Гай Юлий Орловский – Ричард Длинные Руки (страница 2)
– Стреляй! – кровожадно завопил Анатолий. – Успеешь!
Монстр ударил, в нижнем углу красная полоса жизни Бориса сократилась на четверть. Он судорожно нажимал спусковой крючок, пули впивались прямо в морду, монстр ударил еще, еще…
– Ну!
Монстр замахнулся для последнего удара, но тут синяя полоска подошла к концу и… оборвалась. Он взревел страшно, с неба полыхнули молнии, земля затряслась. Монстр обрушился навзничь, земля дрогнула еще раз.
Борис дрожащей рукой вытер пот со лба.
– Фу, – сказал он потрясенно. – Не ожидал… Все так легко шло, что я забыл сэйвиться.
– Лозер, – сказал Анатолий со вкусом.
– Еще какой, – согласился Борис покорно. – Нет, ну какой гад, а?
– Еще бы чуть…
– Пришлось бы переигрывать почти с начала!
– То был босс уровня, – предположил Анатолий.
– Или там дальше ребята все круче и круче, – сказал Борис.
Я смотрел на монстра равнодушно. Я не фанат игр, я больше по фильмам, в них монстров строгают лучше. Там такие рожи, что поначалу вздрагивал, но человек привыкает ко всему. И быстро. Особенно когда с монстрами перебор, в каждом фильме десятки. И только какие-нибудь компьютерные штучки привлекают внимание, да и то ненадолго. Словом, к монстрам привыкли настолько быстро, что фильмы с ними ушли с первых мест. Сейчас даже игры с монстрами уступили первые места симуляторам да строительным.
Алина разделась донага и сидела, раздвинув полные сочные ноги, наискось от Бориса. Тот уже засэйвился и переключился на покер, шел на огромный риск, но если удастся подобрать одну-единственную карту, то у него на руках полный стрэйт, красотка на экране вынуждена будет сбросить не только легкое платьице, но и трусики, ибо в банке уже на две раздевальные позиции.
– Эй, – позвала Алина со смешком, – я здесь, не там!.. И уже без каких-то дурацких трусиков.
Борис отмахнулся, не поведя и глазом. Я посмотрел на Алину, перевел взгляд с ее сочных грудей на окно, хорошо загерметизированное, с тремя слоями глушителей, чтобы смягчить шум улицы. Хорошая подруга, но секс – это привычно и неинтересно. Все, что можно было придумать, уже перепробовали с нею, все вообще-то пресненько, а всякие острые специи вроде ревности, тайности и прочие разжигатели интереса – заботливо убраны современной моралью. А в самих отношениях новое принципиально невозможно, слишком невелик набор, все перепробовано во всех вариантах. В то же время в играх всегда есть что-то новое, как вон в «Дорожном патруле», и разбиваются все круче, и машин крошится все больше, и операторы наловчились успевать чуть ли не за миг до аварии…
У меня на харде около сотни игр, но большинство – старье. Все новье – на дисках. Сейчас выходят очень навороченные, с суперграфикой, сумасшедшей играбельностью… Я прошелся взглядом по полочкам. Теперь уже и промышленность наловчилась делать так называемые «компьютерные столы». Не ахти какое чудо, зато предусмотрены полочки под слимы, пластмассовые коробочки для лазерных дисков. И вот на двух полочках плотными рядами игры, как раньше точно так же стояли сборники поэзии, всякие булгаковы да набоковы.
Вот знаменитый Hitman, игра про наемного убийцу, вот рядом крутая игра с наворотами со спецэффектами о вампире, вон еще про вампира, а дальше про оборотня. Разница невелика, во всех трех я должен подстерегать прохожих, убивать, пить кровь, а когда наберу пару уровней, смогу вырывать их сердца и пожирать, а когда стану круче, буду пожирать людей уже целиком. Все сделано эффектно, когда кровь плещет, к примеру, на стену, то не остается кровавым пятном, а медленно сползает на землю, все по законам тяготения. А жертвы вопят так, что мороз по коже. Особенно жалобно вопят младенцы, но это в первом уровне, когда еще слаб, а во втором уже начинаешь нападать на их матерей…
Да, все последние игры – о вампирах, киллерах, проститутках, оборотнях, гангстерах, ворах, извращенцах. Я недавно играл через сеть на battle.net, так вот, несмотря на все свои неплохие рефлексы, меня быстро облапошили, раздели, ограбили, выпили из меня кровь, и потом какой-то игрок затащил в камеру пыток и долго балдел, выкалывая мне глаза, отрезая язык, уши, нос, а потом вообще посадил на кол… Я сам бы, понятно, сделал с ним то же самое, но он успел раньше. Что делать, есть свободные люди, которые играют дни и ночи, настоящие виртуозы, чемпионы, а я все-таки еще и работаю. И по бабам иногда не забываю.
Алина, не дождавшись продолжения хроники, поднялась и, мощно виляя бедрами, ушла на кухню. В нашей компашке она сегодня единственная женщина. И хотя все, что умеет на кухне, мы делаем лучше, но молча и с удовольствием согласились, что коктейли и бутерброды готовить ей.
Борис шарил по всему харду, завистливо охал, хватался за сердце. Собственно, он зарабатывает не меньше моего, но у него все на баб, пьянки, на обязательный отдых на Кипре, помешались на этом Кипре… правда, туда дешевле всего, а я «лишние» деньги вкладываю в комп. И оттягиваюсь с ним. И диски у меня едва ли не все за последние три-четыре года: фильмы, энциклопедии, книги, программы, игры…
Вошла Алина, опустила на край стола поднос с тонкостенными фужерами на длинных ножках. Каждый до половины заполнен смесью вина, сока и коньяка, на ободке по ломтику лимона, только один для Бориса полон на треть, Борис в этом сноб. И его фужер без лимона.
Мы неспешно разбирали фужеры, торопиться неприлично, но и оставлять не принято. Хотя мне чудится, не только мне противно глотать эту розовую гадость, но… в этом сезоне модно именно это. А мода, как известно, рулит нами круче, чем канцелярия президента или таинственные олигархи.
Анатолий, демонстрируя свободомыслие, допил коктейль чуть быстрее, чем принято, отыскал у меня на полке пакет с чипсами, хрустит, как бурундук в сибирской тайге на высоком кедре.
Борис сделал знак подать и ему, одной рукой пошарил, не глядя, в пакете, другой двигал мышью.
– Наша беда в том, – сказал, не отводя глаз от дисплея, – что у нас притупились все чувства!
Алина спросила лениво:
– Так уж и все?
– Все не все, а самые главные – точно! Вон когда появились видики… или видаки, как правильно?.. ты визжала и прыгала по всей комнате и ее окрестностям. Когда героя давили или убивали, ты орала от возмущения, а когда девку выдавали за чужака, ты ревела. Ревела, ревела!.. А сейчас смотришь и спокойно пивко хлебаешь, губа не дрогнет. И сердце не екнет, когда героиню под каток мордой о землю…
Анатолий засмеялся.
– А эти компьютерные игры? Как ликовали, как ходили на ушах!.. Помню, когда ты резалась в DOOM, то отпрыгивала от экрана, когда вдруг выскакивал дядя с пушкой в руках. А помнишь Prince of Persia? Ты не могла в нее играть, потому что он иногда срывался в яму с кольями. Было такое? Вот-вот. А там же была простейшая двумерная игрушка с убогой графикой. А сейчас и графика в отпаде, и мощнейшие акселераторы, и кровь чуть ли не выбрызгивается с экрана на стол. И что?.. Да сидим, не вздрагиваем. Даже сердце не бьется чаще. И кровяное давление не повышается. Теперь мы все сплошь гильгамеши, все видавшие.
Борис сказал с ожесточением:
– Мы отвыкли изумляться! Да что там изумляться… Даже на сла-а-а-абенькое удивление кишка тонка. Вот сейчас влезь к нам через стену монстр ростом в два метра и с двумя головами, никто и не подумает, что стена бетонная, внутри всякие трубки да кабели, нет – любой с умным видом скажет либо про голографию, либо компьютерные штучки… теперь все на спецэффекты валят. А то и пустятся в рассуждения про НЛО, перемещения во времени и всякую прочую лабуду. И ничья рука с фужером не дрогнет!
Анатолий ухмыльнулся.
– Коктейль больно хорош. Грешно пролить хоть каплю.
– Вот я и говорю, – сказал Борис. – О чем я говорю?.. Ах да, о неудивляемости. И вообще… Увидели бы этот мир мой дедушка да бабушка, снова бы от одного расстройства в эскэйп ушли. В их мире «сексуальная женщина» – это ругательство. Как и «эротичная»… А теперь вон рекламируют, в школах на уроках учат, как быть посексапильнее…
Анатолий ухмыльнулся.
– А как насчет красоты порока? Привлекательности Зла? Дима, ты чего все молчишь?
Я развел руками.
– Куда уж мне. Говорите, вы все такие умные.
– А чего у тебя вон на полке «Цветы зла» Бодлера?
Я оглянулся.
– Правда? Не замечал. Это от родительской библиотеки крохи.
– Да какое же это зло? – возразил Борис, он совершенно не обращал внимания, что у меня кислый вид… – Любая жизнь, как знаем из учебника, – просто форма существования белковых тел. В природе вообще ни добра, ни зла, кстати, не было даже в человеческом обществе! Все придумки христианских теологов. Вспомните, разве ведали разницу между добром и злом эллины, которыми мы так восторгаемся, а их мифы издаем миллионными тиражами? Вспомните, владыка всех богов и устроитель порядка на Земле великий Зевс перетрахал всех баб, замужних и девственниц, причем не видел разницы: человеком он на них лез или животиной. К примеру, спящей Ледой он овладел, как изысканно говорят первоисточники, будучи лебедем, Европу поимел в облике быка… Кстати, настоящих быков, коров и всякий прочий зоопарк он трахал так же спокойно, как и людей, не видя разницы! Когда в облике человека, когда в облике животного. И так делали все боги… И так было во все времена, во все века, при всех религиях. Но пришло христианство и ни с того ни с сего объявило это злом. Пороком!