Гай Орловский – Подземный город Содома (страница 19)

Михаил нахмурился:

– Погоди, погоди… Хеллоуин вроде бы где-то осенью?

– Это Россия, – заметил Азазель покровительственно. – Ей Запад не указ. И вообще никто не указ. Хеллоуин даже на Западе впервые появился только в прошлом веке, чего уж спрашивать с России, которая перенимает все с бо-о-ольшим запозданием. К тому же на Западе григорианский календарь, а здесь юлианский… Да и вообще, умом Россию не понять, аршином общим не измерить, у нас здесь собственная гордость, на буржуев смотрим свысока.

Кабинка начала замедлять скоростной спуск, Михаил перевел дух, а когда остановилась и распахнула дверцы, прервал:

– Не отвлекайся. При чем здесь Хеллоуин?

Он вышел вслед за Азазелем, тот сказал с неохотой:

– Хеллоуин – праздник нечистой силы. Все наряжаются чудовищами, демонами, скелетами и пугают народ. В общем, праздник непослушания. Вы нам строгие правила общества, а мы в ответ все будем ломать и гадить… С одной стороны, это вроде косплея, когда бунтующие подростки и обедненные интеллектом личности счастливо наряжаются всякими чудовищами, воспевают приход Ночи, а с ним и самого Сатана, а с другой…

– Ну-ну?

Они вышли из дома, автомобиль Азазеля все еще ждет у подъезда, не убежал в свою подземную норку, а сейчас, завидев хозяина, радостно мигнул фарами и чуть-чуть приоткрыл дверцу.

– Находятся люди, – сказал Азазель, – если они люди, что тихохонько не просто раздвигают рамки безобидного, хоть вообще-то отвратительного шабаша, но и направляют в весьма опасную сторону. Здешней общине сатанистов, по моим наблюдениям, уже помогли созреть для серьезных акций. А недавно узнал, что у них уже и оружие в тайниках, и к масштабным акциям готовы, хотя по своей дурости даже не знают, что ими умело руководят совсем не те, кого считают лидерами. Потому нам просто необходимо успеть их обезвредить.

Он сел за руль, Михаил привычно опустился на правое сиденье.

– Ты точно уверен, – спросил он, – что, если как-то сообщить властям, те не примут меры? Это к тому, что я в самом деле законопослушен и предпочитаю действовать по правилам.

– Если указать на тайники с оружием, – согласился Азазель, – то да, примут. Но я не уверен, что власти так же легко справятся и с демонами. К тому же на шабаше будет, по слухам, сам Леонард.

– Который козел? – поинтересовался Михаил, довольный своей осведомленностью.

Азазель вырулил между домами на дорогу, а там погнал в сторону МКАД.

– Просто могучий демон, – ответил он с неудовольствием. – Он вообще-то хозяин таких шабашей. Из-за чего его и считают воплощением самого Сатана, хотя, конечно, Сатан к этим разгулам никаким боком.

– Но он же козел? – спросил Михаил настойчиво.

– Это ты по церковным картинкам? – поинтересовался Азазель. – Нет, он огромного роста человек до пояса, а ниже да, козел, но кто из нас ниже пояса не козел?.. Правда, у него еще и копыта, но кому это интересно? Это нам подавай у женщин длинные ноги, а самим женщинам наши мужские ноги до стеариновой свечи. К тому же они и так свято уверены, что все мы козлы. И ты тоже, Миша, козел… это не я, это они так считают! А сам Леонард красавец: мускулистый торс, как у призового бодибильдера, могучие мысцастые руки, интеллигентное лицо…

– А рога? – спросил Михаил. – Рога есть, значит, козел.

– Рогов даже три, – согласился Азазель, – но два маленьких как бы сзади, а третий, прекрасный и спиралевидный, как у единорога, спереди. А это даже красиво, словно рокер! К тому же вокруг рогов серебряная корона с камешками. Потому среди сатанистов так много женщин.

– Ведьмы?

– Им бы хотелось, – ответил Азазель. – Мечтают… А кто не мечтает о силе и мощи? И чтоб нас, самецов, нагибать и мучить? Но остальному населению вместо магической власти фига под самый нос, а участвующие в ритуалах как бы вот-вот получат. Надеются. На чем дураков и ловят.

– Леонард в самом деле явится?

– Если явится, – ответил Азазель, – то он и возглавит нечто… неприятное. Боюсь, будет полный писец, как здесь говорит то, что считает друг друга интеллигенцией. Кроме своей мощи Леонард покажет и несколько чудес, что явится мощнейшей идеологической подпиткой, как ты понимаешь. И пошатнет основы. А то и устои.

Глава 13

Их автомобиль продолжает мчаться на большой скорости, то ли попал в «зеленую волну», то ли Азазель умело переключает лампы в светофоре, стараясь делать это не слишком нагло, а так, чуть-чуть, соизмеряя со своей скоростью и «успею – не успею».

Михаил взглянул на него с подозрением.

– Если чудеса не от силы святости, – пробормотал он, – а от сил нечистоты, то они должны твориться вблизи антисфирот.

– Возле столбов антисфирот, – возразил Азазель, – чудеса могут творить и демоны помельче рангом, а Леонарду хватает сил показывать их и вдали от клипод нечистоты. Правда, копить энергию приходится целый год… В общем, современная жизнь, как в сказке, чем дальше – тем страшнее.

– Надеюсь, – сказал Михаил, – этот демон не явится. Не думаю, что им так важно распространить свое влияние всего лишь среди людей.

Азазель посмотрел на него со странным выражением, словно хотел обнять и погладить по голове, но и одновременно с силой пнуть ногой.

– Иногда, – сказал он и протяжно зевнул, – люблю такую наивную чистоту, но чаще раздражает детскостью. Мир уже из пеленок вышел!

Михаил поинтересовался недовольно:

– А что я сказал не так?

– Ты все еще не понял, – сказал Азазель усталым голосом, – что поле битвы теперь здесь? За самое ценное, чего раньше не понимали. Я говорю о людях! И других битв уже не будет.

– Почему?

– Потому что наступает финал. И последняя битва, что решит все-все. И либо они нас, либо мы их. Все решится здесь! Пора взрослеть, ребенок Миша.

– С сатанистами понятно, – сказал Михаил нехотя, – а что насчет кланов вампиров? Они тоже участвуют в этом Хеллоуине?

Азазель отмахнулся:

– Вампиров не бывает. Вообще. Это выдумки самого низшего сословия. Есть только суккубы.

– А инкубы?

– Тоже есть, – согласился Азазель, – но только там, в аду. Здесь еще не встречал.

Михаил хмыкнул:

– Но инкуба убьешь с большей охотой?

– Еще бы, – ответил Азазель. – А ты разве нет?

Михаил проворчал, считая ниже своего достоинства отвечать на провокационный вопрос:

– Уничтожать их нужно всех.

– Но в инкуба бы выстрелил в первого, – обронил Азазель невинно. – Ты же самец? Во всяком случае в его теле. На нас влияет даже одежда, которую надеваем. В костюме держимся строго и с достоинством, в майке панибратски, в кожанке панкуем…

Михаил долго думал, поглядывая по сторонам на проносящиеся мимо подсвеченные дома и красочные фонари с ярко горящими лампами, морщил лоб, наконец спросил с недоумением:

– Нет, но что-то не понял… Как это вампиров не бывает?.. У людей каждый пятый фильм о вампирах!.. А сколько сериалов про этих кровососов?.. Я сам видел!

Азазель поморщился:

– Это сами люди жаждут. Скрытые подспудные желания! Одни хотели бы, чтобы вампиры существовали, другие сами мечтают стать такими… Это тьма в человеке, Мишка. В человеке ее столько, что даже не знаю, поместится ли во вселенной, если вдруг вырвется… Человек жаждет тьмы!.. Он весь из тьмы, а Божья искорка в нем настолько слабая, что даже не знаю, как все еще не погасла даже сама по себе, а ведь сколько еще и гасителей!

– Значит, – пробормотал Михаил в замешательстве, – в том капище точно не будет вампиров?

– Точно, – подтвердил Азазель. – А что, у тебя к ним что-то личное? Даже демоны не пьют кровь. Правда, это приписывают Ламии и даже Лилит, но это та брехня, которую сами люди придумали и сами в нее охотно поверили. Если кто кровь и пил, то как раз люди. К примеру, скифы, когда еда в походе заканчивалась, вскрывали вену своего коня и пили его кровь… а коню что, трава есть везде, поел и снова набрался сил.

Михаил зябко передернул плечами.

– Мерзко.

– Мерзко, – согласился Азазель, – но тогда это было в порядке вещей. За это время люди не стали ангелами… к счастью, но звереют уже не так откровенно.

Он вытащил из бардачка планшет, открыл одной рукой и бросил Михаилу на колени.

– Посмотри, что такое Хеллоуин. Там подробно, даже слишком.

Развернутая статья обильно снабжена цветными рисунками, фото и даже графиками. Михаил с недоверием начал просматривать текст, везде аналитики отмечают, что возрождение демонских праздников говорит о повышении сатанизации людей. Во времена язычества боги были развратны, мстительны, занимались кровосмешением и скотоложеством, потому люди охотно поступали так же: если богам можно, то им тоже! Праздники в честь языческих богов вообще сопровождались снятием всяких моральных норм.

Ага, вот еще о молодежи, в которой особо сильна тяга к таинственности, мистике, необычности, к нарушению порядка, будь это битье витрин и поджоги автомобилей или же ниспровержение «общепринятых норм»…

Он с брезгливостью рассматривал фотографии убранства одной из школ, где на залитых кровью стенах развешаны черепа с крупными отвратительными червями, летучие мыши с растопыренными крыльями, а под потолком от стены до стены целые гирлянды из черных котов с блестящими глазами, на окнах – прозрачные огромные привидения, посреди комнаты скелет, на столе отрубленная голова куклы и топор, красный от крови.

В школах на радость подростков уже не первый год все с большим размахом не просто отмечают, а ликующе празднуют Хеллоуин. Педагоги раздают награды за самые страшные классы, а победителям конкурса за рассказ о самом мерзком и бесчестном поступке.