ГЕНИЙ ФОКИН – Снова за решёткой (страница 5)
Цыган выходит из туалета и подходит к креслу, на котором сидит Лидия Фёдоровна.
Лидия Фёдоровна
Сегодня после ужина обнаружилась пропажа одной ложки.
Цыган
Спасибо за информацию, Лидия Фёдоровна.
Цыган и другие больные заходят в палату, расстилают койки, раздеваются и ложатся.
Бомжи
Ночью в отделение одного за другим с интервалом пять минут санитарка Ася Павловна вводит четырех бомжей. Санитарка Лидия Фёдоровна
размещает их на свободных койках.
Первый бомж представляясь с поклоном,
с лёгким английским акцентом
Владимир Юрьевич Степанов.
Цыган, лёжа на кровати и заложив руки за голову
Володя, и как же ты попал сюда?
Володя
Да поругался с матерью, напился, вышел из дома и уснул в сквере на лавочке. Там меня полицейский патруль и нашёл.
Цыган
А что ты такой грязный? Такой интеллигентный человек.
Володя, свесив голову
Да полицейские меня раза три роняли, пока, наконец, не доволокли до патрульной машины.
Мне надо было Псалтирь читать, я вместо этого пил водку.
И всем в палате
Читайте Псалтирь и он вам поможет.
Подняв правую руку с указательным пальцем
Это не простое перечисление истин, но успокоение и наставление. А если нет, то будете таким как я.
Цыган Володе
Буду звать тебя Философ. А меня зовут Цыган.
Цыган второму бомжу
А как ты попал сюда?
Второй бомж
Я служил в ВДВ, а зовут – Панас Малявин. Да, выпил водки с друзьями на Красной площади и на спор положил цветы к Ленину, а не к Мавзолею. Там у Ленина меня и забрали. Ну, я вам скажу. Вошёл внутрь с цветами и вдруг двое откуда-то сверху прыг на меня, повалили и скрутили. Я даже повернуться к выходу не успел, чтобы убежать. Уж куда я служил в спецназе ВДВ, а поделать ничего не смог. В общем, охрана у Вождя мирового пролетариата на высоте. Выволокли они меня из мавзолея, а там уже полиция. В отделении составили протокол о хулиганстве, а затем сюда привезли, видимо подумали, что белая горячка.
Цыган
Неплохо, Панас. А я смотрю, какой-то ты весь белый, совсем горячий. С тобой теперь всё ясно, лечись.
Третий бомж, лёжа в кровати и показывая рукой на окно
А почему решётки на окнах? А? Я что в тюрьме?
Цыган
В тюрьме у тебя были бы надзиратели, а здесь – санитары. В психушке ты. Понял или нет?
Третий бомж, кладя руку на голову и общупывая её
Так, стало быть, у меня крыша не на месте?
Цыган
Правильно, и не только у тебя одного. Посмотри вокруг себя.
Третий бомж, приподнимаясь на локтях с койки и оглядываясь
Боже мой, сколько народу! И у всех крыша съехала! Так что же теперь будет? Человечеству каюк?
Цыган
Какой каюк. Лечить будут.
Третий бомж
А как лечить будут?
Цыган
Таблетки да уколы, вот и всё.
Третий бомж
Я смотрю, ты много знаешь.
Цыган
Так я здесь не в первый раз.
Третий бомж, грустно
А я в первый.
Цыган, тыча себя большим пальцем в грудь
Это я должен был сказать грустно, что я не в первый раз, а не ты, что в первый раз. И как тебя зовут, страдалец?
Третий бомж, грустно
Петрович. У меня фамилия Петрович, и отчество Петрович, а имя я не скажу.
Цыган
А имя у тебя – Пётр, а? Да, отец у тебя был не оригинален.
Петрович, смотрит под кровать
Я где-то тут бутылку водки начатую поставил. Никто не видел, а?
В это время четвёртый бомж стаскивает одеяло со своей головы.
Цыган четвёртому бомжу