Гаянэ Степанян – Книга аэда (страница 30)
– Ваш муж… он мертв. Видите Жнеца? Это смерть. А вот Воробей – символ его отлетевшей души. Он принял трудную смерть, он хотел похитить чьи-то важные тайны – и его сломил Защитник по приказу Хранительницы этих секретов, вот их руны… Руна Создательницы свидетельствует, что его останки надо искать в древнем капище или городе… Уж не в предполагаемой ли Ксантии? Я вам соболезную, госпожа Фельтауз.
– А если она, задав этот же вопрос, снова кинет кости, выпадет тот же расклад? – внезапно спросил юнец в черной кожаной куртке, рыжий, как брат огня. Он стоял у самой ленты заграждения напротив столика и присматривался к рунам на костях.
Позже Даррен жалел, что вступил в диалог, а не дал охране знак оттеснить юного нахала. Но в тот момент ему показалось, что появился отличный шанс продемонстрировать свое мастерство. Он покровительственно посмотрел на мальчишку:
– Мой юный друг! Кэлидарра, одна из возможных вселенных, дает ответ на каждый вопрос только единожды, все прочие броски будут уже бессмысленны.
– С какой стати вы меня называете другом?! – огрызнулся юнец. – Я не дружу с такими, как вы. И вы неправы: Кэлидарра, единственно возможная для нас вселенная, диктует свою волю колебанием дхарм. И колебания не меняются только потому, что расклад уже был единожды выкинут. Он всегда одинаков, если гадает не шарлатан, конечно.
Даррен растерялся от такого напора. Он пожалел, что начал этот разговор, но вызывать охрану было поздно: юнец прилюдно бросил ему вызов и плазмы уже транслировали их пикировку. Прорицатель выдавил улыбку:
– А вы, молодой человек, считаете, что знаете о гаданиях в свои юные годы больше, чем я. Я правильно понял, что вы полагаете, будто расклад должен выпадать одинаковый при одинаковых вопросах?
– Вы все верно поняли, – кивнул юноша.
– То есть вы хотите сказать, что если гадать станете вы, то клиент будет выбрасывать одинаковую комбинацию рун на костях?
– Несомненно.
Даррен с облегчением улыбнулся: этот наглец сам себе подписал приговор. Мысленно придумывая речь после фиаско мальчишки, Даррен широким жестом пригласил собеседника к столу:
– Пожалуйста, продемонстрируйте свое мастерство!
Юноша, не дожидаясь, когда охранник пропустит его, ловко поднырнул под ленту ограждения и встал около столика.
– Госпожа Фельтауз, вы хотели бы задать вселенной тот же вопрос?
– Да, – растерянно кивнула она.
– Тогда кидайте.
– Правой рукой?
– Не имеет значения.
Выпали два Жнеца, Создательница, Господин Запределья и две Хранительницы.
Госпожа Фельтауз вопросительно взглянула на юношу. Тот же смотрел на выпавший расклад с удивлением, как будто ожидал какой угодно комбинации рун, только не этой.
– Молодой человек уверял, что при нем кости всегда показывают один и тот же расклад, кидайте снова, госпожа Фельтауз, – вмешался Даррен.
Марита кинула кости опять – и они упали теми же рунами, что и в первый раз. Даррен даже забыл о своем имидже отрешенного от всего мирского предсказателя и приподнял брови от удивления:
– Это совпадение. Еще раз.
И в третий, и в четвертый, и даже в седьмой раз расклад повторялся. Происходившее за столиком Даррена транслировали уже все шесть плазм.
Марита посмотрела на юношу:
– Вы необычный человек. Пожалуйста, растолкуйте расклад.
– Я не знаю, все ли хорошо с вашим мужем, но он жив. Смотрите: две Хранительницы против двух Жнецов позволяют толковать Жнеца как Всадника. Один Всадник – это путь. Два – дорога туда и обратно. Это значит, что господин Фельтауз вернется. Он в большой опасности, но его действиями руководит некая высокая цель, о чем говорит руна Создательницы. Об опасности же сообщает руна Господина Запределья. Простите, что так мало, но кости очень лаконичны, расклад на картах раскрыл бы больше деталей.
– Вы… вы первый, кто сказал мне сегодня, что мой муж еще жив. И вам я доверяю больше, чем им всем! – кивнула госпожа Фельтауз на прочих провидцев. – Сколько я вам должна?
– Нисколько, госпожа Фельтауз. Извините, но нам пора.
Агнеда снова поднырнул под ленту заграждения и, оказавшись по другую сторону, кивнул своим спутникам, чтоб они следовали за ним.
– Тарни, подойди сюда скорее, у нас непредвиденный поворот сюжета! Или предвиденный? – Бейнас и несколько редакторов смотрели в студийный экран, не отрываясь.
– Что там у вас? – Тарнесса расслабленно сидела в кресле, пытаясь одновременно и отрешиться от разговора с Каллеатой, и понять, что же стояло за снами и словами ханшеллийки.
– Не у вас, а у нас. Иди сюда.
Тарнесса нехотя подошла, но через мгновение вперилась в экран так же жадно, как и остальные. За столиком Даррена Мадруса творилось что-то невероятное: госпожа Фельтауз несколько раз кряду бросила кости – и все время выпадал одинаковый расклад.
– Как это возможно? У Даррена с костями что-то не так?
– До того как к столику подошел этот юнец, у него все было в полном порядке. А потом юнец заявил, что у настоящих прорицателей кости всегда падают одинаково. И вот теперь…
– Как это возможно?! Кто он?
– Пока не знаем. Но, кажется, Даррену хана. Мы влипли?
Не отрывавшаяся от экрана Тарнесса только хмыкнула:
– Мы?! Влип Даррен, это его проблемы. Мы уже отработали его рекламную кампанию по полной. А для нас все может обернуться непредвиденно хорошо…
Тарнесса уже представляла себе сенсационный выпуск шоу: никому не известный юный гений провидческого искусства внезапно открылся на фестивале «Врата будущего»…
На экране рыжеволосый мальчишка отходил от столика остолбеневшего Даррена. С ним была не менее рыжая девица и юнец с волосами цвета весенней листвы. Ребят останавливали, пытались задать им вопросы, но подростки упрямо и молча двигались дальше, нарочито никого не замечая.
– Бейнас, немедленно распорядись, чтобы охрана их задержала под любым предлогом и препроводила ко мне. И пусть документы проверят, чтоб узнать имена. Девчонка и эльф не интересуют. Главное взять рыжего.
Агнеда, Лисантэ и Нирман, радуясь, что не сдали куртки в гардероб, спешили к выходу. Они надеялись уйти до начала шумихи из-за гадания Агнеды. Внезапно на пути выросли двое охранников.
– Молодые люди, прошу вас задержаться, – обратился один из них.
– В чем дело? – недоуменно спросил Агнеда. – Мы очень торопимся.
– К сожалению, вам придется отложить свои планы, молодой человек. На пункт охраны обратилась женщина с жалобой, что у нее украли дорогой браслет. Вы похожи на предполагаемого преступника. Мы вас ни в чем не обвиняем, но просим задержаться до прибытия Саргата. Позвольте ваши документы.
К ним приближались еще трое охранников. Агнеда протянул паспорт. Охранник вскользь просмотрел разворот документа и вернул его юноше.
– Прошу пройти с нами.
– Вы не имеете права нас задерживать! – вступился за друга Нирман.
– А вас, молодой человек, никто и не задерживает. Вы и девушка свободны. Вопросы только к нему. И мы имеем право задерживать подозрительных лиц до приезда Саргата. Саргат во всем разберется.
– Я его сестра и последую с вами. – Лисантэ поняла, что сопротивляться бесполезно и придется подчиниться.
Охрана проводила ребят в гримерную. Им вежливо предложили присесть на кожаный диван за журнальный столик. Не успели они расположиться, как вошла белокурая темноглазая женщина в алом платье, тесно облегающем стройную фигуру. Кэльвы узнали Тарнессу Веррат. За ее спиной стояла невысокая смуглая женщина, похожая на ханшеллийку.
Тарнесса уверенной походкой подошла к крутящемуся креслу перед зеркалом, не спеша уселась и развернулась к подросткам, закинув ногу на ногу. Ханшеллийка осталась у входной двери.
– Друзья, здравствуйте! Вы ведь меня узнали?! – начала Тарнесса, привыкшая к тому, что само по себе ее появление вызывает восторг и снимает все вопросы. Но кэльвы промолчали, а взгляды их оставались хмурыми и недоумевающими. Тарнесса про себя даже немного возмутилась – нежелание попросить автограф и сделать общую фотографию показалось ей невежливым.
– Вы, наверное, недовольны, что вас задержали под таким некрасивым предлогом. Но поверьте, господин Тариэн, – обратилась она к Агнеде, – услышав мое предложение, вы сочтете этот неприятный инцидент своим счастливым билетом!
– И что это за предложение такое, ради которого меня обвинили в воровстве? – хмуро спросил Агнеда. Его глаза были холодны, как осеннее небо над северным карагорским морем.
– Погадайте мне! И если вы снова продемонстрируете свою способность влиять на расклад костей, вам обеспечено место победителя в шоу этого года! Бесплатно! Это предложение беспрецедентно, все прежние победители платили до двухсот тысяч талерионов.
– Вы считаете, что мне нужно в ваше шоу? – Голос Агнеды был холоден, как и его взгляд.
Тарнесса, ожидавшая совсем другой реакции, даже растерялась.
– Вас узнают миллионы зрителей, а это означает не только славу, но и хорошие деньги!
– Вы полагаете, я в этом нуждаюсь? – повторил Агнеда еще холоднее и отстраненнее.
Тарнесса впервые за несколько лет почувствовала, что попала в тупик: людей, желающих участвовать в ее шоу и готовых платить за участие, было больше, чем шоу могло вместить. Шла нешуточная борьба даже за места статистов. Стоимость титула победителя росла с каждым годом, но этому мальчишке не было никакого дела до предложения, за которое сотни людей отдали бы все.