Гай Кей – Тигана (страница 90)

«Я хочу, чтобы время остановилось, – думала Дианора, тщетно вытирая слезы, чтобы ясно увидеть его. – Я хочу никогда не покидать этой комнаты, хочу снова и снова слышать эти слова, бесконечно, пока не умру».

– Во время утренней поездки я принял решение, – сказал он. – Думал о том, что сказала Изола, и наконец-то смог признать, что она права. Так как я не хочу и не могу изменить то, что обязан сделать здесь, то должен быть готов заплатить за это сам, а не руками других жителей Играта.

Дианора дрожала, не в состоянии сдержать слезы. Он не прикасался к ней, даже не сделал движения к ней. У стоящего за его спиной Руна лицо превратилось в искаженную маску боли, и страсти, и чего-то еще. Того, что она иногда на нем видела, но во что не могла заставить себя поверить. Она закрыла глаза.

– Что ты собираешься сделать? – прошептала она. Говорить было трудно.

И тогда он ей рассказал. Рассказал все. Назвал ей тот поворот дороги, который выбрал. Она слушала, слезы падали теперь не так часто, вскипали в переполненном сердце, и наконец она поняла, что колесо делает полный оборот.

Слушая серьезный голос Брандина на фоне потрескивания пламени в день Поста, Дианора мысленным взором видела лишь образы воды. Темной воды в садовом пруду и моря, которое ей в нем показали. И хотя она не обладала пророческим даром, она видела, куда их всех ведут его слова, и теперь понимала предсказание ризелки.

Она заглянула в свое сердце и почувствовала, к своему величайшему горю, что оно принадлежит ему, что оно все же не вернулось к ней. Но даже в этом случае, и это было ужаснее всего, она знала, что сделает.

В другие одинокие ночи в сейшане все эти годы она мечтала найти путь, который открывался перед ней сейчас, пока он говорил. В какой-то момент, слушая его, думая так, она больше не смогла выносить физического расстояния между ними. Она пересела со стула на ковер у его ног и положила голову ему на колени. Он опустил ладонь на ее волосы и стал гладить их сверху вниз, непрерывным движением, рассказывая о том, что пришло ему в голову ночью и во время прогулки. Рассказывая о том, что готов наконец заплатить цену за то, что делал здесь, на Ладони. Рассказывая о той единственной вещи, к которой ей так и не удалось себя подготовить. О любви.

Она тихо плакала и не могла остановиться, а его слова все текли, и огонь медленно умирал в камине. Она оплакивала свою любовь к нему, свою семью и дом, свою невинность, потерянную с годами, и все, что она потеряла, и горше всего оплакивала все будущие предательства. Все предательства, которые ждали за стенами этой комнаты, там, куда унесет их неумолимый бег времени.

Глава XIV

– Вперед! – закричал Алессан, указывая на ущелье между горами. – Там деревня!

Дэвин выругался, пригнул голову к шее коня, вонзил пятки в его бока и помчался вслед за Эрлейном ди Сенцио на запад, к ущелью, к низкому красному солнечному диску.

Позади них вылетели из коричневатых горных сумерек по крайней мере восемь, а может, и двенадцать разбойников с гор. Дэвин не оглядывался назад после того, как бросил первый испуганный взгляд на бандитов и услышал их приказ остановиться.

Он не думал, что у них есть шанс, как бы близко ни была деревня. Перед этим они долгие часы неслись во весь опор, и кони, взятые у Альенор, устали. Если придется скакать наперегонки с бандитами на свежих конях, им конец. Он стиснул зубы и погнал лошадь, не обращая внимания на боль в ноге и жжение в снова открывшихся ранах, полученных во время прыжка со скалы этим утром.

Ветер свистел в ушах. Дэвин увидел, как Алессан обернулся в седле, в его руках оказался туго натянутый лук. Принц выстрелил в сумерки раз, потом второй, мускулы его окаменели и напряглись от усилия. Невероятная, отчаянная попытка при такой скорости и ветре.

Два человека вскрикнули. Дэвин быстро оглянулся и увидел, что один из них свалился с коня. Выпущенная бандитами пригоршня стрел упала на землю далеко от них троих.

– Они замедлились! – прохрипел Эрлейн, тоже оглядываясь назад. – Как далеко до деревни?

– По ущелью еще минут двадцать! Гони! – Алессан не стал больше стрелять и низко пригнулся, чтобы заставить своего серого скакать быстрее. Они неслись по ветру вдоль закатного луча, между погруженными в тень, поросшими вереском склонами гор и влетели в ущелье между ними.

Но им не удалось выбраться из него.

Как раз в том месте, где тропа повторяла изгиб возвышающихся гребней, восемь всадников выстроились в шеренгу поперек ущелья и хладнокровно целились в них троих из луков.

Беглецы резко остановили коней, подняв их на дыбы. Дэвин бросил взгляд через плечо и увидел, что преследовавшие их бандиты въезжают в ущелье за ними. Одна лошадь осталась без всадника, и еще один человек держался за плечо, из которого торчала стрела.

Дэвин взглянул на Алессана и увидел в глазах принца отчаянный вызов.

– Не будьте глупцом! – резко бросил Эрлейн. – Вы не сможете прорваться и не сможете убить столько людей.

– Я могу попытаться, – ответил Алессан, окидывая быстрым взглядом строй лучников и крутые склоны гор с обеих сторон и отчаянно стараясь найти какой-то выход. Но все же остановил коня и не поднял свой лук. – Прямо в ловушку. Какой блестящий конец двадцатилетних мечтаний! – В его голосе прозвучала едкая горечь, упрек самому себе.

Однако это правда, с большим опозданием понял Дэвин. Это ущелье между двумя горами было идеальным местом для засады, а, видит Триада, в пустынных районах южного Чертандо промышляло достаточно бандитов. Сюда даже барбадиорские наемники редко забирались, а честные люди никогда не передвигались по дорогам в столь поздний час. С другой стороны, выбора у них не было, учитывая, как далеко им предстояло ехать и как они спешили.

Непохоже было, что им удастся попасть к месту назначения. Или куда-то еще. Света еще хватало, чтобы разглядеть разбойников, и их вид не успокаивал. Пусть они были одеты разнообразно и небрежно, но лошади их совсем не напоминали тех разбитых кляч, на которых обычно ездят бандиты. Стоящие перед ними люди выглядели дисциплинированными, а оружие в их руках было опасным. Все это явно походило на тщательно подготовленную засаду.

Один всадник выехал на несколько шагов вперед из молчаливой шеренги.

– Бросьте свои луки, – произнес он спокойно и властно. – Не люблю разговаривать с вооруженными людьми.

– Я тоже, – мрачно ответил Алессан, пристально глядя на него. Но через мгновение бросил свой лук на землю. Эрлейн сделал то же самое.

– Мальчик тоже, – приказал вожак все еще тихим голосом.

Это был крупный мужчина средних лет, с широким лицом и пышной бородой, отливавшей красно-рыжим в сгущающихся сумерках. Широкополая шляпа на голове скрывала его глаза.

– У меня нет лука, – коротко сказал Дэвин и бросил меч.

Раздался издевательский смех столпившихся перед ними людей.

– Магиан, почему твои люди оказались на расстоянии полета стрелы? – спросил бородач уже громче. Сам он не смеялся. – Ты знал мои указания. Ты знаешь, как мы это делаем.

– Я не думал, что мы так близко, – раздался позади них сердитый голос, сопровождаемый топотом копыт. Это подъехали их преследователи. Ловушка захлопнулась спереди и сзади. – Его стрела полетела далеко при таком освещении и ветре. Ему просто повезло, Дукас.

– Ему бы так не повезло, если бы ты сделал свое дело как следует. Где Абхар?

– Получил стрелу в бедро и упал. Торре вернулся за ним.

– Пустая трата, – нахмурился рыжебородый. – Не люблю пустых трат. – Он теперь превратился в темный мощный силуэт на фоне заходящего солнца. За его спиной другие семеро всадников держали пленников на прицеле.

Алессан сказал:

– Если тебя оскорбляют пустые траты, то тебе не понравится итог этого вечера. Нам нечего вам дать, кроме оружия. Или жизней, если вы из тех, кто убивает ради удовольствия.

– Иногда, – ответил человек по имени Дукас, не повышая голоса. «Он говорит с пугающим спокойствием, – подумал Дэвин, – и крепко держит бразды правления бандой». – Двое моих людей умрут? Ты пользуешься отравленными стрелами?

На лице Алессана отразилось презрение:

– Нет, даже против барбадиоров. А вы?

– Иногда, – повторил бородатый вожак. – Особенно против барбадиоров. Это все же горы. – Он впервые улыбнулся холодной, волчьей улыбкой. У Дэвина внезапно возникло ощущение, что ему бы не хотелось иметь воспоминания этого человека или его сны.

Алессан промолчал. В ущелье становилось все темнее. Дэвин увидел, что он бросил вопросительный взгляд на Эрлейна. Чародей покачал головой, почти незаметным движением.

– Их слишком много, – прошептал он. – И кроме того…

– Седой – чародей! – раздался выразительный голос из строя за спиной Дукаса.

Неуклюжий круглолицый человек выехал вперед и встал рядом с вожаком.

– Даже не помышляй об этом, – продолжал он, глядя в упор на Эрлейна. – Я сумею блокировать все, что ты попытаешься сделать.

Пораженный, Дэвин взглянул на руки этого человека, хотя на таком расстоянии было трудно увидеть в темноте, все ли пальцы на месте. Но, наверное, двух не хватало.

Они случайно встретили еще одного чародея, и какая им теперь от этого польза?

– И сколько времени, по-твоему, понадобится Охотнику, чтобы найти тебя? – спросил Эрлейн шелковым голосом. – Если всплеск энергии от применения магии нами обоими приведет его к этому месту?