Гай Орловский – ЧВК Всевышнего (страница 20)

Охранник широко улыбнулся.

– Мужик, ты пришел не совсем туда, куда хотел… но куда надо. Обернись.

Михаил обернулся, уже зная, что увидит. Из-за столов двое поднялись и вытянули в его сторону руки с пистолетами, а еще один с другого ряда взял его на прицел автомата, палец уже на спусковом крючке.

Михаил покачал головой.

– Ого, да у вас тут чересчур серьезно…

Они даже не переглянулись, матерые профессионалы, а тот, что заметил его первым, сказал с угрозой:

– Храбришься? Здесь настолько серьезно, что тебе лучше не двигаться. Случайно сюда никакие диггеры не попадают… Вытяни руки!

Михаил сделал, как приказано, один сделал шаг вперед и приставил ствол пистолета к голове, другой снял прицепленные к поясу стальные браслеты.

– Не двигайся, – предупредил он. – Иначе забрызгаешь мне костюм своими мозгами.

– Какие у нас мозги? – ответил Михаил мирно. – Мы же все здесь зарабатываем не ими…

Тот молча умело защелкнул на его запястьях браслеты, Михаил ощутил, как сзади подошел некто с мешком в руках, но все же сделал вид, что безмерно удивился, когда его нахлобучили на голову.

– Зачем? – вскрикнул он, стараясь держать голос испуганным. – У меня клаустрофобия!

– Вот и хорошо, – сказал голос за спиной. – Чем фобий больше, чем лучше. Наш шеф любит, когда боятся. И теперь топай!

С мешком на голове он все равно видел сквозь плотную ткань достаточно отчетливо, куда ведут, но на всякий случай дважды вроде бы оступился и чуть не упал. Его подхватывали под скованные наручниками руки, вели, а кое-где и тащили, а он старательно запоминал дорогу, чья же это база, развелось этих частных армий в России, уже сейчас основной состав армии почти упразднили, остались только десантные части да силы быстрого и скоростного реагирования…

Его подтащили к кабине лифта, дверцы распахнулись без команды. Двое конвоиров втащили вовнутрь, а третий вошел следом, держа ствол пистолета упертым в бок.

Дверцы точно так же и сдвинулись, словно кто-то наблюдает и командует механизмами. Когда кабинка резво устремилась вверх, Михаил поинтересовался из мешка:

– Ребята, а дайте закурить?

– Умник, – сказал кто-то. – Хочешь мешок пропалить? Он денег стоит.

– Нет, – ответил Михаил, – мечтаю задохнуться в сладком сигаретном дыму!

– Потерпи, – сказал тот же голос. – Скоро задохнешься. Помогут.

Кабинка поднималась долго, наконец остановилась, вздрогнула. Дверцы распахнулись в полутемное помещение с двумя автомобилями и кучей разных старых инструментов и ящиков, какими бывают заброшенные неопрятные гаражи.

Михаила подвели к выходу, подкатил, судя по характерному шороху шин, «мерс» из поколения «джи-63». Звякнула, поднимаясь, задняя дверца, его подтащили ближе, приподняли втроем и зашвырнули, двое запрыгнули следом.

Он попробовал остаться лежать, но усадили на скамью, один сел рядом и снова приставил к его боку ствол пистолета.

– Лучше не дергайся, – предупредил он. – Хоть и желательно доставить тебя живым, но это не обязательное условие.

– Я не двигаюсь, – ответил Михаил. – Ничего не вижу, руки скованы. Вы чего?..

Автомобиль набрал скорость, некоторое время гнал по прямой, потом свернул, затем еще раз.

Михаил наконец нарушил молчание:

– Куда вы меня везете?

– Что, – поинтересовался конвоир слева, – слишком долго?

– Поворотов много, – сообщил Михаил. – Голова кружится.

Конвоир справа хохотнул.

– Дольше едем – дольше живешь! Или стараешься запомнить?.. Зря. Во-первых, поворотов многовато. А во-вторых…

Первый прервал:

– Во-вторых, оттуда не выйдет. А ты не болтай лишнее.

– Сам же сказал, для него все кончено!

– Все равно не болтай. А то и тебя вместе с ним вперед копытами.

Оба умолкли, Михаил сказал мирно:

– Да ладно, мы же все профи. Вот перевербует меня ваш хозяин, и стану вашим командиром. Тогда отыграюсь на обоих.

Первый конвоир сказал с издевкой:

– Да кто тебе оставит шкуру! Разве что нужники будешь мыть безвылазно. С ошейником и на цепи.

– Первые сорок лет, – хохотнул второй. – А мы за это время станем генералами!

– Генералами? – переспросил Михаил. – Вас обоих убьют сегодня.

Он чувствовал, как оба застыли на мгновение, уж очень убедительно в его голосе прозвучало нечто обрекающее, потом задвигались, но больше ни о чем не спрашивали.

А он все старался войти в состояние покоя, достигнуть того состояния сосредоточения, когда просыпается мощь элементаля и позволяет делать больше, чем мог прежний Макрон.

Автомобиль начал сбрасывать скорость, чаще сворачивал, но теперь Михаил не только чувствовал, но видел, хоть и смутно, что петляют между старыми добротными зданиями, освещенными крайне скупо.

Глава 13

Автомобиль остановился перед металлической решеткой ворот. Она тут же сдвинулась и медленно поползла в сторону. Из далекого парадного с колоннами по бокам выскакивают люди, оружие держат в руках так, словно с ним и родились.

Двери автомобиля распахнулись. Один из конвоиров крикнул наружу бодро:

– Он ваш!

– Вытаскивайте! – велел один из встречающих. – Побыстрее!

Михаил не противился, его вытащили подчеркнуто грубо, он упал, делая вид, что не ориентируется. Подняли так же нарочито безжалостно, выкручивая руки и нагоняя страх, потащили к распахнутым воротам.

Он уже видел достаточно отчетливо всех, охрана начинает двигаться медленно, голоса звучат раскатисто, а в его твердеющем теле нарастает лютая жажда убивать, рушить, жечь, истреблять…

Тащат тяжело и с сопением, он едва передвигает ноги, пусть думают не о безопасности, а о том, как быстрее доставить в дом и передать там из рук в руки.

В воротах дежурящий там охранник зло ударил в спину.

– Быстрее, сволочь!

Стальная цепочка между браслетами на руках лопнула без звука. Он выхватил пистолет у конвоира слева, выстрелил ему в голову, моментально развернулся к его напарнику, который сказал насчет мытья нужников первые сорок лет.

Пуля ударила ему в переносицу, охранник на воротах раскрыл в изумлении рот, начал замедленно поднимать автомат. Михаил выстрелил ему в лоб, быстро повернулся и двумя пулями достал наблюдающих за передачей опасного врага, за которого пообещали высокий гонорар, шофера и третьего конвоира.

Пуля, разбив вдребезги стекло, чуть изменила направление и ранила в голову конвоира. Он начал приподниматься, кровь течет по лицу, заливая правый глаз, ухватил и начал приподнимать автомат дрожащей рукой.

– Я же говорил, – сказал Михаил загробным голосом из мешка, – умрете сегодня? Я бабка Ванга в новой инкарнации.

Вторая пуля пробила лоб, выбрызнулась кровь и тут же закупорила дырочку сгустком, зато из затылка выплеснулся целый фонтан яркой и парующей.

И лишь после этого сорвал с головы и отшвырнул в сторону мешок. Мир стал ярче, однако теперь с радостным биением сердца понял, что видит и то, что человеку недоступно, зато привычно всяким там пчелам, собакам и совам.

Хорошо же, мелькнула мысль, я принимаю вызов. Защищайтесь. Защищайтесь хорошо…

Он промчался через двор и ударился в массивную дверь. В последний момент задержал дыхание и напряг мышцы, в плече вроде бы чуть хрустнуло, однако дверь вылетела, оставив изуродованные петли, и грохнулась на три шага впереди.

Не останавливаясь, он побежал через холл. Когда был на середине, с трех сторон прогремели автоматные очереди. Он успел увидеть затаившихся в полной темноте боевиков, пригнулся и трижды выстрелил в ответ.

В наступившей тишине услышал стон и стук упавшего автомата, а два других поникли, не выпуская оружия. У ближайшего на бегу выдернул из руки автомат, рожок полон, хорошо…