Гай Орловский – Подземный город Содома (страница 51)

Михаил ощутил, что краснеет, отвел взгляд. К счастью, из темноты раздались приближающиеся голоса Азазеля и Бианакита. Михаилу даже почудилось, что Азазель говорит нарочито громко, чтобы услышали издали, и он тут успел надеть штаны, если застесняется своей приземленной человечности.

Они вошли в круг света. Азазель уже зевает во весь рот, Бианакит молча бросил плащ на землю и лег навзничь, опустив ладонь на рукоять пистолета в кобуре. Азазель кивнул Михаилу:

– Спи. Утром короткий марш-бросок, и мы на месте.

Михаил закрыл глаза, но прислушивался к тому, как устраивается Аграт. Она обиженно перешла на другую сторону костра и легла поблизости от Бианакита, с другой стороны Азазель, так что на эту ночь отделался, уже хорошо, а дальше видно будет, вдруг да сама отлипнет…

Сердце продолжает стучать часто, а в голове суматошные мысли пытаются увязаться в клубок, чтобы понять некоторые оговорки Азазеля, да и вообще что-то в его словах проскальзывает не просто потаенное, что понятно, это же Азазель, но как будто все еще пытается им манипулировать…

Он вздрогнул, в ночи за кругом света показалось нечто полупрозрачное, оформилось в молодую и обнаженную женщину, как почудилось вначале, но вскоре рассмотрел, что облачена в подобие широкополого плаща, тоже прозрачного, но это уже не важно, приличия соблюдены.

Двигается она медленно, почти плывет, однако ноги все-таки касаются земли. Михаил начал приподниматься, но за спиной Азазель сказал шепотом:

– Спи, это ко мне.

Михаил прилег снова, но глаза оставил чуть приоткрытыми. Азазель встал, женщина остановилась за освещенным кругом, он вышел к ней на ту сторону, однако Михаил видел обоих достаточно отчетливо.

Некоторое время они говорили совсем шепотом, почти слипнувшись воедино, затем удалились вообще в черную ночь за толстые деревья. Михаил не мог заснуть, все порывался встать и отправиться на поиски, но наконец Азазель вернулся и лег рядом с Бианакитом.

Михаил подождал, пока Азазель укрывался плащом, ночи здесь холодные, поинтересовался шепотом, чтобы не будить остальных:

– Она что, здесь живет?

– Она везде живет, – ответил Азазель тоже тихо. – Спи.

– Опасна?

Азазель чуть помедлил с ответом:

– Как тебе сказать… Это демон ночи.

– Вампир?

– Вампиров не бывает, – напомнил Азазель тихо. – Просто демон, который появляется только ночью. Очень удобно, если самка, правда? Вечером пришла, к утру точно уберется. А то есть такие, не выгонишь.

– Неправда, – ответил Михаил и добавил: – Это нехорошо.

– Почему? – спросил Азазель. – Надоест – просто выставь ее утром на солнечный свет.

– Грубые у тебя шуточки, – буркнул Михаил. – Сказано, демон. Хотя откуда у вас милосердие?

Азазель хмыкнул:

– Ты сколько за эту неделю человек убил, милосердный ты наш? А про демонов уже и не спрашиваю.

Аграт услышала, зашевелилась под плащом. Михаил видел, как она высунула из-под края полы острую мордочку.

– Он что, – спросила она страшным шепотом, – убивал и демонов?

– Как серийный маньяк, – заверил Азазель. – Только те обычно выбирают молодых и красивых женщин, а Мишка любит истреблять демонов. Смотри, не с той руки ему кофе подашь, он и тебя истребит.

– Я буду ему с той руки подавать, – пообещала она.

Михаил притворился, что уже спит, но сам не ожидал, что в самом деле заснул почти моментально, уступая требованиям усталого тела.

Среди ночи он проснулся от неясной тревоги, хотя все тихо, костер уже прогорел, от покрытых серым пеплом углей идет багровый отсвет, ему спокойно и уютно. Не сразу и сообразил, что тепло и уют идет от Аграт, что снова устроилась не просто у него под боком, но и голову положила ему на грудь, обхватила рукой и забросила на живот согнутую в колене ногу.

Жар ее тела не только согревает, но и наполняет вполне отчетливыми желаниями, от которых и проснулся, а сейчас застыл в тягостном колебании, то ли разбудить и согнать, то ли как-то решить все иначе.

Ничего не придумав, все еще искал решение, но взбудораженность уступила расползающемуся теплу во всем теле, и снова провалился в глубокий здоровый сон.

Глава 6

Утром только Бианакит смотрел на него, как всегда, со спокойным равнодушием соратника в походе, Азазель хитро улыбался, Аграт поглядывала надменно и победоносно.

Михаил кипел, чувствуя, что сорвется, если только дадут шанс, но Азазель по своей хитрости и Аграт по женскому чутью все понимали и такой возможности не давали.

Аграт вообще завтракала на другом конце костра, переговаривалась тихонько с Бианакитом.

Михаил поинтересовался хмуро, стараясь не встречаться взглядом с Аграт:

– Увидел свои две звезды?

Азазель кивнул с самым довольным видом:

– На том же месте. Есть же что-то вечное в этом мире!.. Хотя и говорят, что звезды тоже куда-то летят с огромной скоростью, но я не заметил никакого движения… Так, на полпальца сдвинулись… Причем в разные стороны, представляешь? Будто и звезды ссорятся. А были ж так вместе, так вместе!

– Значит, – перебил Михаил, – Сигор отыщешь?

Азазель кивнул:

– Ты ешь, ориентиры получены. Сейчас пойдем на поиски. Пока не найдем, никакого привала с лежанием! Нужно действовать быстро, на опережение вероятного противника.

– Он все еще вероятный?

– Кезим?.. Пока не увидим своими глазами, но вообще-то у меня сомнений нет.

Бианакит слушал молча, Аграт быстро-быстро ела и тоже промолчала, очень не по-женски занятая. Михаил старался не смотреть в ее сторону. Тело еще помнит ее тепло и женскую мягкость, а с виду вся из тугих мышц, как только и распускает их во сне, что становятся нежно щупальными…

Азазель первым закончил с завтракам, поднялся, собранный и напружиненный, с суровым лицом и требовательным взглядом.

– Похоже, – сказал он, – недели не понадобится. Мы почти у цели. По крайней мере, на месте.

Когда поднялись из ложбины, там гуляет сильный сухой ветер, неприятный порывами, когда то дует в лицо, то резко разворачивается и толкает в бок, стараясь спихнуть с узкой тропы.

Азазель шел впереди, бодрый и алертный, сказал с оптимизмом:

– Солнцу и ветру навстречу, расправив упругую грудь… э-э… или как там? Аграт, это я вообще, из песни слова не выкинешь. С другой стороны, это же прекрасно, что все так скрыто, хрен найдешь!

Михаил шел рядом, глядя больше под ноги, чем по сторонам. Рюкзак тяжеловат, туристы вряд ли носят с собой гранатометы, тем более спаренные и револьверные.

– Что прекрасного? – поинтересовался он.

– Если бы город нашли раньше нас, – пояснил Азазель, – здесь бы все было забито строительно-копательной техникой… хотя нет, ее не допустят, но пара тысяч археологов ползали бы на каждом шагу со щеточками, а по периметру города стояла бы армия со спецназом и бронетехникой, охраняя достояние нации.

Михаил пробормотал:

– Ты ничего не перепутал? Люди стремятся в сингулярность, сам говорил…

– В сингулярность, – сказал Азазель покровительственно, – стремится тысячная доля процента от общей массы населения!.. Как и вообще в будущее. И тащит за собой все остальное тело этого чудовищного динозавра под названием «человечество». Так было, так будет.

Михаил посмотрел с недоверием:

– А зачем в той сингулярности тело?

– В точку, – сказал Азазель с восторгом. – На самом деле войдет только голова, а тело останется по эту сторону! Жопа не пролезет… Аграт, там слишком крутой косогор!.. Бери левее!

Аграт крикнула, не оборачиваясь:

– Я пройду!

– Не ходи по косогору, – велел он строго, – сапоги стопчешь!

– Я в кроссовках!

– А-а-а, тогда ладно. Только не споткнись.

– Да тут валунов нет…