Гай Хейли – Пришествие Зверя. Том 3 (страница 72)

— Я повторюсь, — прошипел Мендель Реох через свой полушлем, — это очень неблагоразумно.

Будто вторя его словам, «Данталион» содрогнулся от удара обломка планеты, пробившегося сквозь огонь турелей.

— Мнение учтено, апотекарий, — бросил первый капитан с командной палубы.

— Надо предупредить магистра ордена, — высказался Вальрик Лазандер. — Да и на Терру послать сообщение. У этих чудовищ есть слабое место, им и воспользуемся.

Реох обвел рукой стрельчатые экраны, на которых завис вражеский флот и последствия неимоверных разрушений, совершенных им.

— Я не вижу здесь слабостей. Вы всерьез решили провести наш корабль через вот это?

— Конечно нет, — ответил Лазандер, — но мы должны добраться до телепатической матрицы, чтобы связаться с магистром ордена Тейном, а это стоит любого риска.

— Приятно сознавать, что меня окружают безмозглые дураки, которые скорее отдадут жизнь, чем подумают дважды, — раздраженно бросил Мендель.

— Апотекарий... — начал было Церберин.

— Не стоит недооценивать магистра ордена Тейна, — сказал Реох, покосившись на Лазандера, чтобы отчитать и его за компанию. — Возможно, у него уже есть сведения, которыми ты так спешишь поделиться, а даже если и нет, неважно. Кулаки Образцовые все равно не позволят этой угрозе — Зверю — взять верх. Как и Тейн, мы должны собрать силы и навязать оркам бой.

Лазандер отступил в сторону и молча указал ладонью на разоренную систему Офидий и штурмовую луну чужаков.

— Разумеется, я не предлагаю устроить решающую битву здесь, — пожал плечами Реох. — Это стало бы самоубийством.

— Твоя вера в Тейна обоснованна, — произнес Церберин. — Но, подобно процедурам на хирургическом столе, которых не избежать, существуют и протоколы, от которых не уйти, если ты воюешь.

— Протоколы... — скептически повторил Реох.

— Да, — ответил Церберин. — Я знаю, тебе не терпится снова вступить в бой с орками, но это все равно что применять цепной меч там, где требуется лазерный скальпель. Раньше я видел, как ты стратегически мыслишь, выбираешь себе противников и сортируешь раненых по степени тяжести их состояния. Именно этим я сейчас и занимаюсь, апотекарий: придерживаюсь плана, который даст наиболее эффективные результаты. Зная о восприимчивости ксеносов к пси-атакам, люди смогут защитить Терру, объединить Империум и уничтожить Зверя.

— Возможно, но мы что-то не видим тут никакого единства, — возразил Реох.

— Объяснись, брат! — потребовал Церберин.

— Я говорю, что Империуму нужны герои, которых он заслуживает.

— Мой господин! — запротестовал Лазандер.

— Пусть выскажется, — бросил капитан.

— Ты был там, — произнес Реох. — Ты видел полковые мятежи у Архангела. И то, как коммодор Бошан отказался покинуть свои позиции и примкнуть к нам. А уж эти безмолвные Механикус, слишком занятые укреплением своих миров-кузниц, чтобы поддержать наше контрнаступление...

— Для этого могут быть и другие причины, — сказал Лазандер, переводя взгляд с апотекария на Церберина. — Мы завели дурную компанию.

— Железные Воины — единственные, кто бьется рядом с нами.

— Им нельзя доверять, апотекарий.

— Может быть, нельзя. Но это не нам с тобой решать.

— Странно, что ты говоришь о них с такой благосклонностью, — хмыкнул Лазандер.

— Как и ты сам, я предпочитаю сильных, — произнес апотекарий. — Адептус Астартес давно знают об изъянах человечества. О его слабости — телесной, духовной, умственной; его алчности, политиканстве, потворстве своим страхам. Если люди не падают ниц перед врагами, то продают союзников.

— Хочешь о предательстве поговорить? — спросил Лазандер. — Фолл, Севастус, Терра?

— А как насчет Ранкорских Глубин, Крастенграда или «Один-Двадцать пять-Двадцать»? — парировал Реох. — Верность — всего лишь вопрос времени и места, а Верховные лорды Терры верны только себе. Их корабли бездействуют, армии бегут. Те, кто был им предан, ныне кланяются Зверю. И как же нам сражаться против вторжения без Железных Воинов? Мы бились с ними вместе в пору Великого крестового похода, бьемся и сейчас. Корабль Калькатора находится под прицелом наших пушек, но мы ничего не предпринимаем. Почему? Потому что первый капитан знает, что сейчас живой Железный Воин для всех нас куда ценнее, чем мертвый. Нам нужны их бойцы, их оружие и ресурсы. Давайте не разбрасываться ими ради соблюдения протокола.

Неподалеку с треском ожил голографический дисплей. Сигнал, искаженный всеми препонами и расстояниями, шипел и кривился. Зыбкий силуэт кузнеца войны Калькатора материализовался на командной палубе. Боевой щит воина был испещрен ржавчиной и царапинами поверх тусклого серебра.

— «Палимод», первый капитан, — сказал командир корабля Маркариан.

— Тебе есть что доложить, Железный Воин? — нетерпеливо спросил Церберин.

Калькатор пропустил мимо ушей его тон, намекающий на то, что Кулаки Образцовые руководят всей их совместной кампанией, и произнес:

— Только то, что наш ход был опрометчив.

Лазандер посмотрел на Реоха, но тот пожал плечами, как бы произнося: «Я же вам говорил».

— Мой корабль поврежден планетарными обломками. Ремонт необходим, и очень срочно, — продолжал Калькатор.

— Сколько времени это займет? — уточнил Церберин.

— Не более трех часов, чтобы устранить все повреждения, — сказал Железный Воин. — Я мог бы проклинать уничтожение этой системы, но, подозреваю, только благодаря нему орки еще не обнаружили наши звездолеты.

— Хорошо, — промолвил первый капитан. — Мы отправимся к телепатической матрице и передадим наше предупреждение на Терру.

— Ты не отыщешь там прощения, сын Дорна, — произнес Калькатор, — ни за слова, ни за дела. Галактика вообще бедна на вторые шансы, а второго шанса произвести первое впечатление у вас точно не будет. Говорю, как тот, кто знает по собственному опыту.

— Я слышу тебя, Железный Воин. Но твой интерес в том, чтобы Терра победила орков, не меньше моего.

— Согласен. Однако лишь потому, что предпочитаю биться с имперцами, а не с зеленокожими. Хотя, по правде говоря, вам обоим по душе воевать с самими собой.

— Три часа, — произнес Церберин, уходя от неприятной темы.

— Делай, что должен, — промолвил Калькатор, — но как только я закончу ремонт, мы с моим кораблем покинем эту смертельную ловушку.

— Ты прославился не такими пугливыми решениями, — заметил Лазандер.

— Я сражаюсь с орками на своих условиях! — отрезал кузнец войны. — А что вы предложите нам делать здесь? Оборонять груду пустотного мусора? Устроить самоубийственный приступ штурмовой луны, не имея достаточного количества бойцов и кораблей?

— Нет, — признался Церберин.

— Тогда не тратьте мое время на ваши «пугливые решения», — отчеканил Калькатор. — «Палимод», конец связи.

Голограмма превратилась сначала в помехи, а затем и вовсе рассеялась, и Лазандер презрительно хмыкнул.

Существовала веская причина, по которой орки, опустошая систему, не обнаружили «Аркс Меридия». Телепатическая матрица находилась на орбите, близкой к звезде Офидия. В относительном холоде и мраке под защитным экраном она никак не страдала от свирепой солнечной радиации. Спрятанная на видном месте, в ослепительном сиянии светила, она оставалась вне зоны внимания чужеродных захватчиков.

Пока они пробивались сквозь пламя, температура на борту «Данталиона» росла, все защитные экраны трещали и пульсировали, командная палуба купалась в ослепительном свечении. Когда боевая баржа скрылась за орбитальной станцией и светящимся металлом ее защитного щита, все снова погрузилось во тьму. По мере приближения «Данталиона» Церберин различил, что за вычурными внутрисистемными космолетами Адептус Астра Телепатика к станции пристыковано еще одно судно.

— Мастер Маркариан, вы его видите? — спросил первый капитан.

— Похоже, оно из Лиги Черных кораблей, — сказал Маркариан, подавшись к консолям. — «Атимиан Астра», мой господин.

— Податной корабль? — удивился Лазапдер.

— Да, для несвязанных псайкеров, — подтвердил Маркариан.

— Должно быть, на него грузили десятину, когда на систему напали орки, — заметил Мендель. — Тогда он укрылся близ «Аркса».

— Связь есть? — спросил Церберин.

— Со станцией? Нет, мой господин, ничего.

— Наша слава опережает нас, — задумчиво произнес Реох.

— Командир корабля, швартуйтесь к станции! — приказал Церберин.

— Есть, мой господин.

— Лазандер, — продолжил офицер, уже шагая за порог. — Готовь отделение, пусть встретят меня в предшлюзовом отсеке.

— Отправлю моих лучших бойцов, первый капитан. Под началом сержанта Васмира.

— И продолжай сканирование авгурами дальнего действия, — добавил Церберин.

— Ты собрался идти туда? — спросил Реох.