Гай Хейли – Волчья погибель (страница 58)
– Вы можете идти, мой ярл? – спросил Бьорн.
Русс заскрежетал зубами, не в состоянии говорить. Застонав от боли и плюясь кровью, он заставил себя сделать шаг, затем другой.
Они тащили хромающего примарха, пока десятки воющих Волков прикрывали с тыла и гибли ради их усилий. Сыны Гора давили со всех сторон, стреляя в сомкнутую массу Влка Фенрюка. Волчья гвардия ступала подле примарха, прикрывая его своими терминаторскими доспехами. Их энергетические щиты трещали отраженными выстрелами, а сами телохранители примарха отстреливали Сынов Гора, пытавшихся предотвратить бегство Русса.
Полминуты спустя они добрались до дверей, которые вели вглубь корабля – их маршруту эвакуации. Все четыре волчьи стаи, охранявшие двери, закричали, встревоженные ранением своего повелителя. Руки страдающих воинов вцепились в Волчьего Короля, задерживая его, взывая к нему о помощи, и Бьорну пришлось отбиваться от них. Когда они прошли через двери, до примарха добрались телотворцы, и Бьорн уступил им место. Руки Русса соскользнули с плеч Бьорна и Гримнра, размазывая свернувшуюся кровь и герметизирующую пену по доспеху воина.
Бьорн обернулся и посмотрел через дверь. Отходили последние воины арьергарда, которым это удалось сделать. Их прикрывали боевые братья, построившись полукругом и сдерживая опустошительным огнем изменников, но они быстро гибли. А за ними в зале оказались заперты более тысячи воинов Своры, окруженные Сынами Гора. Вражеские подкрепления хлынули в помещение, набрасываясь на Влка с дикой радостью. Свора выла и ревела проклятья, дав волю своей свирепости. Тем не менее, они были обречены.
– Они все погибнут, – сказал Бьорн. – Какая славная смерть.
– Мы должны идти! – рявкнул Гримнр. – От этого зависит жизнь примарха.
Бьорн был ошеломлен. Его руки дрожали от веса генетического отца.
– Давай, Однорукий, – сказал Гримнр. Рык из аугмиттера отдавал металлом, но хускарл говорил более мягко. – Время доказать, что ты заслуживаешь доверия примарха.
Но Бьорн все еще не мог оторвать глаз от истребления его братьев. Гор вырезал их с презрительной легкостью.
– Беги к отцу, щенок! – выкрикнул Гор, и Бьорну показалось, что он обращался к нему лично. Магистр войны поднял Влка с земли, раздавил своим когтем и швырнул труп в его товарищей. – Беги, как и подобает такой шавке!
Он смеялся, убивая сынов Русса.
Затем дверь закрылась, и оружейник Железных Волков принялся заваривать ее.
Сообщение отредактировал Ulf Voss – 17.04.2019, 05:51
25
Отстрел Волков
Враги Брора качественно изменились. Против них больше не бросали отчаянных человеческих рабов или безмозглых киборгов. Теперь Волки столкнулись с самими Сынами Гора. Поначалу они атаковали небольшими отрядами, возможно, из-за того, что группа Брора находилась в стороне от главных направлений атак VI-го, но после первой стычки сообщение об их присутствии разнеслось, и количество воинов, с которыми сталкивались Волки, значительно выросло.
Они прорвались, безрассудно бросаясь в атаку на болтеры и рубя легионеров.
Отступление. Пришел приказ. Его передал Гримнр Черная Кровь, хускарл короля. Волчья стая боялась худшего.
Отступление. Немыслимо. Свора не отступала.
– Мы победили? – Энриру пришлось кричать сквозь шум сражения. Он получил свежую рану в ногу наряду с той, что была в плече, и сильно хромал.
– Никаких сообщений, мертв Гор или жив, – ответил Брор.
– У нас не вышло. Иначе Русс отдал бы приказ лично, – мрачно произнес Рагнер. Он разрубил предателя-космодесантника силовым топором и выстрелил из болтера в грудь второму, расколов нагрудник и ребра.
– Братья! – засмеялся Энрир. – Проходы кишат Сынами Гора, а в них нет отчаяния людей, утративших своего возлюбленного лидера. Конечно, у нас не вышло.
В его балагурстве крылось защитное неистовство. От мысли, что их примарх мертв, стыла кровь в жилах.
От скитариев Диорта осталось трое. Они хорошо сражались. Чтобы пробить толстый доспех предателей они концентрировали огонь своего огнестрельного оружия на одной цели. В противном случае их бы одолели легионеры, атакующую группу. Брор и его братья изо всех сил старались прикрыть киборгов, но те один за другим гибли, и их поддержка Волкам уменьшалась.
Вокс-доклады рисовали страшную картину. Ударные группы атаковали коридор, по которому отступали Волки, во множестве мест, стараясь изолировать волчьи стаи и уничтожить их по отдельности. Брору стало понятно, что Гор позволил им проникнуть так далеко вглубь «Мстительного духа», чтобы завлечь их в западню. Магистр войны использовал безрассудство Русса, хотя Волчий Король рассчитывал, что так поступит Гор. Они были фигурами на доске хнефатафля, создающими взаимосвязанные ловушки. Ситуация выглядела безнадежной, но по правде говоря они не могли сказать, кто добился своих целей, пока сражение не закончилось.
Брор сражался подобно большому белому медведю. У него был новый цепной меч, взятый из руки мертвого предателя. Как только зубья затупятся, он собирался взять другой, затем другой, пока не останутся цепные мечи или изменники. Умирать не входило в его планы.
Они прорвались в высокое сводчатое помещение, чей потолок окольцовывали вентиляторы, шумно рубящие воздух лопастями. Из труб под сетчатым полом со свистом вытекала газовая смесь, пахнущая просроченным очистителем углекислого газа. Брор врезал последнему предателю по лицу шипастой гардой трофейного меча и пристрелил его, когда тот отшатнулся. Следом зашли остальные Волки с болтерами наизготовку.
– Здесь никого нет, – сказал Рагнер.
– Пока нет, – возразил Брор. – Воспользуйся передышкой. Попей. Поищи у врагов боеприпасы и провиант.
Он указал на трупы, разбросанные вокруг двери в зал.
Сыны Гора изменились. Не так давно Брор видел их на борту этого самого корабля, но за промежуток между его визитами их доспехи еще больше отклонилась от норм верных Легионов. Большинство из них щеголяли шипами и крюками. По бокам висели гроздья черепов, а наплечники и наколенники некоторых переделали в злобные демонические лица. Из любопытства Тюрфингр снял шлем с одного из убитых. Он не удивился, когда увидел, что лицо воина частично лишилось человечности. Если малефикарум мог переделать металл, почему и не плоть? Внешний вид предателей в целом стал более безжалостным, и отовсюду глазело высокомерное стилизованное око Гора.
– Тебе не кажется, что у них облик Нижнего Мира? – спросил Рагнер, подняв убитого легионера, чтобы Энрир мог снять с его пояса запасные боеприпасы. – Как они вообще могли думать, что воюют за правое дело, нося подобные вещи? – Он перевернул лоскут содранной татуированной кожи с наплечника воина. – И нас еще зовут варварами.
– Власть создает тиранов, брат, – сказал Брор. – Их создали могучими, теперь они используют эти дары для себя, а не для человечества. Думаешь, люди нашего мира смотрели бы на нас иначе, чем на этих существ, если бы знали, что Империум мог очистить их мир от чудовищ, стабилизировать орбиту и освободить от жизни среди огня и пламени?
– Мне не нравится твой тон, Тюрфингр. Примарх сохраняет Фенрис в таком состоянии ради сильного Легиона. Ты хочешь планету слабаков?
– Уверен, слабаки предпочли бы остаться в живых, – ответил Брор.
Рагнер зарычал.
– Ты отсутствовал слишком долго, цепляясь за подол Малкадора на Терре. Ты стал мягким.
– Я просто говорю, брат, что все легионеры – чудовища. Некоторые из нас более открыто говорят об этом.
Он в последний раз осмотрел тела.
– Вот и все. Нам лучше идти. Как твоя нога, Энрир?
Энрир прохромал к закрытой двери в дальнем конце помещения.
– Сильно болит, но я пока не собираюсь следовать вюрду Химмлика. Я лягу на красный снег, когда буду готов.
Чем ближе Бьорн и Гримнр подходили к посадочной палубе, чем тяжелее становилось сражение. По мере движения по эвакуационному маршруту, удерживающие периметр Влка соединялись, так что, несмотря на тяжелые потери, которые продолжали расти, группа вокруг примарха росла в размерах. «Мстительный дух» сотрясали взрывы от подрывных зарядов и термоядерных устройств, установленных глубоко внутри корабля, разрушая его жизненно важные системы. Эти детонации отличались от попаданий в обшивку, будучи по ощущениям более тяжелыми и сотрясая палубу под ногами Бьорна.
Бег к точке эвакуации превратился в размытое пятно из вспышек, выстрелов и звуков сигналов тревоги. Огвай Огвай Хельмшрот и Меченый Оки приняли командование, когда остатки Тра и Тольв присоединились к группе. Что стало с Хварлом Красным Клинком Бьорн не знал. Роты Хельмшрота, к которой принадлежал и сам Бьорн, и Оки понесли тяжелые потери. Сумевшие вернуться в коридор отхода воины были ранены, их доспехи – исполосованы герметизирующей пеной и кровью. Суммарный скрежет сбоящих силовых доспехов стал достаточно громким, чтобы состязаться с грохотом болтеров и визгом плазменных разрядов.
Русс все это время молчал, шепча редкие приказы несущим его воинам. Когда Бьорн попробовал отойти, чтобы присоединиться к бою с преследующими их врагами, Русс прорычал, что он должен остаться. Примарх не давал других приказов. Хотя жуткие раны в плече и боку перестали кровоточить, и он шел чуть более уверенно, слабость не покидала его. Его тяжелые руки лежали на несущих его воинах, вынуждая их меняться местами, когда они обессиливали. Телотворцы суетились вокруг него даже на ходу.