Гарт Никс – Долой девчонку-повелительницу (страница 14)

– А я не знала, что тебе это интересно, – сказала миссис Бенисон. – Ты любишь читать?

Ким энергично закивал.

– Какие книги тебе нравятся?

– Любые. В основном разные истории. – Подумав, он добавил: – Только родители не разрешают… им не нравится, что я… читаю художественную литературу. Правда, я все равно читаю.

– Не разрешают читать художественную литературу! – воскликнула миссис Бенисон. – Это же ужасно. И для них, и для тебя. Истории – это способ познакомиться с жизнью и людьми, узнать, что такое любовь, печаль, радость, и даже, осмелюсь сказать, научиться принимать поражения и жить дальше. Взять хотя бы книгу, которую я читаю сейчас. Благодаря ей я поняла, каково было жить на американском Юге, а еще я встретила в ней многих людей, которых полюбила и которые вызвали у меня восхищение. Каждый раз, когда мне хочется навестить их, я просто беру в руки эту книгу, открываю ее на любой странице, и – оп! – они снова со мной. Это книга о несправедливости и ненависти, но еще о любви и искуплении.

– Как она называется? – спросил Ким, подходя ближе.

– «Убить пересмешника»[13], – ответила миссис Бенисон. – Много лет назад ее подарил нам один американский друг моего мужа, и уже тогда она была известна во всем мире. Кстати, по ней снят отличный фильм, советую посмотреть.

– Я почти не смотрю кино, – сказал Ким. – Только иногда, в школе. Мои родители не…

– Ах да, – вспомнила миссис Бенисон. – У вас же еще и телевизора нет. Эйла мне говорила.

– Эйла? – удивился Ким. Разве она знакома с миссис Бенисон? – Когда?

– Прошлой ночью, – ответила старая леди. – Я даже испугалась, когда глубокой ночью увидела здесь ребенка, но она мне все объяснила.

– Ночью? – Ким не верил своим ушам. – Как… что…

– Она меня очень подбодрила, – продолжила миссис Бенисон. – Вообще-то, я чувствовала себя неважно, но после ее визита мне стало намного лучше.

– Она объяснила, почему пришла так поздно? – спросил Ким. Ему вдруг стало до того страшно, что даже живот скрутило. Что тут делала Эйла?

– С ее стороны было очень любезно прервать наблюдение за звездами и зайти ко мне, – ответила миссис Бенисон. – Вся ваша семья очень добра ко мне, Ким. Я ценю ваши визиты и подарки.

– Так Эйла наблюдала за звездами?

– Да, с самой вершины. Их не станет видно, когда здесь построят башню, ведь на ней наверняка будут прожектора. А Эйла, кажется, очень любит звезды и даже посещает школьный астрономический кружок.

Но Ким знал, что в их школе нет никакого астрономического кружка.

Он хотел было сказать об этом миссис Бенисон, но его прервала ее внучка, которая вошла в комнату и отдала ему пустой термос. Теперь на ней была остроконечная фуражка с лаковым черным козырьком.

– Я перелила суп в кувшин и поставила его в холодильник, – сказала она. – Мне пора, бабуля. Не могу опаздывать. Ты точно хорошо себя чувствуешь?

– Конечно, Шерри, – улыбнулась миссис Бенисон. – Настолько хорошо, что я даже рискну проводить тебя на улицу.

– Доктор велел тебе отдыхать, – напомнила ей внучка.

– Это было в пятницу, – ответила миссис Бенисон. Она легко встала с кресла и развела руки, как спринтер, который пересек финишную черту. Ким никогда не видел, чтобы она двигалась с такой легкостью. – Видишь, мне значительно лучше. Но я знаю, что сейчас тебе некогда. Обязательно попроси тебя сфотографировать и привези мне в следующий раз парочку фотографий.

– Конечно, – ответила Шерри. – Приятно познакомиться, Ким. Еще раз спасибо.

Она повернулась и вышла, прежде чем Ким успел хотя бы раскрыть рот.

– Сегодня Шерри вручают медаль, – похвасталась миссис Бенисон. – Сам генерал-губернатор.

– Поздравляю, – ответил Ким машинально, а сам продолжал думать о том, как Эйла лезла в темноте на гору, на занятие в несуществующем астрономическом кружке, и о том, что миссис Бенисон стало намного лучше.

– Когда Эйла приходила к вам, – спросил он, – у нее был с собой мяч? Старый такой, баскетбольный?

Миссис Бенисон легко опустилась в кресло и нахмурилась. Ее глаза, обычно такие острые, вдруг словно потеряли фокус.

– Хмм, да, что-то такое припоминаю. Не баскетбольный, нет. Очень яркий, ой какой яркий…

Ее голос затих. Она моргнула и снова стала самой собой.

– Не хочешь взять у меня что-нибудь почитать, Ким? Я уверена, что ты умеешь обращаться с книгами.

– Да, – сказал Ким. – Да, с удовольствием! Но тот мяч…

– Бери любую книгу, на твой выбор, – продолжала миссис Бенисон так, будто Ким ничего не говорил.

– Шар, который был у Эйлы…

– Хочешь, я тебе что-нибудь посоветую?

Ким не знал, на что решиться. Он понял: Астер и Эйла заставили миссис Бенисон забыть часть того, что произошло здесь ночью.

– Я с удовольствием возьму у вас книгу или даже две, но в другой раз. Сейчас мне нужно домой. Меня ждут.

– Всегда пожалуйста, – сказала миссис Бенисон. – Тебя и Эйлу я рада видеть в любое время.

Ким закивал так энергично, что едва не клюнул носом в термос, который прижимал к груди, а потом повернулся, выскочил из комнаты, промчался по коридору на веранду, а оттуда по лестнице скатился вниз.

Надо выяснить, что тут натворили Астер и Эйла.

Глава 14

Эйла была у себя в комнате с книгой. Когда к ней ворвался Ким, она спокойно подняла на него глаза. Он стоял на пороге, тяжело дыша и озираясь. Астер нигде не было видно, но он догадывался, что она, скорее всего, под кроватью. Он отдавал себе отчет, что она может вот-вот выкатиться оттуда и ударить его током, поэтому решил держаться возле двери.

– Что ты сделала с миссис Бенисон? – выпалил он. Его левый локоть был в крови, шорты на боку порваны – неудачно зацепился за ветку, спускаясь с горы.

– Мы ее вылечили, – гордо сказала Эйла. Она протянула руку, и из-под кровати неспешно выкатился шар, замаскированный под баскетбольный мяч. – Я и Астер.

– Ты же могла ее убить! – рявкнул Ким и глянул на шар, готовясь бежать, если что. – Как того кенгуру!

И он представил, как миссис Бенисон кучей кожи и мяса, лишенного костей, растекается по креслу у себя в библиотеке.

– Она же все равно старая, – сказала Эйла. – Если бы у нас ничего не вышло, то она все равно умерла бы. Зато теперь она проживет дольше и без боли…

– Но, Эйла, ты могла убить ее! Человека! Убивать кенгуру тоже нехорошо, но нельзя рисковать жизнью человека!

– Мы ее вылечили, – повторила Эйла упрямо.

– И заставили забыть о случившемся!

– Это было необходимо, – сказала Эйла. – Чтобы защитить Астер. Взрослые не должны о ней знать.

– Вы влезли в ее разум!

– Мы ее вылечили. Это главное.

Почти целую минуту Ким молчал. Было ясно, что Эйла не понимает его или не хочет понять.

– А с другими людьми вы что-нибудь делали? – наконец спросил он.

– Мы лечили их, – ответила Эйла уклончиво.

– Кого – их? А вы хотя бы спросили, согласны они или нет?

– Нет, не спросили! – закричала Эйла. – Мы лечили тех, кого надо было лечить!

Эйла почти никогда не выходила из себя, но сейчас она разозлилась всерьез. Ким вдруг почувствовал себя маленьким и глупым, как будто это он все время ошибался. Эйла так уверена, что поступает правильно. И миссис Бенисон стало лучше…

Ким остановил себя.

– Знаешь, не стоит ничего делать с людьми, не спросив их, хотят они этого или нет, – заговорил он снова. – Даже лечить не стоит. Тебе же всего десять лет…

– А тебе всего двенадцать, – огрызнулась Эйла. – И все знают, что ты даже вполовину не так умен, как я!

У Кима аж дыхание перехватило. Наверное, Эйла всегда так считала, просто раньше она не выходила из себя и не говорила этого вслух.

– Я знаю, – неуверенно ответил он. – Но у меня есть здравый смысл, а он иногда важнее.