –
просто душа радуется
ах что вы! –
сказала Сюзетта
и зарделась как маков цвет
Превращение
я начитался Кафки
и чувствую
что со мной происходит превращение
– глядите люди добрые! –
говорю я –
со мной происходит настоящее превращение!
я превращаюсь
в никелированную ручку от двери
которая всегда закрыта!
глядите люди добрые –
я уже такой блестящий!
но добрые не глядят
глядят только злые
люто ненавидят они
эти никелированные ручки
особенно в дверях
которые всегда закрыты
Стиснув зубы
стиснув зубы
чищу мягкую уже прорастающую картошку
стиснув зубы
читаю теплые письма своих доброжелателей
и даже ем
не разжимая зубов –
приспособился
но иногда
я все же разжимаю зубы
чтобы они не срослись
мне говорят:
чего ты боишься?
срастутся и хорошо
не надо будет их сжимать
но мне как-то боязно –
вдруг криво срастутся!
На старом шоссе
я шел по старому полуразрушенному шоссе
кругом была свалка
ветер выдувал на асфальт
обрывки грязной бумаги
на обочине стоял пустой автобус
около него на земле
сидел пьяный шофер
ну как? –
спросил меня шофер
– да так себе –
ответил я
ветер подбросил обрывки бумаги
высоко в небо
и там они плясали
ликуя 
