Гарри Ларин – Назад в СССР с кучей баксов (страница 39)
– Едем назад. Желательно в мое настоящее время. Может, здесь в чем-то и лучше. Но как я могу здесь остаться? Без родственников, без родных, без друзей? – задумчиво произнес я. – Хотя в Москву я бы все-таки слетал бы. Посмотреть хочется СССР XXI века.
– Какой ты быстрый. Нет у меня таких полномочий – вернуть тебя в «твое время». К тому же, чтобы попасть в «твое время», сначала надо вернуться в 1964 год и навести порядок там. А тут все посмотреть тоже можно. Если богат деньгами, то экскурсию можем устроить. Но тут каждая минута на вес золота. Хотя всего 1,5 млн долларов – и можешь потусить тут денек еще, – сказал снова с улыбкой Генадич.
– Что, серьезно? Так дорого? – уточнил я.
– Абсолютно серьезно. А главная проблема, что чем дольше мы тут будем оставаться, тем сложнее будет вернуться назад. Есть риск не вернуться назад, а остаться здесь навсегда, – отметил Генадич. – Готов рискнуть? Тогда едем в аэропорт.
Генадич оставил пару рублей за обед на столе и пригласил меня к машине.
– Да… Ну… Да пожалуй, нет. Лучше в другой раз. Обратно так обратно, – сказал я, идя за Генадичем к его «Чайке».
Мы сели в машину.
– Ну, товарищ командир корабля – машины времени, давай назад, в 1964 год, в Долину Привидений, – скомандовал Генадич водителю.
– Ну, тут дорога только туда. Выбирать не приходится, Юрий Геннадьевич, – сказал водитель Генадичу. Он завел мотор «Чайки», резво развернулся, и машина понеслась по дороге назад к Алуште.
– А к Путину-то успели съездить? Вы вроде хотели. Он-то что в Алуште делает?
– Он тут сегодня в гостях у местного руководства КГБ был.
– А с какой целью? – поинтересовался я.
– Держи жвачку. Апельсиновая, советская, – сказал Генадич, протянув мне пачку советской жевательной резинки. – Иногда лучше жевать, чем задавать вопросы. Это государственная тайна, – добавил Генадич и подмигнул мне.
«Чайка» развернулась и понеслась по дороге.
– Включи радио, – попросил Генадич водителя. – Что там в мире происходит, давай послушаем.
– Что вы с миром делаете, то с ним и происходит, – сказал с улыбкой водитель Генадичу, но включил приемник. В машине заиграла легкая музыка.
– Весь советский народ и все прогрессивное человечество отмечает 100-летие Великой Октябрьской социалистической революции! Всего за 100 лет урожай зерна вырос… Добыча металла возросла на… – по радио звучали сводки успехов советской экономики. Чуть позже снова зазвучала музыка. Через пару минут она прервалась.
– В Москве закрылись 12-е Всемирные Олимпийские игры. Олимпиада–80 принесла советским спортсменам золотые, серебряные и бронзовые медали в количестве… – доносилось из радиоприемника.
– Что это тут вдруг про Олимпиаду 1980 года заговорили? Вот времена были замечательные, когда почти не было проблем с валютой! А почему по радио о них говорят? – спросил я Генадича.
– Думаешь, что при Брежневе с валютой легче было? – спросил Генадич и проницательно посмотрел на меня.
– Конечно проще! Ну, я так думаю, по крайней мере, – ответил я.
– Хочешь свои силы там испытать?
– Наверное. В 80-е годы было точно проще.
– Я поговорю с руководством. Может, что придумаем, – подмигнул мне Генадич. – А пока ты в 60-х покрутись.
– В честь 30-летия Великой Победы советского народа в Великой Отечественной войне 9 мая 1975 года пройдет праздничный концерт в Кремле…
Снова заиграла музыка, которая прервалась новым сообщением.
– В честь 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции в 1967 году будут выпущены памятные монеты… – доносилось из радиоприемника.
– Что за бред по радио-то идет? – переспросил я.
– Радиоприемник ловит передачи разных лет, так как мы проезжаем разное время по пути. Коридоры времени пересекаем, – сказал совершенно спокойно, будничным тоном Генадич. – Скоро мы будем на месте. Кстати, вот мы и приехали почти. Время на часах 13:13. Загадай желание, Гарик, если хочешь. А уж сбудется то, что сбудется, – усмехнулся Генадич.
– Всего 13:13? Так мало времени прошло? Мне показалось больше, – сказал я с удивлением.
– А тебя не смущает уже, что туда-сюда по 50 с лишним лет прошло незаметно? – ответил Генадич. – Действуем по последнему из утвержденных вариантов, – добавил он водителю.
58. Зачистка…
– По последнему?! Так круто? – удивился водитель.
– Выполняйте без обсуждений. Если что, все изменим по ходу дела, – коротко распорядился Генадич.
– Есть, – ответил водитель.
– Перекрыть весь район в радиусе 5 км от Долины Привидений для учений спецподразделений КГБ СССР, – скомандовал водитель по рации кому-то. – Вывести все лишние группы туристов, кроме указанной, в квадрате 26.
Генадич и водитель давали какие-то странные инструкции по рации. Глядя в окно, я обнаружил несколько черных «Волг» ГАЗ-21, которые вдруг присоединились к нам. Две машины поехали рядом с нами, несколько перед нами и несколько стали следовать за нами. В каждой черной «Волге» сидели по четыре-пять человек. Машины сияли на солнце. Окна машин почему-то были закрыты, несмотря на жару. Все сидящие в машинах, насколько мне удалось разглядеть, были в темных костюмах, белых рубашках и темных узких галстуках.
– Нас, смотрю, уже встречают? Мы уже в 1964 году, если не ошибаюсь, – поинтересовался я у Генадича.
– Да. Мы вернулись в 1964 год. Скорее, нас встретили и сопровождают. Эти орлы помогут нам сейчас решить ряд вопросов и проблем, – заметил спокойно Генадич.
Минут через 10 мы проехали милицейский кордон. Дорога была перекрыта. Около милицейского кордона (блок-поста) стояли несколько автомобилей и автобус, которым не давали проехать дальше, но нас пропустили без проблем. А еще минут через пять мы уже припарковались неподалеку от Лёшиной серо-белой «Волги» и туристического автобуса. Черные 21-е «Волги» припарковались рядом с нами. Встали они задом к территории Долины Привидений. Из «Волг» вышли мужчины в темных костюмах и выстроились в шеренгу. В руке у каждого из них был черный дипломат.
– Как красиво встали! А почему у них дипломаты в руках? – поинтересовался я у Генадича.
– Красиво будет дальше, – сказал коротко Генадич.
Группа туристов с Лёшиком и Натальей, экскурсоводом Славой и отдыхающими шла как раз в сторону туристического автобуса – в нашу сторону. Мы с Генадичем тоже вышли из «Чайки».
– Вы где так долго были? – замахали нам руками и закричали Алексей и Наталья.
– Потом расскажу, – крикнул я им.
– Если получится, – добавил тихо Генадич и громко скомандовал стоящим мужчинам с дипломатами что-то типа «начинаем».
Я не успел ничего понять. В этот момент у вышедших из черных «Волг» ребят разлетелись крышки дипломатов в разные стороны, а в руках остались автоматы, которые они сию же минуту вздернули на плечи, после чего ударила серия жестких автоматных очередей в сторону шедших к нам Алексея, Натальи и группы туристов с экскурсоводом! Звук был такой, что внутри у меня все похолодело и онемело от шока. Пули засвистели и глухо ударялись в тела, как в мешки с песком. Ударявшиеся о камни автоматные пули наполнили воздух страшным звоном, заглушая крики ужаса падавших от пуль людей. Запах пороха наполнил воздух. Пороховые газы заволокли воздух легким туманом, который стал красноватым от брызг крови. Ужасные, шокирующие секунды. Всего через несколько секунд все было закончено. В Долине Привидений повисла зловещая тишина.
– Зачем!? – то ли прокричал, то ли прохрипел я.
– Ну а что тут еще поделаешь? Ты и меня пойми. Гуманность к одним часто порождает большие жертвы в конечном итоге, – сказал задумчиво Генадич.
– Всем спасибо. Все свободны. Не забудьте прибрать за собой, – скомандовал Генадич ребятам в серых костюмах.
Ребята в темных костюмах быстро открыли багажники «Волг», лихо перетаскали и положили в них все трупы. Спустя пару минут все машины разъехались.
– А у тебя был какой-то другой план действий? – спросил меня Генадич.
– Вообще, да! Я же говорил! – сказал я сдавленным голосом.
– Езжай лучше отдохни. Посмотри, погода какая хорошая. Искупайся. Расслабься. На тебе лица нет. Только за вещами своими не заходи к Кузьминичне. Главное, ни с кем не говори об антихрущевском заговоре, и вообще, поменьше общайся. А то мало ли что… – сказал Генадич и подмигнул мне.
В тот же момент у меня слегка задергался глаз. Видимо, нервный тик.
– Чуть не забыл спросить, а что ты-то конкретно предлагал? – спросил меня Генадич.
– Какая, б*****, разница-то уже? Со мной так же поступите, как с этими несчастными? – выдавил я из себя.
– Да не нервничай ты так, – приободрил меня Генадич.
Внезапно ливанул сильнейший дождь. Он стал смывать кровавые следы ужасной расправы над туристической группой в Долине Приведений.
– Глупее решения нет! – сказал я уже более спокойно. – Ваши люди убили не только тех, кто много знал об антихрущевском заговоре, но и много невинных людей. Это может также изменить историю.
– Ах ты! Вот беда. Не подумал. Ну, как говорят, «и на старуху бывает проруха», – сказал Генадич со странным на этот раз смехом. – Давай все исправим тогда.
– Как исправим?! Это же не игра. Ход назад не сделаешь, – ответил я. У меня продолжал дергаться глаз.
– Ой. Я тебя умоляю, Гаррик. Запомни! Вся жизнь – игра, а люди в ней – актеры. Главное – в любой ситуации оставаться человеком, – подмигнул мне Генадич. – Садись в машину.