Гай Орловский – ЧВК Всевышнего (страница 55)

– Сейчас в твоих землях правит Ваал, – сообщил Азазель. – Жестокий тиран, который должен быть свергнут!..

Кайдо протянул разочарованно:

– Вот ты о чем… Меня это не интересует. Даже если свергнуть и самому сесть в кресло правителя… И что? Вместо одного тирана другой.

Михаил сказал осторожно:

– А если не быть тираном?

Кайдо бросил в его сторону удивленный взгляд.

– Как это?.. Правитель всегда тиран.

– Ну… быть мягче…

Кайдо поморщился.

– Мягкий тиран все равно тиран… Азазель, я понял, но останусь здесь. Уже был правителем, больше не хочу.

Азазель возразил мягко:

– Иногда приходится спускаться на ступеньку ниже. А то и на две. Ты же не один, Кайдо… Людям сейчас там плохо. Ты должен, просто обязан вернуться, помочь им, а потом можешь хоть остаться, хоть уйти… Таков императив бытия высшей философии!

– Я один, – отрубил Кайдо. – Философы всегда одиноки. Истину толпой не ищут. Нет-нет, Азазель. Меня это не интересует. Да, когда-то воевал, но кто из нас не был дураком?..

– Твои друзья детства и сейчас воюют, – напомнил Азазель.

Кайдо пожал плечами:

– А я вот из детства вышел. И, знаешь ли, не хочу в него возвращаться. Ну нет у меня желания возвращаться в Шеол! Нет. Не хочу.

Азазель напомнил осторожно:

– Шеол, как седьмой и самый страшный круг Ада, был и остается овеян зловещей славой. И тот, кто им владеет, может считаться самым авторитетным князем преисподней. Сейчас это не так, но Шеол есть Шеол…

Кайдо покачал головой.

– Нет. Было время, я гордился, что земли моего клана занимают важное место в Шеоле. И что мы можем претендовать на трон верховного князя Шеола, его властелина и повелителя. Сейчас не то что воевать за него не стану, он мне и даром не нужен. Прощай, Азазель. И забери с собой спутников. Ты прервал мои сладостные размышления о высоком.

Азазель кивнул напарникам и молча, не прощаясь с Кайдо, направился к выходу.

Когда каменная стена осталась за спиной, Обизат спросил с непониманием:

– А как же драка?

– Драку он проиграл, – пояснил Михаил. – Может, нужно было сказать, что Сатан с нами?

Азазель вздохнул.

– Мишка, не понимаешь философов… Им насрать, кто с нами, кто против. Им важнее всего то, как они воспринимают мир. И те мысленные конструкции, которые строят… Если честно, это в самом деле важнее, но об этом лучше не говорить и даже не думать.

Михаил взглянул на него в изумлении, Азазель выглядит серьезным и вроде бы не врет, говорит то, что думает, хотя кто знает, о чем он думает.

– Ты чего?

– Я только философом еще не был, – сообщил Азазель. – Хотя, может быть, я уже философ? Только бродячий, как Григорий Сковорода, которого мир ловил, но не поймал?..

– Мир ловил?

– Соблазнами, – пояснил Азазель. – Мирскими соблазнами. Но он устоял, как вот и я.

Михаил взглянул с недоверием.

– Ты вроде не отказываешься от соблазнов.

– Так это я себя испытываю, – пояснил Азазель. – Иммунитет укрепляю. Поддаюсь всем искушениям и радуюсь, что и попользовался, и не поддался, а все равно непокобелимый философ и возвышенный мудрец с чистым разумом и в меру благородными позывами!

– Ох, – сказал Михаил, – это я уже не вынесу…

Он отстал, Бианакит и Обизат через пару минут присоединились, Азазель пошел впереди в одиночестве, как, возможно, и замыслил.

Михаил некоторое время шел с напарниками, поглядывая чаще на Обизат, чем на Бианакита, тот надежен и предсказуем, а Обизат все еще делает первые шаги в мире. В Сигоре был ее первый выход за пределы клана, что кончился неудачей, хотя она как раз считает удачей, раз тут же встретила великого воина, от которого будет носить дитя в своем чреве…

– Не тяжело? – спросил он. – Давай помогу нести… Биан, ты мог бы взять у нежной девочки рюкзак.

Бианакит ухмыльнулся.

– Попробуй отнять!.. Прибьет за оскорбление.

Да и вообще… Она совсем не цветочек, каким смотрится.

Михаил невольно передернул плечами, вспомнив, как Азазель выстрелил в нее в упор из гранатомета ракетой с усиленной боеголовкой и что получилось.

Обизат поглядывала на него опасливо, но в ее глазах он видел и то абсолютное обожание, которое чувствует щенок при взгляде на своего хозяина.

Азазель, остановился, поджидая их, сказал невесело:

– Жаль, такого союзника лишились… Но он прав, философы выше всякой этой возни вроде войн и переделов власти, сто тысяч раз прав!.. Я сам чуть не стал вот таким отрешенным мудрецом на вершине горы, но потом подумал, а что, если все люди станут философами?

– Ну? – спросил Михаил с интересом.

– Всевышний тут же сотрет это человечество на фиг, – пояснил Азазель, – и никаких ноев не оставит!.. На фиг ему философы?.. Он сам философ, у него другая цель, нам пока неведомая… Так что действуйте так, чтобы нервы горели, а мышцы трещали!..

Он умолк, быстро развернулся и взглянул наверх. В багровом тумане, что закрывает каменный свод, возникла огромная и пугающая фигура с черными крыльями.

Глава 6

Через мгновение черная фигура исчезла, тут же перед ними в трех шагах оказался Сатан, могучий, зловеще прекрасный, с горящими гневом глазами и развевающимися, словно наэлектризованными волосами.

Крылья даже не стал складывать за спиной, они просто исчезли, а Сатан потребовал страшным голосом:

– Почему не предупредили? Я ощутил вас, как только осмелились войти через врата Могильной Ямы!

– Сразу бы и присоединился, – ответил Азазель миролюбиво. – Мы же знаем, как ты занят, уважаем, значит…

Сатан прогрохотал:

– Я в самом деле был занят, потому и не появился моментально! Где портал, здесь?

– Не совсем, – ответил Азазель.

– Где? – потребовал Сатан. – Гееном велик, но мы сразу…

– Не в Гееноме, – прервал Азазель.

Резко изломанные брови Сатана приподнялись в непонимании, взгляд стал острее.

– Тогда зачем здесь?

Азазель обернулся к членам своей команды.

– Привал, – велел он. – Малость передохнем, наберемся сил и договоримся, что будет делать каждый, раз уж к нам присоединился сам…

– Я не присоединился, – прервал Сатан гневно. – Я Властелин Ада!.. Это ко мне могут присоединиться, если изволю, но зачем мне присоединившиеся?

Михаил молча сбросил с плеч рюкзак, ноги гудят от усталости, а лямки натерли плечи. Хорошо бы как-то подключить мощь элементаля, но ее удается вызвать только в минуты острой опасности или при угрозе жизни, а так вот приходится быть Михаилом Макроном, вожаком одного из отрядом ЧВК, что немало постранствовал по примерно таким же тропам, называя их тропами Ада, не представляя, что совсем скоро в самом деле пойдет по тропам преисподней.

Бианакит и Обизат послушно сняли рюкзаки и сели рядышком на камни. На Сатана поглядывают оба, как заметил Михаил, почтительно, но без страха. Они идут за командиром отряда, вверив ему свои жизни. Командиром, который разберется с любыми проблемами, так что все в порядке, все под его контролем.